Даниил Бобков – Предатели. Семена измены (страница 12)

«Если ты думаешь, что отвлечёшь меня от того, что у Сольда могут быть свои маги, ты сильно заблуждаешься, – скепсис голоса было не скрыть. – Да и аргументы, что великодушный Орден отпускает всех, кто не хочет на него работать, просто потому, что тебе это вдалбливали в голову, не принимаются!»

Септиний помолчал.

«Мне нечего тебе сказать. Мне… многое не нравится, но я уверен в том, что мы делаем. Сольд надо остановить».

«Хорошо, – голос был согласен и на это. – Просто не забывай об этом, пожалуйста. Помни, что всегда должен держать голову на плечах, а не слепо верить в то, что говорят другие. Даже если ты себя не представляешь без Ордена».

Диалог перетёк в более мирное русло, сосредоточившись на более значимом Главном Балу, и Септиний не заметил, как доехал до остановки, как вышел с вокзала, как прошёл через лес, и только озарённые закатным солнцем ворота дворца вернули его в действительность. Поздоровавшись с приветливой стражей (а чего им не быть приветливыми, если одного он лечил от геморроя, а второго – от половой инфекции?), Септиний оказался на территории дворца и направился к лекарской башне. Септиний сытно поужинал в общей зале для всех сотрудников дворца, предельно нейтрально поблагодарив выдавшую ему еду Мирли. Никто не должен был заподозрить особых отношений между членами Ордена, поэтому приходилось всегда «держать лицо» в присутствии товарищей по миссии.

Наконец Септиний зашёл в собственную комнату и переоделся в более лёгкую одежду. Он расставил все купленные для себя препараты в шкафу, решив передать взятое для коллег лично завтра.

Внутренний голос насытился болтовнёй, и можно было не ожидать в ближайшее время его нападок. Совсем Септиний одичал в своём одиночестве за последние семь лет: что пять лет в Сольде, что два года на Весенних Островах общаться с собратьями получалось только на собраниях… Чтение было единственным видом отдыха, который он считал достойным.

Книги, конечно же, не были совсем праздными – откровенно отупляющий досуг Септиний себе не позволял. Отвлёкшись немного трудами об истории войн в вечно бушующем соседнем Щице, с особенным тщанием выискивая любой намёк на участие в битвах магов, он зажёг вторую свечу в совсем уже тёмной комнате. Сольд, такой строгий к любому упоминанию магии, очень бы удивился, узнав, как много сведений об Одарённых содержат книги про соседние страны, было бы желание увидеть эти знаки… Никто же не подумает, что подрыв практически всей техники мятежного князя Мшишуна был связан с тактической хитростью действующего правителя. На что были способны подрыватели, Септиний помнил – и помнил с нежностью…

Заложив нужную страницу и пообещав себе продолжить завтра, Септиний подошёл к окну. Территория замка уже погрузилась во тьму, и лишь одинокие факелы да отдельные окна дворца светились. Густые облака закрывали звёзды. То ли дело на Весенних Островах: там бескрайнее небо озарялось хрустальными огоньками что ветреной зимой, что мягким летом. Но даже здесь было хорошо. Септиний любил ночные виды, когда глаза могут расслабиться, а воображение, наоборот, разыграться…

Еле заметное движение под окнами привлекло его взгляд. Практически полная луна, вышедшая на мгновение из-за облаков, отразилась от чьего-то светлого плаща. Целитель силился разглядеть рослую фигуру, но угол зрения не позволял. Можно было только понять, что человек скрылся во внутреннем дворике их корпуса, где скрывался аптекарский сад. Но кому там что-то могло понадобиться?

Решив ответить на этот вопрос в ближайшее время, Септиний выскользнул из своей комнаты и отправился вниз. В конце концов, он и так бы с радостью прогулялся, а сейчас лишь слегка скорректировал маршрут. Выйдя на улицу и бесшумно ступая, он дошёл до угла и заглянул во внутренний двор. Зрение не подвело его, и фигура с капюшоном была на месте.

Пара шагов. Ага! Жалко, что этот человек сидит к нему спиной, но из-за его увлечённых действий над грядками Септиний по-прежнему оставался незамеченным. А что это он делает?.. Неужто ворует их растения? Кому они нужны?.. Но другой, внутренний взор показывал, что происходит совсем другое. Фигура источала энергию. И такого он за свою работу под прикрытием не встречал…

Выглядело это так, словно десятки маленьких лучиков покидают руки и грудь, чтобы втянуться в объект. Но сила продолжала жить и в предмете, куда попадала, а Одарённому стоило лишь регулировать этот поток, направляя его внутрь и подтягивая к себе пронизанные нити, словно кукловод двигает марионетку. Септиний был не очень искусен в обнаружении силы и мог распознать действия Одарённого лишь в процессе, но сейчас сомнений быть не могло. Причём, судя по толщине потока, этот таинственный незнакомец был или достаточно силён для такого выброса, или слишком неопытен.

