Даниил Корнаков – Дети Антарктиды. Возвращение. Часть II (страница 17)

– Пацана не трогать, как и всех остальных, приказ Гюго. – строго напомнил Ярик. – Несите его к остальным. – Взглядом он указал в сторону Нади. – И её тоже.

– С ней ещё была другая баба, – сказал Коля, – та прогрессистка, она куда-то смоталась.

В эту секунду Наде так хотелось прыгнуть на него и перегрызть его сраную глотку.

– Дим, – обратился Ярик к одному из подчиненных, – отправь пару ребят её поискать после того, как закончите с ней и пацаном.

– Сделаю.

– А я, пока пойду наведаюсь в медблок к этому исландскому чудаку, – буркнул Ярик, убирая пистолет за пояс. – Ждите, я скоро.

***

Тягучий электронный писк, внезапно раздавшийся из компьютера барокамеры, заставил сердце Лейгура Эйгирсона забиться чуть быстрее.

Он прислонился к стеклянной крышке и заметил, как дрогнуло веко Эрика. Кадык ярла ползал вверх-вниз, вены налились кровью и набухли, как обожравшиеся черви. Лицо покрылось испариной.

Лейгур растерянно взглянул на экран компьютера и среди десятка неизвестных ему показателей разобрал лишь одно, с быстро бьющимся цифровым сердцем, возле которой билась цифра 107, потом 112, 118… Линия пульса металась, словно билась в панике, рисуя ломаные пики.

Лейгур бросился к двери, намереваясь позвать доктора, но неожиданно для себя встретил одного из восточников, здоровяка с заячьей губой. Кажется, его звали Ярик?

– Нужен доктор… – Лейгур указал на взбесившийся компьютер, в надежде, что одного лишь взгляда в его сторону будет достаточно для воздержания от излишних разъяснений.

– Ох, это не хорошо. Пошли, поищем его вместе.

Лейгур заметил, что на лице восточника ничего не дрогнуло. Ему это показалось странным.

– Пожалуй, я останусь здесь, на случай если он придёт в себя или…

«…или начнёт умирать…» – едва не вырвалось у него.

– Ты пойдешь со мной, – настойчиво сказал Ярик и потянулся к рукояти пистолета за поясом.

Лейгур отступил на шаг, внимательно изучая лицо стоявшего перед ним человека. Его сжатые губы и строгий взгляд не сулили ничего хорошего.

– И это не просьба, – добавил восточник и вытащил пистолет.

Аппаратура сзади настойчиво продолжала пищать, словно живой человек, умоляющий ему помочь.

– Хорошо… – сказал Лейгур.

– Оружие при себе есть?

Он покачал головой:

– Нету.

– Учти, если у тебя вдруг…

Позади раздался глухой стук. Эрик очнулся и стал бить по стеклу, отвлекая внимание восточника на долю секунды. И Лейгур не упустил данной ему возможности. Он кинулся на Ярика, но прежде чем успел его настигнуть, услышал выстрел и почувствовал, как в правую ногу ударило что-то горячее. Едва палец восточника сжался на спусковом крючке, как Лейгур схватил его за руку и поднял над головой. Снова раздался выстрел, и на их головы посыпались осколки лампы.

Лейгур откинул назад голову и резко ударил лбом противника в нос. Тот крикнул, его хватка ослабла, и пистолет грохнулся на пол. В суматохе один из них сбил его ногой, и оружие скользнуло под койку.

Искаженные злобой глаза с воспалёнными, красными ниточками вперили взгляд в Лейгура. К стиснутым зубам подползла хлещущая из носа кровь. Ярик заревел, собрал всю силу воедино, отпихнул Лейгура и бросился в сторону койки. Исландец попытался его схватить, но, вставая, почувствовал пронзающую боль в левой ноге. Бросив на неё короткий взгляд, успел заметить, как на штанине появилось багряное пятно от пулевого ранения.

Восточник тем временем уже встал на четвереньки возле койки, вытащил из-под неё пистолет, взвёл курок…

«Но ведь Боги…» – успело мелькнуть в голове Лейгура.

Выстрел.

Пуля просвистела возле его уха. И как только предсмертная тьма рассосалась, он увидел в нескольких шагах от себя два борющихся тела – восточника и ярла Эрика. Оба пытались дотянуться до пистолета, лежавшего в метре от них.

Лейгур захотел встать, но боль в ноге мигом вернула его на пол. Тогда он принялся подбираться к дерущимся ползком, ни на секунду не упуская из виду оружие. И вдруг чьи-то ладонь сомкнулась на рукоятке.

Очередной выстрел. На этот раз вплотную, рядом с сердцем.

Ярик сбросил обмякшее тело, вытер тылом ладони ослепившую его кровь.

Лейгур, не издав ни звука, подскочил к противнику и накинулся на него всем телом. Пистолет вновь оказался на полу, и пока Ярик попытался до него дотянутся, длинные и толстые пальцы вонзились в его глазные яблоки.

Раздался душераздирающий вопль. Рука, прежде пытающаяся нащупать пистолет, теперь беспомощно пыталась схватиться за лицо убийцы. У Ярика получилось угодить исландцу в подбородок, но тот и бровью не повёл, продолжая погружать пальцы всё глубже и глубже, пока вскоре тело под ним не перестало извиваться, а на обагрённом кровью лице не замерла посмертная маска ужаса с открытым ртом.

В ушах звенело, и мир на короткий срок стал крошечным и состоял лишь из Лейгура Эйгирсона и убитого им восточника. Так длилось, кажется, вечность, пока в этот мир не ворвался ещё один звук – быстрого дыхания.

Эрик лежал на спине и жадно хватал ртом воздух. Исландец медленно сполз с тела, добрался до северянина и увидел вокруг него растущую лужу крови, бурным потоком покидающее пока ещё живое тело.

Глаза ярла посмотрели на Лейгура – глаза, теперь уже видевшие образы Богов. От полноценной встречи с ними их разделяли считаные секунды.

– Я позабочусь о них, – сказал Лейгур, крепко сжимая пальцы ярла. – Твои люди обретут новый дом.

Эрик приоткрыл рот, и из него тут же хлынула горячая, темная кровь, помешавшая ему заговорить.

– Клянусь тебе, – добавил Лейгур, сжав его руку в своей.

Прежде чем умереть, губы Эрика, кажется, тронула спокойная, почти умиротворённая улыбка.

Глава 5. Мертвецы идут

Темная пелена перед глазами медленно сползала, обнажая белесый потолок с облупленной краской. И первой мыслью, что пришла ему в голову, была: если это рай – ему срочно нужен косметический ремонт. Однако с чего бы ему, Дэну Шутеру, совершившему при жизни немало грехов, Господь обеспечил номерок в уютном раю?

Вот уж нет. Это место – ад. И пахло здесь адски: сыро, затхло, смертью.

Потом в груди зашевелилась боль, как огромный жук, прорывающий в земле путь когтистыми лапками в желании поскорее оказаться снаружи. Дэн собрался закричать, позвать на помощь, но металлическое эхо голосов, отразившееся от стен, заставило сдержаться.

Он прислушался, и вновь ни черта не разобрал. Говорили по-русски:

– Ты тупой?! Гюго ясно дал понять, надо от него избавиться так, чтоб это выглядело как несчастный случай.

– Ну а я тебе о чём? Сбросим его отсюда, и дело в шляпе. Тут метров десять высоты. Вполне себе хватит, чтобы расшибиться насмерть.

– Нет, ты и впрямь тупой, или прикидываешься, Сань?

В памяти пронеслись картинки, словно кадры из старого фотоальбома: вот он идёт за тем самым доктором, видит тело худощавого незнакомца на разделочном столе, тех двух дружков Матвея, а затем… Вспомнил! Он отнял у этого чертового расчленителя трупов пистолет и попытался предупредить Матвея, но сам схлопотал пулю. Потом тьма, долгая, тягучая, словно трясина, а вслед за ней и нынешние обстоятельства.

И всё же он каким-то чудом был живой, пока что. И этим надо было непременно воспользоваться.

Только бы вот понять где он…

– У него в животе дыра от пули, кретин! – тем временем прикрикнул чей-то голос. – Сбрось ты его хоть со стометровой высоты, она-то никуда не денется!

– А-а-а… – протянул второй.

Дэн попытался пошевелиться, но удар огненной боли быстро заставил его вернутся на место, как бы говоря «лежи и не дергайся, дружок». Но голову удалось приподнять, и в десятке шагов от себя он увидел парочку восточников, которых помнил еще во время слезного выступления этого Гюго. При мысли об этом сукином сыне в жилах кровь застыла от злобы.

– Кажись, придумал! – сказал вдруг один вроде бы воодушевленным тоном. – Сбросим его в нижний отстойник насоса, прямиком в крыльчатку. Она его к херам в фарш перемолит.

Про себя Дэн порешил так: эти двое спасать его точно не собираются, иначе не лежал бы здесь, на холодном полу, истекая кровью – он чувствовал её горячее тепло, ползущее по его бокам и вниз, к ляжке.

Нужно было срочно что-то придумать.

Силой он повернул голову и приметил ящик с инструментами. Потянулся к нему и вытащил первое, за что уцепились пальцы – крестовая отвёртка, большая, сто миллиметров. Спрятал находку в рукаве.

– Так насос же накрылся, воды часа два уже как нет.

– Да, но крыльчатку можно запустить отдельно, и я даже знаю как. Кстати, это заодно объяснит, чего насос не работал, когда мы вытащим позже оттуда труп.

– Точняк! Ну ты чёртов гений.