Данил Вектор – Курьеры апокалипсиса (страница 7)
– Гном, анализ! – рявкнул я, отскакивая к стене.
Раздался оглушительный выстрел. Аркадий стрелял в того, что был за электрокаром. Промах. Тварь ушла в сторону до того, как палец брата нажал на спуск. Она предугадала выстрел.
– Чёрт! Они учатся! – в голосе Аркадия впервые зазвучала паника, чистая и неприкрытая.
Я выхватил мачете. Один из зараженных, женщина в разорванном платье, уже была в паре метров от меня. Ее глаза были белыми, но в них читалась не слепая ярость, а холодная, расчетливая целеустремленность. Она не просто бросалась – она атаковала, ее рука с длинными, острыми ногтями метнулась точно в горло.
Я отбил удар мачете, и сталь с визгом прошла по кости. Она даже не вскрикнула, лишь отшатнулась и сразу же пошла вновь, как зацикленный алгоритм.
Выстрел Аркадия наконец нашел цель. Второй зараженный, пытавшийся зайти сбоку, рухнул на асфальт. Но третий, тот самый крупный, использовал эту секунду. Он не побежал на нас. Он рванул к двери магазина и с размаху ударил в нее плечом. Дерево затрещало.
– Он хочет выкурить того, кто внутри! – понял я. – Или достать припасы. Они не просто мародерствуют. Они ведут хозяйственную деятельность!
Из магазина донесся чей-то приглушенный крик. План «тихо смыться» окончательно рассыпался в прах.
Принятие решения заняло долю секунды. Геройствовать было безумием. Бесполезным и смертельным.
– Отходим! – скомандовал Аркадий, перезаряжая ружье. – На исходную! Пока они нас не обошли!
Мы побежали назад, к школе, отстреливаясь. Зараженные не преследовали нас вслепую. Они шли за нами, держа дистанцию, словно стая волков, загоняющая добычу. Умные, чертовы волки.
Мы влетели на территорию школы, и Аркадий с силой захлопнул тяжелые ворота. Щелкнули замки.
– Они… они не зомби, – проговорил я, все еще не в силах отдышаться. – Они солдаты. С тактикой и, черт побери, стратегией.
Аркадий молча кивнул, его лицо было серым от напряжения и понимания всей глубины нашего положения.
– И они теперь знают, где мы, – добавил он тихо. – И, скорее всего, запомнили наши лица. Добро пожаловать в черный список.
Мы поднялись в наш штаб. Тишина в школе снова сомкнулась над нами, но теперь она была иной. Она была звенящей. Полной ожидания следующего, уже более продуманного визита.
План «отсидеться» только что получил смертельный приговор. Враг за порогом был не стадом – он был армией. И она только что провела свою первую разведку, получив ценнейшие данные. О нас.
Гном нарушил молчание:
Слишком поздно. Похоже, это «поздно» наступило ровно в тот момент, когда мы решили, что самый страшный зомби – это тот, что медленно идет и бубнит. Теперь они быстрые, умные и очень хотели с нами познакомиться поближе.
Глава 6. Новые правила, или Как не сойти с ума, когда мир уже сошел
Тишина в школе давила, став после стычки на улице зловещей. Каждый скрип половицы, каждый шорох ветра снаружи заставлял вздрагивать. Адреналин давно отступил, оставив после себя липкий, холодный страх и осознание простой истины: отсидеться не выйдет. Чтобы жить, надо учиться. Выживать. И желательно, делать это быстрее, чем они.
Борьба с паникой началась с малого. Аркадий, всегда опирающийся на логику, как костыль, первым нарушил гнетущее молчание.
– Так, – его голос прозвучал неестественно громко. – Паника – это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Это как подписка на премиум-контент в конце света – бесполезная трата ресурсов. Дыши, Серёга. Глубоко. И выбрось из головы то, что было. Думай о том, что есть.
Я попытался. Сделал несколько глубоких вдохов, чувствуя, как дрожь в руках понемногу утихает, сменяясь тяжелой, свинцовой усталостью. Он был прав. Если дать волю страху, можно сойти с ума, глядя на эти голые стены и думая о том, что за ними.
