Даниил Корнаков – Дети Антарктиды. Захваченные земли (страница 26)
Слова друга вызвали у собирателя легкую ухмылку.
— Вот что я тебе скажу, — продолжал Йован. — Прямо сейчас среди нас нет прогрессистов и восточников. Да, парочка из них те еще кретины, в особенности этот сержант, но я прекрасно осознаю, что по отдельности мы передохнем как мухи, но вот вместе… — Он сжал ладонь на его плече, — действуя сообща мы обязательно найдем это Копье, или как там его, и вернемся домой.
Позади послышался голос Ясира:
— Эй, ну где вы там? Не отставайте!
— Идем! — крикнул Йован и вновь посмотрел на Матвея. — Понимаешь, о чем я?
— Да. Понимаю, — согласился собиратель.
Он улыбнулся и вновь похлопал его своей громадной ручищей по плечу.
— Ты вытащишь нас отсюда, старина, — добавил здоровяк. — А я помогу тебе как только смогу… — он выпятил единственную кисть, слегка потряс ее и добавил: — и рук, хе-хе.
Из леса они вышли в поле, ненадолго остановились, разглядывая открывшуюся перед ними территорию, и цепочкой пошли дальше. Через несколько минут путь им перегородил широкий пруд, покрытый тонкой ледяной коркой. В самом его центре находился небольшой островок с парочкой молодых деревьев и кустарников.
— Придется обходить, — осматривая окрестности, сказал Матвей. Он заметил огороженную маленьким забором дорожку и указал на нее остальным. — Вон, пройдем там.
Следуя вдоль пруда они наткнулись на прогнившую и разрушенную лодку, брошенную на берегу рядом с небольшим причалом.
Они сделали крюк в поле, вышли на лесную тропу и вскоре наткнулись на трассу. Как и трасса, по которой они проходили утром, эта была завалена множеством автомобилей. Оставаясь начеку, они быстро пересекли ее и вновь оказались в лесу. На этот раз тропы отыскать не удалось, и они просто шли вперед, прямиком по лесу. Плутать среди деревьев долго не пришлось, и уже через полчаса команда оказалась возле небольшого поселка.
— Нужно отыскать место для ночевки, — предложил Матвей. — Можем разместиться в одном из этих домов.
— Никаких ночевок, идем дальше, — немедленно возразил Вадим Георгиевич. С тех пор, как он услышал голос дочери у него как второе дыхание открылось — он шел быстрее всех, не запыхаясь и не отапливаясь ни на секунду.
— В таком случае, нам хотя бы передохнуть, начальник, — вступилась за предложение Матвея Надя. — Ноги не держат. Целый день идем, еще и не ели ничего.
Даже сержант остановился и настоял на передышке:
— Она права, начальник. Надо поесть, иначе далеко не уйдем.
— А черт бы с ним, — отмахнулся старик, пробурчав под нос. — Что это за место? Хоть убедиться, что мы идем в правильном направлении.
— Посветите мне, — велел сержант, доставая карту.
Ясир включил фонарь.
— Ну? — не скрывая нетерпения спросил Вадим Георгиевич.
— Это странно, — ответил минуту спустя сержант.
— Что странно?
— Здесь на карте нет никакого поселения.
Вадим Георгиевич выступил вперед.
— Как это нет? Дай посмотреть.
Он прищурился и стал изучать участок, куда указывал сержант.
Тем временем внимание Матвея привлек прямоугольный знак, валяющийся у края дороги. Подойдя поближе он стряхнул с него шершавый снег, пока его глазам не открылось название поселка.
— Боже… — прошептал он, чувствуя, как сжимается его сердце.
Знак был ничем иным, как скромной стелой, на котором было написано:
Матвей протер глаза. Ему чудилось, не иначе. Такого просто не могло быть! И все же сомнений быть не могло. Это был подмосковный поселок, где он вместе с родителями жил до Вторжения. А значит где-то здесь неподалеку…
Почти у самого уха раздался голос Ясира:
— Эй, кажется Матвей нашел, что это за место!
Всей гурьбой они подошли к знаку и стали разглядывать его, словно памятник архитектуры.
Вадим Георгиевич снова посмотрел на карту и стал бормотать:
— Ясная поляна два, Ясная поляна два… да нет здесь никакой Ясной поляны! Миш, вот посмотри сам, или я слепой?
Матвей снова обрел дар речи и обратился к старику:
— Левый нижний угол карты.
— Что?
— Слева, в углу карты. Я когда составлял маршрут, заметил, что там был указан 2042 год.
Вадим Георгиевич зашуршал бумагой.
— Точно, — согласился он.
— Поселок тогда еще не построили. — Собиратель ткнул на четыре цифры на знаке. — Две тысячи пятьдесят третий.
Теперь он понял, почему так и не отыскал хотя бы случайно название родного поселка, когда внимательно изучал карту еще на корабле. Да и отец никогда не упоминал его точное месторасположение, говоря лишь, что он находился у самой окраины Москвы.
— Вот же… и карты поновее не нашлось? — пробурчал Вадим Георгиевич, свернул карту и отдал ее обратно сержанту.
— Поновее забрала группа вашей дочери, — ответил Миша.
— Ладно, нечего стоять как истуканы. — Начальник пошел вперед. — Передохнем чутка и снова в путь. Аринка, видит твой чудо прибор этих тварей?
— Нет, все тихо, — сообщила она, поглядывая на дисплей.
Отряд зашагал дальше. Вадим Георгиевич, указывая на дома, с придыханием стал рассказывать как люди жили раньше.
Матвей тем временем все не мог оторвать взгляда от знака. Судьба и впрямь злодейка, раз привела его сюда, в место, где все началось.
— Матвей, с тобой все хорошо?
Арина стояла возле него, крепко держа свой датчик.
— Да, все нормально. — Он прочистил горло, чувствуя, как садиться голос.
— Выглядишь так, словно привидение увидел.
Проницательности Арине можно было лишь позавидовать. Это место и правда было для него подобно ожившему призраку, про которое прежде рассказывал его отец. Эдакой страной чудес, чем-то немыслимо далеким, а оттого почти нереальным, неосязаемым.
— Все нормально.
Он не узнавал этих улочек. Для него они ничем не отличались от всех оставшихся позади. Кирпичные коттеджы, окруженных заборами из профлиста или штакетника навсегда стерлись из его памяти.
И все же вот он — его прежний дом.
Арина ушла далеко вперед, снова уткнувшись в экран датчика. Остальные видимо нашли уцелевший коттедж и стали осторожно заходить внутрь.
— Матвей, ты куда? — окликнул его Йован, когда тот стал идти дальше.
— Я сейчас приду.
Двор был небольшим. Безусловно слякоть и разруха портили его вид, но нетрудно было представить какое это было некогда чудное место.
Он брел вдоль домов и посматривал на номера. Нечетные находились с правой стороны, и он, замечая очередную цифру, стал считать: