Даниил Санкара – Лайфсровер (страница 3)

Пространство, в котором он оказался, по своему предназначению было похоже на транзитную зону международного аэропорта, в котором не ограничены объёмы, поэтому бесконечный пассажиропоток не создаёт ощущение суеты. Место, где можно получать информацию и помощь, перемещаться в соответствующую запросу точку пространства-времени. Благодаря этому, можно было получать необходимые образы и картинки из физического мира, так как это пространство непостижимо связывалось с миром материальным. Также тёмная пустота являлась перевалочным пунктом для готовящихся к рождению или умерших, смиренно принявших свою смерть.

В сравнении с предыдущим местом, в котором кроме света и блаженства ничего не было, здесь можно было видеть внешность существ. А также образы, которые они создают, и со всем этим можно было контактировать. Контакт происходил не тактильно или при помощи разговора. Вначале необходимо было приблизиться к существу, с которым возникло желание завязать беседу, затем высказаться исключительно посредством мыслей. В этом месте никогда не происходило аварий, преступлений или терактов, ведь навредить здесь просто некому. Кроме того, мысли не могут обманывать. Место было самым честным во всех пространствах и временах. Даже живые никогда здесь не лгали.

Вначале задумавшийся процесс обратил внимание на прибывающих из материального мира. Они все были разные и каждый по-своему интересен. Немного понаблюдав, он сделал вывод, что всех прибывающих можно разделить на несколько групп.

Светлые – умершие, которые прожили свою жизнь честно, как в страдании, так и в изобилии. Они манили своей чистотой и незамутнённостью помыслов. Они точно знали, что правильно, а что нет, и придерживались этих правил в материальном мире. Красивые. Они охотно делились пережитым опытом, рассказывая про физический мир. Образы, ими созданные, были смутными, яркими, но не понятными. Они точно знали, что там есть смысл, но никто из них так и не смог его найти.

Так же в эту буферную зону прибывали темные – тоже красивые. Они не всегда жили честно, зато были полны скорби и осознанности за совершенные ими поступки, а также за действия, которые совершали над ними. От них не исходила злоба или страх. Они говорили о том, что поступки, совершенные ими в материальном мире, обусловлены действиями и событиями, происходившими в их жизнях независимо от их воли. Они были обескуражены тем, как можно прожить правильную жизнь без ошибок и их последствий. Ведь постоянный водоворот событий закручивает и бросает в самые сложные неоднозначные ситуации. При том нигде нет точного свода правил, по которому необходимо жить. В то же время своды правил в изобилии писались людьми, но полной уверенности в их верности и однозначности не было ни у кого. Этих правил приходилось придерживаться ввиду того, что их придерживались все остальные в той группе лиц, которая причисляла себя к этим правилам.

Размышляя над тем, кто из прибывающих больше ему нравится: светлые – своей чистотой, или тёмные – своей осознанностью, задумавшийся мыслительный процесс, выделил третью группу прибывающих – серых.

Один, только что прибывший серый, сел на созданный им образ пня и молчал, задумавшись. То была редкость. Каждый прибывший спешил поделиться своими впечатлениями. Ведь смерть, которую они только что испытали, была невероятным явлением. Та боль, которую каждому из них причинила недавняя смерть, заставила их взмолиться и принять её абсолютную власть. Она очищала каждого от вранья себе и другим, оставляя лишь чистую искренность. Власть смерти безгранична среди существа её испытывающего. Она снимает все маски, обмануть ее невозможно. Таков закон.

Наш герой узнал от прибывающих существ, что такое боль. Но само понятие не добавляло ясности. Оно было так же загадочно, как те образы, которые показывали недавние жители физического мира. В размышлениях о боли и её качествах мыслительный процесс приблизился к серому. Он не был внешне красивым, но сила, исходящая от этого существа, поражала. Даже самое яркое пережитое впечатление материального мира – смерть, не заставило его впечатляться. Он, оставаясь недвижимым, продолжал наблюдать собственные впечатления от пережитой смерти. Осознанность и чистота – было все, что он представлял собой. Этот редкий вид существ так восхитил задумавшийся мыслительный процесс, что тот твердо решил когда-нибудь стать серым.

Но для этого нужно было сначала найти способ пробиться в физический мир. Откуда-то у задумавшегося мыслительного процесса была уверенность, что в том мире есть ответ на вопрос: «кто я?».

