Даниил Тихий – Трехликий IV: Полководец (страница 14)

На несколько мгновений воцарился хаос. Ударом алебарды один из мелких уродцев был отправлен в полёт на уровень третьего этажа, а другой сброшен в яму. Остальные попрыгали сами, но повара это не устроило. Он кинулся следом и продолжил собирать кровавую жатву по другую сторону от тропы, в низине просевшей дороги.

Ухватив Инару за руку, Морран потащил её по мосту.

Из многочисленных окон и дыр во внешних стенах высовывались тэклиты. Твари визжали и ругались, хохотали и кидались дерьмом в сторону схватки. Бойня в низине им нравилась. И пока их внимание было сконцентрировано на ней, заклятье отвода глаз работало как никогда эффективно.

Морран вытащил Инару из здания и спрыгнул с ней по другую сторону залитого светящейся жижей «моста». Скатившись по склону из вспучившейся дороги и оказавшись на дне ямы, он повёл ясновидящую вдоль подножья. Там, где их не могли заметить шаманские тотемы, торчащие сверху.

Где-то за каменистым бугром продолжал реветь повар и ярл чувствовал, как его аватар становиться чуточку сильнее от разгрома, учинённого околдованным существом. Убитые мутантом, засчитывались Моррану.

Перебежав на другую сторону дороги, ходоки поднялись по вытоптанной тропе и сквозь пролом нырнули в соседнее здание. На шум стекались людоеды со всей округи, но хитрые твари предпочитали держаться подальше и наблюдать со стороны.

Буквально за минуту верхние этажи заполнились «зрителями» позволив ходокам беспрепятственно миновать опасную территорию.

Лишь раз, на пути путешественников встала пара тэклитов, разминуться с которыми не получилось. Но Морран был к этому готов и пустил в ход нож, в скоротечной схватке заколов одного и размозжив об стену другого.

Они остановились спустя десяток минут, пройдя чертоги насквозь и выбравшись на параллельную улицу. Лежащая под ногами пыль, испещрённая редкими тропинками старых следов, намекала на то, что тэклиты тут редкие гости. Разворованные и пустые чертоги не представляли для них интереса.

Инара была выносливой и привыкла к долгим переходам по лесу. Тем не менее предшествующий остановке забег — сбил девчонке дыхание:

— Они… обнаружат трупы. Будет… по…гоня.

Моран, прячущийся вместе с ней в очередных руинах, возразил:

— Это вряд ли. Трупов там сейчас и без того навалом. Тем более мы уже рядом, шахта должна быть за тем поворотом.

Рука в стальной перчатке указала направление, в котором они и двинулись спустя минуту. Но, к сожалению, у обелиска их постигло разочарование, на новом картографическом шпиле не было нанесено никаких указателей, которые можно было принять за дорогу из города через глубинное подземелье.

Стоя у обелиска посреди пыльной площади, ясновидящая, подобно хвосту всюду следующая за своим спутником, обхватила себя за плечи позволив самострелу повиснуть на перекинутом через плечо ремне:

— У меня мурашки по коже от этого места, слишком открыто.

Инара была права, площадь была не лучшим местом чтобы на ней задерживаться. Но, с другой стороны, толстый слой пыли и мусора прямо говорил о том, что любителей тут полазить среди тех же тэклитов, попросту нет.

Впрочем, её страх оказался беспочвенным. Никто не поднялся из чёрного зева квадратной шахты. Никто не следил, и никто не преследовал пару, пока та искала место для отдыха.

В конечном итоге Морран выбрал для привала чертоги, что тянулись к потолку на краю площади. И единственное, что его при этом смущало, так это две пары следов, что тянулись за ними. Воин понимал, что по этим следам вычислить их как раз плюнуть и поэтому отказался от сна. Находясь в комнате с видом на площадь и выходом к лестнице, говорящий за мёртвых поел и вошёл в многочасовой транс-медитацию, наказав своей спутнице хорошенько выспаться.

Это позволило снять штрафы с ясновидящей и восстановить энергию резервуара.

Минуты складывались в часы, за узким окном подвывал блуждающий по руинам сквозняк, а со стороны стойбища то и дело доносились приглушённые расстоянием крики, какой-то лязг и неразборчивый шум. Стойбище вытеснило всех конкурентов из прилегающего к шахте района и чувствовало себя в безопасности, но говорящий за мёртвых знал, что очень навряд ли весь ярус заселён одними только тэклитами.

Впрочем, он не собирался на нём задерживаться.

Шесть часов ему потребовалось до полного восстановления резервуара, а затем он разбудил Инару и они оба отправились в путь. Несмотря на неработающий подъёмник в центральной шахте, улица, что квадратной спиралью вилась вокруг неё, на этом этаже оказалась в целости. Позволяя путникам не искать новую, второстепенную шахту.

