Даниэлла Ник – Измена. Ты заплатишь за все (страница 4)

Закрываю лицо руками и еле сдерживаюсь, чтобы не зареветь. Разумеется, я сильная, и ничего страшного в том, что я доберусь домой на такси. Здесь езды всего десять минут, но почему мне так мерзко и гадко? Чувствую себя ненужной и неважной.

За все годы нашего брака у нас не было крупных скандалов, и я ни разу не задумывалась о разводе. Даже мысли такой не допускала. Но и Андрей так себя не вел. Телефон вибрирует, но я не отвечаю. Поговорю с мужем дома, лежа на больничной кровати чувствую себя уязвимой.

Через полчаса аккуратно поднимаюсь, головокружения нет. Решаю сходить в туалет, а затем переодеваюсь в свою одежду. Смотрюсь на себя в зеркало и усмехаюсь. В гроб краше кладут. Бледная, опухшая, еще и синими кругами под глазами. Господи!

Распускаю заплетенную косу и слегка приподнимаю пальцами волосы у корней. Что ж, так-то лучше. Волосы – это моя гордость, длинные и густые. Я – натуральная блондинка с ярко-зелеными глазами. По молодости, сдуру покрасила свою шевелюру в темный, о чем потом сильно пожалела. Отращивала родной цвет года три и зареклась пользоваться краской.

Выпив чаю, выхожу в коридор, наивно полагая, что Андрей верно ждет меня у входа в палату, но его нигде нет. Грустно усмехнувшись, добираюсь до зеркального лифта и поднимаюсь на второй этаж к Марку Анатольевичу.

– Можно? – постучав, заглядываю в кабинет.

– Заходите, Ирина! – тепло улыбается врач. – Присаживайтесь.

– Спасибо.

– А где Андрей Владимирович?

– Ему срочно пришлось отъехать по делам! – лепечу я и краснею.

Дела, разумеется, важные. Пожать штангу от груди и побоксировать грушу.

– Очень жаль, – сложив руки в замок, сокрушается репродуктолог.

Отмечаю на безымянном пальце правой руки обручальное кольцо, а на столе рамочку с фотографией. Повезло его жене. Отчего-то мне кажется, что он и в семейной жизни такой же. Уверенный и надежный.

– Мы взяли у Вас восемь яйцеклеток, все в отличном состоянии.

– Я рада! – расплываюсь в улыбке.

– Но, к сожалению, сейчас оплодотворить мы их не можем.

– Почему?

– Дело в том, что эякулята, который Ваш муж предоставил для процедуры, недостаточно. Стандартная норма составляет примерно три грамма, чайная ложка. Здесь же, получилось меньше одного. Ваш муж соблюдал необходимую подготовку перед процедурой?

– Я не знаю. Он был в командировке. Вернулся вчера поздно ночью. Возможно, после перелета, или из-за недосыпа. Хотя, странно, конечно, он сдавал спермограмму перед началом протокола. Все было хорошо, – возбужденно размышляю я, готовая вот-вот расплакаться.

– Что ж, такое бывает! – откидывается мужчина назад и поправляет модные очки на переносице. – В таком случае, Ваши яйцеклетки мы пока заморозим, а вот с Андреем Владимировичем необходимо будет встретиться, чтобы обсудить дальнейший план действий.

Я понимаю, что переноса эмбриона в этом протоколе не будет, и так сильно расстраиваюсь, что всхлипываю.

– Вы чего, Ириночка? – тут же поднимается доктор с кресла, и спешит к кулеру, наполняет стакан водой и протягивает мне. – Это рабочие моменты, бывает всякое.

– Я так хотела свежий перенос, Марк Анатольевич. А тут еще ждать минимум месяц.

Вытираю непрошенные слезы и делаю глоток воды, благодарно кивнув.

– В этом вопросе что-либо загадывать бессмысленно наперед.

– Я понимаю, – киваю. – А что Вы планируете делать с моим мужем? Какие процедуры?

– Для начала, ему необходимо снова сдать спермограмму. Потому что от андролога я проверил заключение. Все хорошо. Затем, если биоматериала будет недостаточно, можно совершить пункцию яичка, либо совершить микроинъекцию. Варианты есть, опускать руки раньше времени я бы Вам не советовал!

Андрей не согласится ни на какие инъекции. Я в этом уверена на сто процентов. Он спермограмму сдавал, весь изворчался, а здесь целая операция!

– А если ничего не получится? – затаив дыхание, спрашиваю.

– У нас шикарный банк мужской спермы, Ирина Сергеевна. На любой вкус и цвет. Подберем самого лучшего! – расплываясь в улыбке, отвечает Подгорный, заряжая позитивом.

