Даниил Сысоев – Летопись начала. От сотворения мира до исхода (страница 61)
Итак, наши пути привели нас к великому противостоянию у подножья проклятой Башни. Два современника показывают нам ту огромную бездну, таящуюся в сердце человека. Человек может стать прекрасным, как Евер, или ужасным, как Нимрод. О втором нам уже пришлось говорить, а первого надлежит нам прославить сейчас. Представьте себе, как может влиять на человека то, что ему противостоит не только его семья или его народ, а все человечество. Необходима сверхъестественная сила для того, чтобы противостоять тому натиску общественного презрения, которому подвергся Евер со стороны обезумевшей в своем энтузиазме толпы поклонников Нимрода. Св. Димитрий Ростовский удивляется, почему большинство пошло за черным богоборцем, а не за праведником, и находит в этом проявление первородного греха, разлагающего нашу природу. Действительно, и сейчас «массы» гораздо скорее пойдут за тем, кто будет призывать их к злодействам, чем за тихим голосом истины. И вот тогда, когда Нимрод проводил свою пропаганду глобального проекта мятежа против Создателя, Евер остался вне этого безумного мероприятия. Можно только представлять, сколько оскорблений и насмешек пришлось ему пережить, как его призывы к покаянию оставались предметом издевательства. Но в страшную ночь гибели Башни оказалось, что только у Евера сохранился тот язык, на котором говорили люди в раю (впрочем, этот язык, вероятно, к тому времени тоже деградировал, как и все то, что есть в природе человеческой). Как говорил свт. Иоанн Златоуст, «сам Евер остался с тем же языком, чтобы это служило ясным знаком разделения». Подобного же мнения придерживались и свт. Филарет Московский, и свт. Димитрий Ростовский. Но об этом мы скажем подробнее в главе, посвященной смешению языков.
В самый год гибели Башни (2793 г. от сотворения мира) у Евера родился сын, которого тот назвал Фалеком, что означает «разделение», в его имени запечатлелась для потомков страшная катастрофа смешения языков. После этого потрясения время жизни людей резко сократилось (в 2 раза), сокращение человеческой жизни происходило и после других катаклизмов и было знаком гнева Бога на грешное человечество.
Фалек основал город, расположенный на среднем Евфрате и упоминаемый в документах Мари. Потомки его брата Иоктана заселили Аравию.
Сын Фалека Рагав (родился в 2923 г., в переводе с еврейского его имя означает «друг», видимо Божий) основал город Ракхилу недалеко от города Фалека и дал свое имя острову на Евфрате, лежащему ниже города Аната, который аккадцы называли Ра`илу. Имя Рагава встречается в аккадских надписях. Возможно, именно он основал также город Раги в Мидии, который упоминается в книге Иудифь (1, 6). В своем городе Ракхилу он родил (в 3055 г.) Серуга, которому дал имя, означающее
К сожалению, Серуг, видимо, злоупотребил теми силами, которые были даны ему Творцом, и, подобно халдеям, стал считать, что сила его – бог его (Авв. 1, 11). Он первым из избранного племени стал делать идолов и ввел развращение в изначальное Предание. Это заблуждение он, видимо, воспринял от своей матери Оры, дочери Ура, сына Кессида, халдейки.
Как говорит прп. Иоанн Дамаскин, его идолы были еще не объемными, а расписными и рельефными. Этих истуканов Серуг стал делать сам и продавать другим, так он зарабатывал на жизнь. Он не только соблазнял других, но и сам стал почитать их. Также Серуг был первым астрологом среди избранного рода. Серуг основал город Саруги, который находился между Харраном и Карсимиш.
Нахор («борец») родился в 3185 г. Предание не связывает с ним каких-то особых преступлений или развития идолослужения, которому он, все же, был привержен. Возможно, он прославил себя как талантливый полководец, «мужественно отстаивающий интересы своего рода от натиска соседних племен». Он так же, как и его предки, основал город, в который позднее Авраам посылал своего раба Елиезера (Быт. 24, 10). Это поселение упоминается в документах царства Мари и в ассирийских надписях и называется Накхуру или Тил Накхири. Оно находилось недалеко от Харрана.
Там же недалеко был построен город Фарра (Тураху – у ассирийцев; Турахи – у аккадцев), который основал сын Нахора – Терах (Фарра), рожденный в 3264 году. Его имя означает «луна» или «обращаться, выселяться, уходить». Первое значение связано с идолопоклонническим культом ночного светила, распространенным в Харране, а второе предрекало его судьбу. По еврейскому преданию, в год его рождения бесчисленные стаи воронов склевали урожай Нахора в Уре, и потому в его голове появилась мысль об уходе из своей земли. Здесь мы видим проявление Промысла, который и наказывает отступников, и вкладывает в их головы те идеи, которые позднее будут реализованы их покаявшимися потомками. Исход телесный начал Фарра вместе со своим сыном Авраамом, но духовную Пасху смог совершить лишь тот, кто не покланялся идолам, – Отец верующих.
