Даниил Лектор – Обратная сторона любви (страница 30)
– Стой! Может… останешься?
Есеня понимает сказанное, но не может поверить.
– Ты сейчас о чем вообще?
– Ну. Как. Командировка. Ты одна, и я один. Мир за окном. Холодный и жестокий. А этот отвернется. За занавесочкой.
– Спокойной ночи. – Улыбнувшись, уходит, оставив его одного. Звук ключа в замке.
В это время в Москве Женя заходит в лифт. Мрачный, напряженный. Давит на кнопку нижнего этажа. Створки лифта закрываются, но в последний момент их успевает остановить чья-то рука. Это Самарин с улыбкой заходит в лифт. Лифт едет вниз. Самарин поглядывает на Женю с шутливым укором.
– Товарищ майор, я же вас жду.
– Серьезно?
– Применение табельного с летальным. Я понимаю, у вас в семье это скорее серые будни, чем что-то из ряда вон, но я обязан с вами побеседовать.
– Прям в лифте?!
– Нет, конечно.
– Я назад не поеду.
– А зачем назад. Я кабинеты не люблю. Есеня не говорила?
– И как тогда?
– Вечер. Пятница.
Женя исподлобья смотрит на Самарина, который смотрит на него мягко, с улыбкой, как лучший друг, ни дать ни взять. Они выходят из управления и направляются в стриптиз-бар. Долбежка басов, скачущие цвета по стенам. Женя смотрит на ноги стриптизерши – переводит взгляд на Самарина: психолог чужд этому месту, но странным образом он здесь как рыба в воде.
– …и что тебя тянет сюда?
– Помимо очевидных причин?.. Для изучения социальной психологии – лучшее место. У всех – ясные мотивы, реализуемые через ритуал! Девушка, повторить!
Барменша разливает им по шоту текилы. Женя зло крутит свой шот в руках. Смотрит на Самарина открыто, без искорки в глазах.
– Не подписал бы Есене допуск – и все.
– Посмотри вокруг.
– Чего я тут не видел?
Самарин делает знак одной из девушек – стриптизерша подходит ближе. Танцует для них. Самарин смотрит на нее как завороженный, но то, что можно со стороны принять за похоть, на самом деле – работа ума.
– Каждая говорит себе: я не шлюха. Актриса. Модель. Танцовщица. Но рано или поздно каждая ведется и спит за бабки. Разок. А там другой, и третий…
– Эта притча сейчас к чему? – Женя раздраженно смотрит на Самарина.
– К тому, что есть вещи неизбежные. Как, например, то, что твоя жена будет работать с Меглиным.
Женя откидывается на стуле, оглядывая Самарина с ног до головы.
– Есть и другие неизбежные вещи. Например, огрести за сравнение моей жены со шлюхами.
– И это возвращает нас к теме твоего допуска. Это пока вещь неопределенная. Могу подписать. А могу и нет.
– Вот прямо так? – Женя смотрит напряженно. Кивает вопросительно – «ну?».
– Услуга за услугу.
– И что – с меня?
– Личное дело Меглина.
Женя искренно удивлен.
– Зачем?
– Уникальный психотип. А доступ к нему имеет только Бергич. Несправедливо с точки зрения науки. Я на нем докторскую напишу. Что скажешь?
Женя, помедлив, пожимает плечами.
– Ради науки… почему бы и нет? – Залпом выпивает шот и со стуком ставит на стол рюмку.
По дороге домой он звонит жене по скайпу. Он едет в машине и снимает себя.
– А кто с Верой?
– Старший советник юстиции Стеклов Андрей Сергеевич.
Есеня смеется.
– В нем такой дед включился, он будто всю жизнь этого ждал.
– Знаешь, что он мне сказал? Он жалеет, что не видел, как ты росла. Видимо, компенсирует.
– Мне бы он этого никогда не сказал.
– Давай там развязывай уже и приезжай. Мы скучаем.
Есеня целует воздух. Требовательный стук в дверь.
– Сейчас!..
Отключив скайп, она открывает дверь. На нее валится пьяный мокрый Меглин, она морщится от запаха.
– Ты где был?..
– Слышь… заплати ей…
В его руке бутылка вина, за плечом – Ляля. Есеня смотрит на него, оценивая пределы наглости.
– Ты серьезно?
– А что я, не человек? Каждый хочет любви. И солдат. И моряк.
– Сколько?..
Ляля сама забирает купюры из бумажника. Они уходят. Меглин бросает через плечо.
– Тоже заходи…
– Зачем?
– Тройничок замутим!..
Есеня зло хлопает дверью. Не может найти себе места из-за раздражения, но что-то зацепило ее. Меглин впускает Есеню в номер. Темно, свет только от слабого ночника. Меглин серьезен и сосредоточен. На кровати, в свете лампы, сидит Ляля. Есеня подходит к ней, опускается на колено. Смотрит. Узнает.
– Лариса?..
– А теперь ей расскажи, милая… То же, что и мне.
Ляля смотрит на нее с сомнением.
– Ей можно. Она наша. – Меглину она верит.
– Я его видела…