Данила Носаев – Ямато-моногатари (страница 26)

Омохи ёсэтэму

Пусть это считают плохой приметой,

Остерегаются, но теперь

Для меня нет в этом толка.

Печаль свою в подарок

Вложив, посылаю [231] .

Прочитав это, он нашел стихи полными очарования и в ответ:

Ююси то тэ

Имикэру моно-во

Вага тамэ-ни

Наси то ивану ва

Та га цураки нари

То, что считают плохой приметой

И чего надо остерегаться,

Вы мне прислали.

«Нет» не сказали же вы.

Кому же должно быть горько? [232]

92

Покойный ныне Гон-тюнагон [233] в первый день двенадцатой луны того года, когда он навещал Хидари-но Оидоно-но кими [234] :

Моноомофу то

Цуки хи-но юку мо

Сирану ма ни

Котоси ва кэфу-ни

Хатэну то ка кику

Полон любовью к тебе,

Как идут дни и месяцы —

Не различаю.

И в этом году, сегодня,

все будет кончено – слышу я [235] —

так сложил. И еще:

Ика-ни ситэ

Каку омофутэфу

Кото-во дани

Хито дзутэ нара-дэ

Кими-ни катараму

С такою силой

Люблю тебя!

Хоть ради этого

Позволь поговорить с тобой самой,

А не через людей… [236] —

вот так он все говорил ей, и наконец встретились они, а на следующее утро он написал ей:

Кэфу сохэ-ни

Курадзарамэ я ва

То омохэдомо

Таэну ва хито-но

Кокоро нарикэри

И сегодня

Может ли солнце не зайти?

Хоть и знаю это,

Но снести [ожидания не в силах].

Вот каково мое сердце [237] .

93

Тот же тюнагон с давних пор посещал Сайгу-но мико [238] . Однажды должны были они назавтра встретиться, но по гаданию выпало ей стать жрицей в храме Исэ. Что тут было ему говорить? Он опечалился безгранично. И затем так сложил:

Исэ-но уми

Тихиро-но хама-ни

Хирофу то мо

Има ва кахи наку

Омохоюру кана

У моря Исэ,

Вдоль берега в тысячу хиро длиной,

Их собирают,

Но уж теперь там раковин нету —

Так мне думается [239] .

Вот каково было его стихотворение.

94