Данил Колосов – Родная кровь (страница 35)

«Совсем ты, Максимушка, зажрался, — пожурил сам себя парень, проверяя, все ли взял с собой на вылазку. — Малоопасные твари, надо же! А год назад каждый выход — как спецоперация, любой забитый без потерь урсидай — маленькая победа…»

В голову некстати влезло воспоминание, как он завалил своего первого вожака урсидаев и в тот же вечер нажрался до изумления: то ли от радости, то ли от нервного напряжения, а, скорее, от обоих факторов. Ну и вино в запасах ван Либенхоффа попадалось дюже мощное. А еще была неискоренимая привычка корректировать моральные и эмоциональные состояния алкоголем, с которой на тот момент Макс не имел внутренних сил бороться, впрочем, как и сейчас. Особенно понимая, что теперь-то ему за это ничего не будет. Одаренность — удобная штука, как ни крути. И даже свалившийся в довесок пакет проблем не может нивелировать положительных изменений в жизни, которые она принесла.

Иномирье встретило привычными сумерками. Максим обвел взглядом небольшую полянку, на которой появился: ноги утопали в высокой синеватой траве, огромные стволы деревьев уходили ввысь, теряясь в сумраке крон, еле различимых на фоне плавно переливающегося свода неба. Воздух пах ночной свежестью и ароматами десятков, а то и сотен трав. Последнее время парень нечасто мог себе позволить просто погулять в этом великолепном месте, а если подумать, то в целом и за все время, как у него появился сюда доступ, не особо-то мог. Сначала гонки с добычей духовной силы из хаоситов, чтобы не загнуться от приступов агонизирующей души, пытающейся ужиться с инородными кусками других сущностей. Потом инерция, магическая рутина, затянувшая похлеще адского треугольника «дом-работа-выходные», учеба, лечебница, постоянное наращивание силы в преддверии следующего шага на пути к своей полноценности и здоровому существованию. Дикая гонка для подготовки себя к поединку с Великим духом, дабы извлечь из него недостающий кусок мозаики по названию «Максим, образец номер пятьсот тринадцать» и все-таки завершить этот эксперимент, не им начатый. В общем — непрекращающийся цейтнот, не дающий расслабиться, погулять по потустороннему лесу и подумать о вечном.

«Пожалуй, добуду капрагина, сдам артефактору и возьму себе мини-отпуск, дня на два-три, — подумал Макс, прогулочным шагом направляясь к кромке леса. — Негоже игнорировать свои же порывы, так и выгореть недолго. Тем более Юдин, скорее всего, долго будет искать следы своей женушки, да и пока мне броню Сергеич не обновит, я активно в эту блуду не полезу».

Так, неспешно гуляя и размышляя, Максим и провел несколько минут. Деревья сменялись деревьями, кусты — кустами, вереницы младших духов сновали в темноте чащи, создавая причудливое и местами упорядоченное мельтешение. Парню уже не приходилось прилагать никаких сил, чтобы видеть этот вездесущий неярко светящийся сонм. На Сопряжение Макс наткнулся как обычно внезапно — замечтался, глядя на хороводы духов, задумался, а в себя пришел, не доходя метров трех до искажающего свет и перспективу купола.

Вокруг было пустынно, даже дежурной стайки урсидаев не наблюдалось. Охотник проверил наложенную на себя защиту, материализовал нож в правой руке и спокойным, уверенным шагом двинулся в свои охотничьи угодья.

Первый раз, когда Макс применил Призыв к порядку на урсидая, его аж замутило. Конструкт, призванный наносить урон и ограничивать движение сильных хаоситов, разорвал медведеволка на мелкие брызги! Четыре ярко сияющих кола с перекладинами у основания, сотворенные из духовной силы Порядка, пронзили тушу урсидая, не заметив, а размеры, которые конструкт по умолчанию придавал этим орудиям, не дали телу хаосита сохранить хоть какую-то целостность. Ну а как тут уцелеешь, когда колья размером с телеграфный столб? Останки же туши среагировали с превосходящей силой Порядка, что вылилось в кровавый фейерверк. После подобной демонстрации Макс мелких хаоситов предпочел уничтожать по старинке: ножиком в лоб сквозь Окно — уж очень его впечатлила мощь нового конструкта.

Следующим подопытным стал одинокий ракор. В другое время, имея целью более крупную дичь, Макс бы прошел мимо, однако незнание пределов новых возможностей грызло изнутри. И не важно, что подобную тварь он своими обычными способами теперь мог завалить секунды за три, даже без Копий порядка. Важно было понимание, как меняется эффект от удерживающих чар с ростом внутренней силы цели. Ни цель, ни средство не подвели. Применение Призыва к порядку оказалось тоже фатальным, однако обошлось без фонтанов крови и оторванных конечностей: насорогоподобная горилла, проткнутая кольями, заорала, задергалась и испустила дух. Максим только и успел переместиться поближе и воткнуть нож в тело поверженного врага, как хаосит начал распадаться.