Глава 6. Ирина

Выхожу из кабинета уже не такая расстроенная. Андрею сейчас звонить бессмысленно, он не берет телефон в зал, всегда оставляя его в раздевалке. Наши родители не знают, что мы решились на ЭКО, в курсе только моя подруга Наташа. У них с мужем, в свое время, тоже были проблемы с зачатием. Спустя четыре года безуспешных попыток, сходили на ЭКО, пролетели, а через три месяца она забеременела сама. Родила здорового и крепкого пацана, а следом и второго.

Надев жилет, собираюсь уже выходить из клиники и прощаюсь с персоналом на ресепшен.

– Ирина Сергеевна! – вежливо меня зовет администратор.

– Да? – разворачиваюсь.

– Вы забыли оплатить сегодняшние манипуляции.

– Боже! – ахаю я, резко разворачиваясь, отчего у меня немного кружится голова. – Простите, пожалуйста. Я была уверена, что муж все оплатил.

– Ничего страшного! – смеется девушка. – Бывает. Вам удобно расплатиться картой или наличными?

– Картой! – судорожно соображаю я. – Минуту, пожалуйста.

Достаю из сумочки телефон, проверяю основную карту, но денег на ней явно недостаточно. Андрей забил на мою просьбу и не перечислил ни копейки. Вынимаю кредитку и прикладываю к терминалу. Оплата произведена, и я могу быть свободна. Прощаюсь, и выхожу на улицу. Пока я находилась в клинике, очень потеплело. Тучи рассеялись, и ярко светит солнце, нещадно припекая.

Пытаюсь вызвать такси в приложении, но изображение плывет перед глазами. Фокусируюсь на экране, машина приедет через десять минут.

– Девушка! – доносится до меня мужской голос. – Вам плохо?

– Нет, – еле ворочая языком, отвечаю. – Нормально все.

Спускаюсь по ступенькам, держась за поручень. Краешком сознания понимаю, что мне лучше вернуться в клинику, где мне явно помогут, но даже шага вверх по лестнице ступить не могу.

– Я, все-таки, помогу!

Сильные мужские руки приобнимают меня, а мое тело упирается в твердый торс. Даже сквозь спутанное сознание я ощущаю безумно приятный аромат туалетной воды, отчего мне становится смешно. Я такая аромаманьячка, даже, наверное, на собственных похоронах буду кайфовать от запаха ладана.

– За мной такси приедет.

– Куда Вам нужно ехать? Я довезу.

– Я Вас не знаю!

– Таксиста тоже не знаете. Вы слегка не в себе, у Вас дорогая сумка и последняя модель айфона. Лакомый кусочек.

Я так сильно хочу спать, что готова лечь прямо на земле, еще и голова начинает нещадно трещать. Нахожу в себе силы поднять глаза и, наконец, встречаюсь взглядом с мужчиной, который оказался таким неравнодушным. Он явно моложе меня лет на пять, с дерзкой стрижкой и бриллиантовой серьгой в левом ухе. Он широко улыбается, демонстрируя белоснежную улыбку и совершенно не тушуется моей близости.

– Никита, кстати.

– Ага, – буркаю я, и теряю сознание.

Я проваливаюсь в черную дыру все глубже и глубже, мне чудятся какие-то голоса, но я не могу разобрать, что они говорят. Постепенно стены светлеют, превращаются в пластилиновые. Я отталкиваюсь от них ладошками и пачкаюсь, что меня очень расстраивает. Пытаюсь вытереть их об себя, но ничего не выходит.

– Какая же ты дура наивная, – хохочет женский голос у меня над ухом. – Проверь Андрюшин телефон! Найдешь там много интересного!

По телу проходит дрожь, в носу появляется резкий запах нашатырного спирта, и я резко сажусь, осоловелыми глазами обводя присутствующих.

– Ирина! – ахает медсестра, которая навещала меня после наркоза. – Как Вы?

– Нормально! – выдыхаю я, перевожу взгляд на капельницу, игла которой воткнута в правую руку и ложусь обратно.

– У Вас подскочило давление, – сообщает мне еще один медработник. Приятный молодой человек лет двадцати пяти. Высокий брюнет с серыми глазами. Здесь какой-то специальный отбор красавчиков? – Как самочувствие? Голова болит?

– Да, – морщусь, прислушиваясь к себе.

– Часто у Вас такое бывает?

– Периодически. В основном, в начале цикла. Я склонна к мигреням.

– Четко меня видите? Мушки, темные пятна, радужные стрелы? Что-то есть?

– Нет, ничего такого.

– Ясно, отмечу в Вашей карточке.