Существует много преданий, касающихся Фарры. Св. Иоанн Дамаскин говорит, что Фарра первым стал изготавливать скульптурных идолов, тем самым проложив дальнейшие пути падения человечества. Говорится также, что он был главой царской армии у Нимрода (что невозможно по хронологическим причинам, если под последним не подразумевается его преемник – царь Междуречья). Впрочем, возможно, здесь мы видим сохранившееся воспоминание о культе Нимрода, который совершался в капище Сина в Харране, причем этот тиран назывался, судя по надписям, «князем народа Харрана». Фарра взял себе в жены халдейку Амфилаю (или Джессику) и от нее родил трех сыновей. Когда родился последний – Авраам, то на небе появилась комета, которую астрологи истолковали как знак рождения императора. Нимрод пытался убить новорожденного, но тот был чудом спасен. Этим тираном был, скорее всего, первый после Нимрода правитель всего Междуречья – Саргон Древний. Он был сыном храмовой блудницы. В детстве на его жизнь покушались. Затем, опираясь на рядовых общинников и солдат, Саргон пришел к власти и провел ряд завоевательных операций. Он покорил Сирию, Шумер, Елам. Неудивительно, что в покоренных странах был введен режим террора.
Фарра, как уже говорилось, первым покинул Ур и перебрался в Харран. По словам Иосифа Флавия, это произошло из-за скорби Фарры после смерти его сына Арана, погибшего в огне капища, куда он бросился спасать идолов. Тут мы видим причину того, почему Фарра не был удостоен поселиться в Святой Земле. Ведь к Богу нельзя придти только для того, чтобы Он утолил наше горе, если этот приход не сопровождается покаянием. Потому Писание и говорит о смерти его в Харране, показывая, что идолослужитель Богом отделен от своего праведного потомка, он оказался недостойным разделить его священное странствование.
Итак, мы видим, что и после Потопа в человечестве продолжался процесс разделения на тех, кто любит Бога до презрения к себе, и тех, кто любит себя до ненависти к Богу. Как и до Потопа, к несчастью, Церковь оказалась на грани исчезновения из-за того, что боголюбцы захотели стать своими для миролюбцев. И если бы не встреча двух любящих воль – Бога и Авраама, – то история Вселенной могла бы завершиться уже тогда.
В заключение главы хотелось бы, чтобы перед глазами предстал прекрасный образ той древней Церкви. Под открытым небом на каменных жертвенниках (впервые созданных Ноем) в таинственном молчании первенец приносит жертву Богу Всемогущему. Он одет в особую священную одежду, восходящую к тем ризам, которые Господь возложил на Адама. Вокруг него стоит весь его род, живущий около недавно основанных, молодых городов. Затем, вкушая жертвенную трапезу, люди поют песни о Творении мира и Всемирном Потопе, Грехопадении и Башне на том языке, на котором изначально говорил человек. И всегда там можно было встретить старца, который мог рассказать о своей личной встрече или с Ноем, или с его сыновьями и внуками. Этому помогал дар долголетия, позволивший донести повествование о заре мира до великих патриархов еврейского народа. Ведь от Адама до Авраама существует только семь посредников в передаче Откровения. На юге и севере в это время строят цивилизации Шумера и Аккада, в которых человек все больше становится похожим на муравья, а в среднем Междуречье, на периферии царств, сохраняется возможность истинного богопочитания.
Часть восьмая. Церковь Патриархов
Глава первая. Реальность Патриархов
Современная «обезумевшая мудрость», стремящаяся к разрушению истин Божественного Откровения, естественным образом приходят к утверждению, будто практически все ветхозаветные патриархи – это мифологические персонажи, за которыми скрывается просто перемещение безымянных племен. К несчастью, подобных взглядов придерживаются сейчас и некоторые «православные» писатели (например, прот. А. Мень). В качестве примера современных псевдонаучных представлений можно привести следующую цитату: «Имена патриархов отождествляют с теми местами или этническими группами, которые известны из исторических документов, отчего легко предположить их мифологичность, связанную с древним традиционным взглядом на кочевую жизнь их предков». Слова эти очень типичны, и они великолепно показывают доказательную ценность всех подобных построений библейской критики и подобных ей дисциплин. Давайте попробуем провести похожую цепочку рассуждений, касающихся более близкого к нам прошлого.