«По классификации Гильдии, ракор — третий класс опасности, а капрагин — пятый, — размышлял парень, продолжив экспедицию. — Искать серпентаров смысла нет, они тоже третий класс, а четвертого у нас тут не водится, хотя я бы попробовал с эквеусоморфом сейчас смахнуться! Но они в европейских Сопряжениях только водятся. Интересно, как вообще география материального мира может влиять на содержимое этих червоточин?»

Капрагин обнаружился часом позднее. И обнаруженному Макс был не очень рад: это порождение Хаоса, больше всего напоминающее классического демона, собрало вокруг себя настоящую свиту. Пять серпентаров, три ракора и шесть или семь стай урсидаев. Вся мини-армия расположилась в большом овраге и, казалось, отдыхала после долгой дороги. Капрагин сидел, привалившись к могучему камню, ракоры валялись на земле и явно спали, серпентары расположились компактно группой возле наиболее пологого выхода из оврага. Урсидаи же, под предводительством вожаков, — кто спал, кто лениво бродил по территории. Порой отдельные особи становились закуской для капрагина или серпентаров, что, впрочем, никого из присутствующих не смущало.

Максим крепко задумался, глядя на эту картину. С одной стороны, лезть в бой — форменное самоубийство. С другой — враги расположены весьма компактно и, выведя из строя капрагина сразу, остальных можно массово нейтрализовать Точками притяжения, зарядив их искрой. Но опять-таки непонятно, как сработает Призыв к порядку на капрагине, и насколько он его вырубит. Интересно!

Максим проверил запас искр — полный, никуда же не тратил. Значит можно рискнуть. В крайнем случае лозунг порталистов и прочих магов пространства гласит: нас не догонят! Парень оглядел еще раз будущее поле боя, вздохнул и активировал Глаза, разгоняя сознание и вбирая разумом все мельчайшие детали, дабы действовать максимально эффективно.

Раз! Сила Порядка, зачерпнутая из накопителя, отзывается в теле почти физическим жжением. Она не пытается вырваться, как не пытается вырваться кусок раскаленного добела металла, однако причиняет боль неосторожному, решившемуся поработать с ним без дополнительной защиты. Конструкт Призыва к порядку уже привычным образом формируется перед глазами, наполняется духовной силой и пропадает во вспышке. Капрагина пробивает насквозь несколькими здоровенными кольями.

Два! Две Точки притяжения, усиленные искрами, возникают по обе стороны от капрагина, который очень удачно сидел в центре оврага. Всю мелочь стягивает так, как будто они — сухие листья на земле, попавшие в зону действия промышленного пылесоса. Ракоры и серпентары брыкаются, но также неудержимо уносятся к точкам притяжения.

Три! Две Волны искажений, усиленные двойной искрой каждая, превращают две вращающиеся кучи хаоситов в мелко прокрученный фарш. Максим одновременно отменил действие Точек, так что вся масса пострадавших тварей полетела в стену оврага. Выжило только пара серпентаров и один ракор.

Четыре! Макс телепортируется к недобиткам и последовательно отрубает у них головы Лезвием, усилив его еще одной искрой.

Капрагин тем временем так и не сдвинулся с места, где его застал Призыв к порядку. Он только бестолково мотал рогатой головой и утробно ревел, будучи не в силах сдвинуться с места или пошевелить конечностями. Сами колья, пробившие его тело, более не напоминали те монументальные конструкции, которыми были изначально: уменьшившись, примерно, на треть.

«На Эмиссара без усиления искрой кидать смысла нет! — заключил Максим, разглядывая получившееся непотребство. — Пора заканчивать, а то сейчас освободится еще!»

Он достал из сумки карточки с Копьями порядка и начал методично атаковать капрагина, целясь в центр груди. Использовав пять копий, Макс Смещением приблизился к хаоситу, усилил свое Лезвие искрой, подпрыгнул и, использовав все возможные усиления, рубанул того по шее. Голова медленно, словно нехотя, покинула свое место и полетела вниз. Еще одно Смещение — и трофей исчез в запечатывающем свитке. Максим выдохнул и развеял все конструкты Порядка на теле капрагина, давая еще не осознавшей свою смерть туше восстановить нанесенные повреждения. Разум, управлявший этой махиной, был надежно изолирован, а для целей охотника само тело нужно было максимально целым.

По хребту пробежала дрожь. Максим только что истребил несколько десятков хаоситов менее чем за минуту, включая суперопасного капрагина, на которого партией ходят. Усиление fidei essentia — это явно то, о чем надо стараться молчать как можно дольше.