Даниил Тихий – Трехликий IV: Полководец (страница 43)

Все они как один смотрели прямо на него, стоящего на балконе лидера, сбоку от которого стоял и Артред, король рачьего королевства.

Обведя толпу взглядом, Морран провозгласил:

— Дракон уже близко. Армия орков схватилась с демонами и шум их битвы слышен даже сквозь ливень. Вы прошли со мной долгий путь, но сегодняшний день важнее всех прочих. Сегодня, мы дадим бой в логове врага. МЫ ИДЁМ НА ВУЛКАН!!!

Усиленный магией голос громыхнул над крепостью и стремясь себя раззадорить воины завопили и подняли шум. Они стояли почти по колено в воде и, если бы не качественная экипировка и снадобья укрепления, половина из них давно бы слегла от болезней.

— Сотни Въёрновой пади! В походный порядок!

Шум улёгся и хирды потянулись за врата. Вскоре внутри не осталось никого кроме рыцарей и их кнехтов. Тогда слово взял Артред:

— Сами боги благоволят нам! Впервые мы ударим в сердце врага и барды сложат об этом песни! Вперёд мои рыцари! Я, король Рачьего королевства, Артред Старый, буду вести вас! НА ВУЛКАН!

Ответом ему был грохот оружия о щиты, а затем и рыцари под звуки боевых рогов потянулись следом за войском Моррана. Оба лидера развернулись и спустившись поспешили к ним присоединиться. Вытянутая и покрытая сталью змея их войска, протянулась по склону в направлении вершины. Все подходы к городу за минувшие дни были изучены. Орки построили его на внутренних протяжённостях жерла, а саму гору испещряли многочисленные пещеры, заменяющие оркам врата.

Все, от сотника, до последнего кнехта, знали порядок действий. Они не сидели в крепости сложа руки. Каждое подразделение поочерёдно покидало крепость и разворачивалось в боевой порядок на склоне. Причём несколько раз они делали это вместе. И теперь Морран был уверен, что случись на них нападение во время марша, никто не разбежится и не будет глупить.

Но нападения не случилось.

Двигаясь намеченным заранее маршрутом и избегая низин, в которых кипела вода, что неслась со склонов вулкана, они поднимались, оскальзываясь на камнях и невольно ломая строй. Через несколько часов пути Морран взобрался на нарост давно застывшей лавы и обратил свой взор к затянутому тучами небу. Ливень хлестал так сильно, что разглядеть хоть что-то не представлялось возможным, но для того, чтобы видеть глазами дракона, его собственное зрения было не нужно.

Ракатон почти достиг войско и по мысленному запросу говорящего за мёртвых, обратил свой взор на побоище, что продолжало греметь где-то по правую руку.

Несмотря на то, что на дворе стоял полдень, буря обернула день ночью. А тучи, бесконечный ливень и пространственные искажения скрыли под собой осквернённую землю вокруг демонического портала, но даже все эти факторы в своей сумме, не могли воспрепятствовать взгляду дракона.

Он проник через толщу материи и достиг разрушенного зиккурата. Гор трупов у его основания и целого моря из орков и демонов как раз в тот миг, когда вожак зеленокожего воинства, воздел над полем битвы отрубленную голову демонической военачальницы. И как только он это сделал, тысячи орков воодушевлённые его победой, удвоили усилия загоняя тварей обратно в портал.

Морран моргнул и опустил голову. Зеленокожие победили, но ещё какое-то время будут заняты остатками адского войска. Побоище утащило в могилу больше семи тысяч орков, а оставшиеся будут вымотаны и изранены.

Моргнув, он усилил свой голос магией и рявкнул:

— Подтянуться! Ускориться! Сотникам принять командование и держаться намеченного плана!

Слитный удар кулаками по нагрудникам был ему ответом. Рядом из-за стены ливня вынырнул Артред, сплюнул и прокричал, перекрикивая шум грозы:

— Он здесь?

Ответ Моррана не заставил его ждать:

— Да, он здесь, я расчищу путь. Веди их.

На мгновение налетел порыв сильного ветра, стало светло словно ясным днём, и вода под ногами у войска заискрилась тысячей бликов. Размахом своих крыльев и тушей Ракатон прервал на секунду льющийся с небес дождь и прежде, чем тот снова забарабанил по земле и доспехам, приземлился на камни в паре десятков метров от идущих к вулкану.

Вздох восхищения разлился над войском. Дракона не было видно из-за стены ливня, но испускаемое им сияние подсвечивало воду изнутри и расчерчивало её сразу десятком радуг. Эта картина завораживала своей красотой и одновременно была неуместна.

Морран обернулся, бросил взгляд на своих людей и решительно пошёл к дракону. Через минуту он уже взобрался по хрустальным шипам на его спину и под хлопок крыльев, унёсся в небеса.

Последний, решительный штурм, начался с крутого падения.