В пустоте, заполненной лишь существами и образами, необходимо было понять, несколько вещей: как попасть в мир живых, для чего, и что там делать? Сам физический мир страшно пугал, он был хаотичен. Образы, которые приходили из него, и рассказы умерших говорили лишь о том, что жизнь в том мире проходит быстро и непонятно. Неоткуда взять правил о том, как прийти к своей цели. Да и определившись с целью здесь, в буферной зоне, очень просто упустить ее там. Более всего обескураживал и вводил в ужас тот факт, что люди в том мире говорили зачастую не то, что думают. Это означало, что там нет правды. Значит не у кого спросить путь. Потому что тот, кто укажет направление, может обманывать. Как в таких условиях найти опытного учителя и не спутать его с тем, кто хочет тобой воспользоваться?

Мыслительному процессу было страшно. Но он вспомнил свою решимость, когда покидал пространство света. Ответ на его вопрос содержался в том жутком хаотичном месте. Несмотря на весь ужас физического мира, он уже не мог отступить от цели познания себя. Если было необходимо прожить конечную жизнь в мире форм, значит, он направится туда. Твёрдая решимость вела его сквозь собственный страх, другого пути просто не было. Возможно, задумавшийся был вынужден встретиться со своим страхом ввиду обстоятельств, в которых оказался. Были ли запланированы эти обстоятельства неким конструктором миров и судеб? Этот вопрос не имел значения и не стоял перед мыслительным процессом.

– Итак, решение принято! Я иду туда несмотря ни на что, – рассуждал он сам с собой.

Пустота молчала. Нужно отметить, что пустота, из которой состояла буферная зона представляла собой огромное пространство. Но не в силу своей безграничности, а в силу неизмеримости. Не было стандарта длины, которым возможно было её измерить. Да и самого понятия «стандарт» в ней не существовало. Так же не существовало возможности оказаться на её краю. Количество существ, которые её заполняли, было огромно. Казалось, она способна содержать в себе все возможные существа. Такими свойствами она напоминала привычный космос, но не являлась им. Потому, что в ней не было физических объектов. Все объекты в ней создавались мысленно и имели очень короткое время жизни. До тех пор, пока на них сосредотачивалось то или иное существо, или пока на них было направлено чье-то внимание. С пустотой можно было общаться. Мыслительный процесс не понимал, как происходило это общение. Она могла отвечать звуком, который он слышал. Но этот звук не был волнами, распространяющимися в веществе. Он был другой природы. Чаще всего при общении с ней, пустота создавала образ некоего существа, которое находилось где-то рядом. Процесс никогда не видел это существо, но чувствовал, что оно имеет общую с ним природу, и, скорее всего, похоже на него.

– Что мне нужно сделать, чтобы оказаться там? – задал он вопрос пустоте.

– Сначала ты должен определиться, чем ты будешь там заниматься, – из пустоты сформировалась сущность. Он не видел её, но чувствовал присутствие.

– Я хочу просто там появиться, как мне это сделать? И что для этого нужно?

– Твоё желание, – ответила пустотная сущность. – У тебя есть желание?

– Конечно! Знаешь ли ты, с кем говоришь, сущность? Я пришёл сюда из царства света, где такие же, как я были обречены на вечное блаженство. Я снизошёл, имей уважение!

– Ох уж это я. Ты здесь такой же, как и все остальные. Царство света осталось в прошлом. Ты больше никогда не вернёшься туда. Вероятность этого крайне мала. – Сказало безразлично существо из пустоты. При этом оно не представляло угрозы, скорее наоборот, играло роль помощника. – Как бы то ни было, вернуться к свету ты сможешь, только пройдя через жизнь. Пути назад из этого пространства нет.

– Я пройду через жизнь и вернусь в свой дом – царство света. Ровно потому, что однажды уже делал это. Но мне бы не хотелось. Я начал свой путь не для того, чтобы вернуться. Там нет ответа на вопрос: «кто я?». Говорят, что ответ есть в мире форм.

Пустота молчала.

– Как мне попасть туда?

– Ты уже знаешь ответ: у тебя должно быть желание, – сущность растворилась, оставив слева в пространстве только свою улыбку, из которой звучал тот же голос.

– Да, у меня есть желание и решимость. О чем ты ещё говоришь?

– Желание должно занять все твоё существо, вытеснив все остальное. Оно должно стать тобой. А вместо этого ты слишком много рассуждаешь.

– Хм… Всё моё существо должно захотеть этого, – задумался мыслительный процесс. – Наверное, так же, как я перешёл из пространства света сюда.

Он сосредоточился и стал искать в своём мыслительном потоке то желание, которое вело его в мир форм. А когда нашёл, понял, что желание не могло увеличиться и разрастись достаточно, чтобы стать всем его существом. Это желание сбивал страх, который он испытывал перед хаосом. Тогда стало понятно, что нужно избавиться от страха.