Септиний осторожно прошёл дальше, сохраняя почтительное расстояние, чтобы не спугнуть человека в плаще. Он травит растения? Настраивает их как передатчики сведений, эдакие незаметные шпионы?

К его удивлению, цветы из сада просто распускались: медленно, неохотно, по лепестку, но распускались. И это ночью! Сначала раскрывались зонтики укропа. Закончив с этим растением, он решил переключиться на другое, кажется, наперстянку, которую иногда давали сердечникам. Септиний следил за волшебством не отрываясь и даже старался не дышать.

Потом, очевидно, раскрыв всё, до чего дотягивалась рука, незнакомец сменил тактику. Неспешно сближая и разводя пальцы, он свернул лепестки наперстянки в тугой бутон. Это было более непривычно для человека, чем первое действие, и часть лепестков облетела… Но на других представителях сада дело пошло бодрее, и теперь цветы закрывались быстрее и без потерь. Длинные тонкие пальцы начали порхать над следующим цветком, как вдруг человек решил убедиться, что за ним никто не наблюдает, замер и повернул голову.

Вышедшая из-за облаков луна осветила аптекарский садик, позволяя двум людям разглядеть друг друга. Незаметно ускользнуть теперь не получится…

Септиний напрягся и собрал всю силу, готовясь ударить. Но реакция фигуры в плаще, глаза которой тёмными провалами выделялись на лице, заставила целителя остановиться. Человек в плаще узнал Септиния. А Септиний узнал его. Точнее, её.

Одарённую, не относящуюся к Ордену и, судя по всему, таящуюся ото всех.

На него смотрела Сойя, младшая дочь короля.

8 глава. Иви

– Не увиливай! Обратила бы на него внимание?

– Конечно нет, Ваше Величество! – фыркнула Иви, чувствуя некоторую неловкость. – Он же на полголовы меня ниже! Как мы будем смотреться?

Карета с Теффаной и Иви въехала на территорию поместья Марци, и фрейлина надеялась на скорое окончание пытки вопросами. Буквально вчера королева со своим окружением навещала небогатого барона Прячека, и она до сих пор не могла отойти от низкого уровня культуры семейства. Хотя бы тут Теффана была последовательна: к знати относилась лучше, но и ожидала всегда большего. И горе тем, кто не удовлетворил Её Величество, – по крайней мере, сплетни об ужине ещё долго будут бродить.

Вот и сейчас королева пытала свою фрейлину, желая хотя бы на словах уколоть невоспитанную семью. Подумать только, у них был только один вид десерта и основного! Да и сами они такие некрасивые, маленькие, неловкие… А наследник рода – так и вовсе не чета её ладным и высоким сыновьям, владеющим всеми тонкостям дворцового этикета!

Иви тоже была не слишком высокого мнения о мелких и глуповатых Прячеках, но старалась особенно язык не распускать. Она прекрасно знала, в том числе и по своему опыту, что королева может пересказать её неосторожную шутку осмеиваемому. До сих пор приходилось отворачиваться, когда проходил кто-нибудь из Рэнтеров, которых она в опочивальне королевы, желая ту развеселить, сравнила с выводком кабанов, охотящихся за желудями. Сколько писем пришлось написать её приёмным родителям, извиняясь за свою невоспитанную дочь… Сделать что-либо в ответ она не могла, но урок усвоила крепко, всякий раз думая над следующей фразой.

Такова участь всех придворных: приходится балансировать между приязнью власть имущих и сохранением репутации среди знати…

Королева расхохоталась, довольная фразой про рост. Иви ещё раз подумала, не оскорбит ли это в случае чего барона, но, с другой стороны, он правда едва доставал ей до носа…

– Что есть, то есть! И это ты ещё пониже меня… Представляешь, каково мне было женихов подбирать?

– Зато остался самый достойный кандидат, Ваше Величество, – деликатно сказала Иви. – Да и вы с ним так прекрасно смотритесь!

У короля была довольно приятная внешность даже для его возраста, а мягкий характер сглаживал углы более нервной Теффаны. К тому же свадьба со старшей дочерью Марци в своё время укрепила казну, а четверо наследников, подаренных мужу, сторицей окупали дорогие наряды и вечеринки королевы. По крайней мере, последняя так думала…

– Ох, и не поспоришь, – мечтательно улыбнулась Теффана. – Элон в юности был весьма красив. А уж как мы выглядели на свадьбе… Он тогда смотрел только на меня!

– Вы и сейчас очень статная пара!

Что Иви точно вынесла с первых же дней при дворе: лесть – главное смазывающее средство, которое сложно перелить…

– Ну, может быть, не такая блистательная, но мы ещё ничего! – королева игриво тряхнула плечами. – Хотя… Когда мы были моложе, до детей, от нас действительно глаз было не отвести! Сейчас я немного жалею, что мы так быстро их завели. Нет, я люблю каждого из них, это несомненно. Но как будто хотелось бы побыть более лёгкой и красивой немного подольше…