Ракатон взмыл за пределы свинцовых грозовых туч и вырвался в область безбрежной синевы, скользя среди взбитых сливок закрученных облаков, он летел ещё некоторое время, а затем, нырнул обратно, в кипящее, чёрное море гремящего шторма. Вместе с молниями и громом он пролетел тучи насквозь и пал ещё дальше, прямо в освещённое многочисленными огнями жерло вулкана.

И к удивлению своего всадника, практически сразу увидел узника.

Морран сразу понял, что это он. Слишком тугим узлом закручивался вирт вокруг каменного обломка, распятого цепями над бездной. Этот обломок, был плоским сверху и по сути являлся площадью, на который возвышалась статуя бога.

А прямо напротив, в знакомых цепях, висел узник.

Из-за набранной скорости Ракатон не смог остановиться несмотря на желание своего наездника и продолжая падать, пронёсся в глубины вулкана, чтобы, расправив крылья сбить многочисленные навесные мосты и приземлиться на лапы на очередном из них, в этот раз каменном. Весь вулкан снизу доверху, оказался забит висящими клетками и рабами, печами в которых ковалось оружие и грубые доспехи, а также норами, которые вели в настенные жилища.

Ракатон был в гневе, свет в нём говорил о том, что узников нужно спасти. Их стоны звенели в воздухе нескончаемой какофонии и льющийся с хрустальной чешуи свет, единственное, что приносило жертвам адских мучений мимолётное облегчение.

Стоны затмились яростным рёвом.

Несмотря на то, что вождь выгреб всех воинов из логова, здесь осталось немало тех, кто мог держать оружие. Рабы троглодиты и прочие, порабощённые орками твари, были готовы кинуться на кого угодно за пайку наркотического снадобья и еду. Оголодавшие и свирепые, они рычали на дне вулкана, запертые в клетках бойцовых ям. Подтопленных и зловонных, называемых ими домом.

Многочисленные надсмотрщики и охрана не испугались дракона. В их восприятии сражение с ним было возможностью погибнуть с честью и Морран видел в обоих концах моста движение. А Ракатон всё медлил.

Анализ ситуации показал возрастающие риски и единственно возможный выход. Транслируя свои мысли дракону, под шорох падающих с мостов стрел, Морран закричал:

— Подними меня к узнику и расчисть проход для наших отрядов! Если не можешь сжечь этот город, то хотя бы не медли!

Дракон согласился и взмахнул крыльями. Поднялся на один ярус, второй, под всё возрастающим шквалом летящих в них стрел и лишь слегка не дотянув до верхней площадки встретился с противником, которого не ожидал здесь увидеть. Прародительница виверн, трёхголовая Матерь, в молчаливом рывке вырвалась из зева настенной пещеры и всей своей тушей врезалась в нарушителя территории.

Морран слетел со спины дракона и лишь заклятье левитации припасённое специально на вот такой, экстренный случай, замедлило его падение и не позволило разбиться. Он воспроизвёл его отброшенный к внутренней стене вулкана, туда, где простёрся один из настенных ярусов, в нескольких метрах над землей.

Волшебная сила подхватила воина и под грохот врезавшихся в стену чудовищ, по инерции протащила дальше и заставила покатиться по голому камню. Здесь, его тут же попыталась убить орчиха с отвислым брюхом и старым топором. Но броня, выкованная рукой бога, выдержала, а череп орчихи — нет.

Ответным ударом Морран швырнул её наземь.

Камни под ногами пошли трещинами, клети с узниками пали на дорогу и немедленно были раздавлены обломками. Мать выводка виверн схлестнулась с драконом не на жизнь, а на смерть. Все три её головы, на длинных, извивающихся словно плети шеях, со всех сторон кусали дракона, срывая хрустальную чешую. Морран успел увидеть, как ярус под ними проломился и переплетённые туши сорвались в падение, попутно обдирая стену.

Виверна подмяла дракона.

Рядом раздались крики, и ярл, едва не упавший на полусогнутые из-за вибрации обрушений, рванулся прочь. Всё шло не по плану, но основная задача была близка как никогда. Увиденный узник придавал говорящему за мёртвых силы и оценив своё местоположение, а затем мысленно проложив маршрут, он бросился пробивать дорогу.

Оскаленные рожи орочьих стариков и подростков, выпрыгивающих на него из тёмных закутков и пещер, сливались в бесконечную череду отброшенных слайдов. Крест пел песню, и эта песня воняла палёными волосами и плотью. Волшебный клинок, разожжённый великой и наполненной до краёв аурой, трещал и извивался, рассекая врагов вместе с оружием и оборачивая их плоть молекулярными взрывами.

Луч сверхъяркого света ударил откуда-то снизу и прочертил противоположную стену вулкана, все кто находился в пределах сотни метров от места прямого попадания, просто перестали существовать, обернувшись пеплом. От дикого жара каменные массивы взрывались и разлетались градом огромных осколков, а металл оборачивался раскалёнными волнами капель, летящих вслед за камнями.