– Ладно, – выдохнул я. – И что «есть»? Три стены, одна дверь и куча умных, голодных проблем за ней.
– Есть мы, – поправил Аркадий. – Есть крыша над головой, которая пока держится. Есть оружие, которое стреляет. И есть данные. Начнем с этого. Информация – новая валюта. Правда, курс ее сейчас упал ниже плинтуса.
Поиск источников информации превратился в наш главный квест. Планшет майора стал священным Граалем, только вместо чаши там были отчеты о конце света. Мы снова и снова вчитывались, выискивая любые зацепки.
– Смотри, – я ткнул пальцем в экран. – «Информационный патоген». «Идея». Это же чистая теория чёрных лебедей! Вирус, который ведёт себя как мем. Заразная мысль. Наш мир словил плохой пост из фейсбука, и теперь он умирает.
– Не просто мем, – Аркадий хмурил лоб, листая отчёты. – А мем-паразит. Он использует для распространения и цифровые, и биологические носители. Apple – это был всего лишь удобный плацдарм. Мост между сетью и плотью. Эдакий ковчег для вируса.
Гном, работавший в связке с планшетом, дополнил, вернув себе часть былой иронии:
– Значит, у них есть что-то вроде коллективного разума? – спросил я. – Как у муравьёв? Или как у офисных работников в общем чате?
– Похоже на то. Или как у нейросети, – заключил Аркадий. – Чем больше носителей, тем умнее и опаснее становится система. Они – один большой распределенный компьютер, а мы – назойливые вирусы, которые мешаются.
Это осознание было пугающим. Мы боролись не с ордой, а с единым, распределённым организмом. С мозгом, размазанным по всему миру.
Обучение выживанию пошло по практическому пути. Мы провели тотальную инвентаризацию всех припасов. Воды, если экономить, хватит на неделю. Еды – дней на десять, если не вспоминать, что такое чувство сытости. Патроны – самая большая ценность, золотой стандарт этого нового мира.
– Световой день – наш союзник, – заявил Аркадий, составляя расписание на клочке обоев. – Ночью – только дежурство. Никаких вылазок. Днём – тренировки. Нам нужно избавиться от статуса «любитель».
Тренировки… Это звучало почти нелепо. Но он был прав. Моё мачете в руках было всего лишь куском железа. Аркадий заставил меня отрабатывать удары по воображаемым противникам, я учился правильно держать клинок, чтобы не выронить его от первого же отдачи.
– Не махай, как метлой! Коротко и точно! В горло, в основание черепа! – его команды были жёсткими, без сантиментов, как инструкция по сборке того самого шкафа из Икеи.
Он же показал мне, как обращаться с его двустволкой. Перезарядка, прицеливание, дыхание. Оказалось, я не так уж и прокачал свою «Ловкость» в реальной жизни. Здесь не было ползунка, который можно было передвинуть за кредсы.
Мы обошли всю школу, изучая каждую щель, каждый лаз. Нашли старый чертеж здания в подсобке, заваленной сломанными стульями и призраками прошлой жизни. Оказалось, есть запасной выход из котельной, ведущий в соседний коллектор. Эта находка стала лучом надежды, маленьким, но таким важным запасным выходом из ловушки.
Вечером, сидя у монитора с кружкой тёплой, скудной похлёбки, я чувствовал себя не беспомощной жертвой, а… солдатом. Измотанным, напуганным, но солдатом. Мы создавали свой крошечный островок порядка в океане цифрового безумия.
Гном, наблюдавший за нами, в очередной раз сменил роль:
– Всего на семь процентов? – усмехнулся я. – Это как скидка в магазине, которой все равно не хватает.
Глава 7. Реликвия цифрового каменного века
Есть дни, когда мир пытается тебя убить.
Есть дни, когда он просто наблюдает, как ты сам мучаешься.
Сегодня был второй вариант.
С утра у нас была редкая роскошь – никто не стучал в двери, не рычал под окнами и даже не пытался прогрызть стену. Будто все заражённые ушли в отпуск.
Мы сидели в столовой школы: я, Аркадий и коврик с хлебными крошками, который мы торжественно называли «наш завтрак».
– Нам скучно, – сказал я.
– Нам страшно, – сказал Аркадий.
– Ты не ешь.