Данияр Сугралинов – Голодные звёзды (страница 37)
— Друзья! Клан — это не только я, это каждый из нас. И я счастлив, что среди нас есть настоящие герои. Юра Семецкий, подойди.
Он исполнил просьбу. Его лицо светилось любопытством. Я приобнял его и продолжил:
— Когда мы думали, что проигрываем, да так оно, впрочем, и было, Юра, рискуя жизнью, направил горящий броневик на тримера и успел выпрыгнуть за секунду до взрыва. Но это еще не все! Тример вышел сухим из воды, и Юрий метнул в него связку гранат и получил выстрел, но его броня выдержала.
Потупившись, Семецкий сказал:
— Если бы не щит Бергмана, меня бы поджарило…
— Не надо принижать свои заслуги. Ты меньше суток в клане, а уже сделал столько полезного. Потому, чтобы полезное приумножалось, ты получишь награду: боевого питомца — парализующую осу!
Семецкий оскалился и с любовью уставился на кружащихся над нами ос-переростков.
Я открепил от себя осу — она пронзительно зажужжала, даже скорее зазвенела, и беспорядочно заметалась, — и велел Юрию:
— Переприручай!
Счастье на лице Семецкого сменилось озабоченностью, он сфокусировался на осе и отчитался, снова улыбнувшись:
— Есть! Пошел процесс! А управлять ею как?
— Мысленно, — ответил я. — Но пока рано, только после переприручения.
— Это пять минут еще. Спасибо, начальник! Я и переименовать ее могу?
— Ну конечно!
— Жориком будет!
Для скорейшего переприручения требовался тактильный контакт, и оса-переросток Жорик брякнулась Семецкому на плечо.
Бергман, который сидел на корточках и чесал Галю, смотрел на него с пониманием. Вокруг носились неприрученные поросята. Двум прирученным Рома и Коля бросали палки, как собакам, а мне подумалось, что только с Галей Тетыща очеловечивается и оттаивает. Интересно, с Машей было как? При мысли о ней в груди кольнуло. Она погибла совсем недавно, а шквал обрушившихся событий уже наполовину стер ее из памяти. Помню, что короткая стрижка блонд, а оттенок волос забылся, как и цвет глаз, и рост, и форма носа.
Еще немного — и ее образ растает, будто не было человека. Как сделать, чтобы сохранить каждого?
Вторая оса, каким-то местом поняв, что может потерять связь со мной, попыталась сесть мне на голову — я направил ее на ближайший пальмовый ствол и сказал, подняв стакан:
— Девушки! Вы такие милые, нежные. Как бы ни старались феминистки, факты показывают, что вы более хрупкие, вам гораздо сложнее выживать. Но среди вас есть настоящие валькирии, сильные, бесстрашные, которые сражаются наравне с мужчинами и наносят врагу не меньший урон, а если учесть, что они применяют еще одно страшное убойное оружие — женское коварство… Виктория Есман, моя верная боевая подруга, подойди.
Вика просияла, закрыла лицо руками, открыла, подошла, сияя глазами, и я продолжил:
— Вика, ты говорила, что хотела бы получить боевого питомца и прокачивать его. Прими вторую осу.
— Уи-и-и! Спасибо!
Вика расцеловала меня в обе щеки, а потом не сдержалась, чмокнула в губы, после чего стиснула в объятиях и чуть ребра не сломала. Лиза наблюдала без ревности, с умилением. Я усмехнулся:
— Тебе, Викуля, больше подошла бы змея, но и оса подойдет! Переприручай.
— Жужа моя! Жужечка! — назвала Вика питомицу и объяснила: — Это девочка, она мне сказала!
Потом посмотрела на Семецкого и спросила:
— У тебя пацан?
— Самец, — гордо ответил Семецкий.
— А они будут размножаться? — поинтересовалась Вика, распахнув объятия.
— Самцы ос погибают после спаривания вообще-то, — сказал Макс.
— Ты слышал, Жорик! — строго сказал Семецкий. — Никакого тебе шпили-вили, понял?
Тем временем Викина оса полетела к ней, приземлилась на грудь и повалила девушку.