Топча сапогами дорогу и держа руку на рукояти креста, Морран думал о том, что потеря нескольких дней не критична. И в то же время он ждал ночи и новых, насланных на него сновидений. Что-то происходило, что-то… чего он не мог объяснить. Последние сны не могли быть простым совпадением. Хрустальное яйцо, Тур и загадочный друг. Они приснились ему одновременно и трёхликий затруднялся ответить, чем встретит его новая ночь.

Но пока до заката было далеко, оба ходока шли вперёд, утопая в кристаллическом свете.

Спиральная улица, как и её сестра наверху, была полна расположенных на углах гостевых домов. Внутри искрилась пыль, валялся мусор, а в стойлах белели кости и черепа животных. Кое-где прямо на дороге, остались лежать обломки рухнувшей сверху пароды. Глыбы величиной превышающие Моррана, молчаливо дремали на самом краю ведущий во тьму дороги.

Поступь шагов и размеренный скрип доспехов разбавили слова молчавшей до этого спутницы:

— Мне кажется или становится… теплее?

— Ты наблюдательна. — Похвалил её Морран. — Влаги тоже прибавилось.

Ясновидящая использовала затишье как предлог для разговора:

— Интересно, кто-нибудь из ходоков заходил так далеко?

Перед глазами воителя восстали воспоминания. Ужасные ожоги Ликвика и щиты-шестерёнки Друма:

— Мои друзья заходили. Вынесли отсюда добычу и травмы.

Девушка несколько секунд обдумывала сказанное, а затем спросила:

— Где они сейчас? Во Въёрновой пади?

— Друм погиб во время боя за скалу-крепость. Ликвик, тот, что получил тут травмы, исцелился и стал жрецом света.

Слова о смерти сами собой притушили разговор. Инара буркнула «соболезную» и молча продолжила идти за тем, кому задолжала. Множество под ярусов удалось им пройти прежде, чем монолитные стены с выдолбленным в них трактом, сменились мостами, объединяющими четыре опорных столба.

Здесь, на углах этой своеобразной «лестницы» не было таверн и трактиров. Только небольшие опорные пункты, башенки с единственным входом, забранные толстой, стальной решёткой. Кто-то уже побывал здесь и разобрался с ними. Попросту проникнув сквозь бойницы внутрь и повернув поворотный механизм, утащивший решётки в глубины камня. Здесь могла бы намертво встать целая армия, захлебываясь кровью и вынужденно бросая на покрытые рунами преграды всё новых и новых бойцов, пока тех заливали кипящей водой, сдували с дороги паровыми пушками и расстреливали из самострелов.

Но сражения здесь не случилось. Дорога была чистой, ни костей, ни тряпья, не разбитой брони и мечей. Только пыль и тропки старых следов.

В одной из двенадцати башен, на четвёртом по счёту углу очередного яруса спиральной дороги, путники решили заночевать.

Рейдеры и местные твари уже побывали внутри и выгребли всё до чего дотянулись их жадные руки. Но матрасы, набитые бараньей шерстью и мебель не тронули. Даже руническая печь, запитанная от пещерных кристаллов, и та осталась на месте.

Опустив осадные решётки и забаррикадировавшись в караульном помещении на втором этаже, путники поужинали и уснули, получив возможность выспаться на настоящих кроватях. Единственной проблемой долгого пребывания в заброшенном городе становилось истощение запасов воды, но Морран знал, что карлы добывают воду из вертикальных шахт, выходящих на заснеженные пики вечно холодных гор. А значит вода в заброшенном городе есть и чтобы её найти нужно добраться до ближайшей высокогорной шахты.

Ясновидящая, несмотря на шестичасовой сон, который закончился всего пару часов назад, тоже с радостью легла спать. Переход давался девушке тяжелее. Её физические параметры сильно уступали аналогичным у воина, и она уставала там, где он попросту не напрягался.

Говорящему за мёртвых снова приснился сон. В нём он видел Тура и покрытый рубинами замок, по левой части которого бог стучал пальцем. Видел своего друга, который висел на цепях за этим замком и встретившись глазами с трёхликим кричал и тряс сковавшими его цепями. Видел хрустальное яйцо, трещина на котором вдруг раздалась вширь, разбрызгивая осколки и позволяя существу из чистого света вырваться на свободу.

Колокол магии прозвенел в его голове и говорящий за мёртвых распахнул глаза. Кто-то задел сторожевое заклятье.

Опущенные рунические решётки перекрывали проход и это очень не понравилось привыкшим двигаться по лестнице дикарям. Тэклиты из стойбища, те самые, что занимали часть второго яруса Свинтерхельма, упёрлись в решётку и сами того не ведая активировали сигнальное заклинание ярла.

Снаружи звякнуло у самой бойницы и что-то упало в пыль, послышалось неразборчивое урчание. «Крюк-кошка» — определил по звуку убийца и застегнул на своём корпусе нагрудник, постепенно облачаясь в доспех. Подлатник и кольчуга были уже на нём, но остальное лежало по близости. Перед сном он снял с себя несколько мешающих элементов, чтобы получить бонусы бодрости.