— Сколько она весит? — поинтересовалась Руфина.
— Ну и страшилище, — сморщила нос Лиза. — То ли дело милаха Крош!
Хохочущая Вика подняла перебирающую лапками осу, пару раз сделала жим от груди.
— Больше пятнадцати килограммов, меньше двадцати.
— Это нарушение закона квадрата-куба! — воскликнул Макс. — При увеличении осы ее масса должна была вырасти быстрее, чем площадь крыльев и мышечная сила, а значит, и летать они не должны!
— А титаны тебя не смущают? — фыркнула Лиза. — С их массой они бы и шагу ступить не смогли бы, если бы не творящаяся хрень. Их ноги и позвоночник испытывали бы огромную нагрузку!
— Да там еще круче все! — живо ответил Макс. — Суставы быстро разрушались бы, сердце не справилось бы с перекачкой крови на такую высоту, падение даже с небольшой высоты было бы катастрофическим… Так что да, ходьба была бы крайне медленной или невозможной… если бы не хренотень вокруг нас.
— За питомцев! Пусть растут и развиваются! — толкнула тост Вика.
В этот момент Руфина подошла к Тетыще и указала на Галю — видимо, расспрашивала, насколько полезна свинья-питомец. Костя поднялся и охотно ей рассказывал, а она со все большим интересом поглядывала на поросят. Я смотрел на них, и так и хотелось сказать: «Мир да любовь!»
Вот только вопрос: способны ли такие люди, как наш терминатор и израильский солдат любить, или они только привязываются?
Взяв в руки трофейный плазмаган, я прокричал:
— Сергеич, это тебе! Благодаря тебе и Максу существует эта база, но у Макса уже есть скейровские клинки. Бери, заслужил!
Пролетарий стукнул себя в грудь и воздел над головой подарок. Я продолжил раздачу слонов:
— Это еще не все. Сейчас каждый получит миллион уников, которыми вправе распоряжаться на свое усмотрение. Можете купить уровни, можете — броню. И последнее…
Я с сочувствием посмотрел на Лизу, прежде чем продолжить:
— Те, кого я назову… Пройдите в актовый зал, вам распределят уровни наших пленников. Сейчас я зачитаю список. Роман и Николай Копченовы… — Интересно, в какую сторону будут развиваться пареньки с повышением уровня. Вдруг прокачается их пророческий дар? — А также Элеонора Цискаридзе, Даниэль Виллар, Алехандро Магсайсай, Хосе Луис Бакани.
По пару уровней они поднимут, и то хорошо. Элеонора заслужила уровень без очереди, она так самоотверженно трудилась, так переживала за раненых! И у нее всего 20-й уровень — непорядок. Я перевел по миллиону каждому и лишился еще семидесяти — как и планировал изначально. Осталось у меня пол-лярда.
Пока Рамиз жарил шашлык, я обратился к Лизе:
— Родная, лучше не затягивать и сделать перераспределение сейчас. Ситников, Бергман — на вас силовое сопровождение.
Пусть учатся взаимодействовать. Лиза тяжело вздохнула и вслед за остальными направилась на второй этаж.
А мне надо бы прокачать Кроша. После мгновения передышки нас снова ждет бойня, и усиливать нужно все, что можно. Так что пока народ общается и ждет еду, я решил подняться в лазарет, где никого не было, кроме Дакиты и Кемы.
К моей радости, оба приближались к 40 % «активности», если их вытащить из капсул, они будут в сознании, но пусть лучше быстрее восстанавливаются.
Усевшись на кушетку и взглянув с любопытством на склянки Натальи Доброе Утро, я хлопнул себя по бедру, мысленно призывая котенка, который вымахал до размера крупного мэйн-куна.
Крош радостно потрусил ко мне, держа хвост пистолетом, и улегся на коленях, подставляя голову — чешите меня, чешите! Я принялся чесать механически, и кот замурлыкал с удвоенной силой.
— Ну что, малыш, будем расти?
К сожалению, в магазине мне позволили приобрести Крошу только один уровень, после чего позиция исчезла из ассортимента.