Даниэль Зеа Рэй – Егерь (страница 29)

– Давно. – Суирянка сложила салфетку и бросила ее рядом с тарелкой. – Извините, где здесь уборная?

– Я провожу. – Зафир встал из-за стола и отодвинул стул Роден.

– Если честно, я устала и хочу отдохнуть.

Зафир знал, что она говорит правду. Ее лицо осунулось, уголки губ сползли вниз. Она переживала. Она до сих пор переживала эту утрату. Она все еще любит его? Мужа, который погиб, спасая ее?

Стало неприятно. Зверь, притаившийся внутри, зашевелился и открыл глаза. Зафир почувствовал облегчение оттого, что этого мужчины в ее жизни больше нет. Вот она – его Тьма. Вот оно – животное во плоти.

Он довольно быстро увел Роден на корабль. Она закурила елотку и плюхнулась в кресло в его каюте. Зафир присел на кровать и не сразу подумал о том, что автоматически привел Роден именно в свою каюту.

– Интересная тенденция. – Она выдохнула дым и потянулась к стакану на тумбочке. – Давно ты стал оставлять пустые стаканы возле кровати?

– Памятуя о том, что ты куришь везде, где находишься, я позаботился о пепельнице.

– Логично, – пожала плечами Роден.

– Сафелия знает, что ты была замужем?

– Нет.

– А Учитель знал?

– Наверное… Учитель знал так много, что сейчас мне трудно что-либо предположить.

– Родственники твоего мужа… – Зафир осекся. – Ты поддерживаешь с ними отношения?

– Трудно поддерживать отношения с теми, кто винит тебя в смерти собственного ребенка. Его отец стоял на трибуне рядом с моим отцом, когда прогремел взрыв. Так мы и познакомились… – Роден стряхнула пепел в стакан. – На похоронах. Как познакомились, так и попрощались…

– Мне очень жаль.

– Не-а… – Роден цокнула языком и улыбнулась. – Тебе не жаль… Тебя больше заботит, что я была замужем за каким-то хреном, который отдал за меня жизнь. И этого хрена я любила. Возможно, и сейчас его люблю. Красавец и выдающийся олманец, член императорской семьи, ученик самого господина Ромери и самой госпожи Сомери, сидящий задницей на покрывале, которое стоит больше, чем все мои шмотки вместе взятые, беспокоится о том, что какая-то уродка, у которой талантов ему под стать, не обращает на него, как мужчину, никакого внимания. «Почему? – спрашивает он себя. – Почему она не стелется передо мной, как другие? Почему до сих пор не попыталась трахнуться со мной? Я ведь так старался… Намекал на секс. Показал ей секретные техники. Предложил ей денег и кольцо. Признал, что без нее мне не раскрутить запутанное дело. Даже поцеловал, давая понять, что хочу ее. Но ведь я первым никого не целую. Никогда! Так почему же она ломается и не хочет переспать со мной?»

Роден затянулась и выдохнула дым.

– Потому что твой интерес, Темный, продиктован твоими девиациями. Потому что я не собираюсь играть в твои игры и потакать твоим отклонениям. Ты красив, не спорю. Возможно, ты даже хочешь меня, как женщину… Возможно, – кивнула Роден. – Но в основном тебе всего лишь требуется самоутвердиться в том, что ты всеми желанный мужчина. Абсолютно всеми. Даже такими талантливыми уродинами, как я.

Она затянулась в последний раз и затушила елотку.

– Запомни, Темный. Я пересплю с тобой только в одном случае: если ты сможешь перебороть свой стереотип поведения и приложишь неимоверные усилия для того, чтобы меня добиться. – Роден встала с кресла и подошла к Зафиру, сидящему на кровати. – Как тебе такая игра?

– Добиться тебя и трахнуть? Ради чего? – Он улыбнулся ей в ответ. – Чтобы доказать, что даже в этом обличье тебя может хотеть красивый мужчина? Или чтобы показать тебе, что ты все еще женщина, которая может хотеть трахаться?

Роден отвернулась и направилась к двери.

– Рада, что, по крайней мере, к этому вопросу мы больше с тобой не вернемся.

Зафир обхватил голову руками и согнулся на кровати. Кажется, этой ночью его демоны вновь нанесут ему визит.

***

Поверенный пришел к Стефану поздно вечером. Эберроуз, которая пила чай в его рабочем кабинете, тут же отставила кружку и удалилась. Что нравилось Стефану в его невесте, так это абсолютное принятие условий ее пребывания в его доме и его жизни в частности. Чувства Эберроуз при этом его нисколько не волновали. Как и его собственные чувства.

– Что-то случилось? – нахмурился император, глядя на поверенного.

– Я буквально только что получил сообщение, мой император. Ее опознала домоправительница из Зельхирна. Двое неизвестных пришли к ней вечером и попросили проводить в комнату к девушке, которая сняла квартиру накануне утром. Они пригрозили домоправительнице ножом, и она сопроводила их. Квартирантка открыла дверь, и завязалась настоящая потасовка. Там два трупа. Женщина чудом осталась в живых. Она тут же заявила о происшествии. При составлении фоторобота прошло совпадение по базе.

– Объект жив? – стараясь сохранять спокойствие, спросил Стефан.

– Да, мой император. К сожалению, у нас появились проблемы иного рода. В номере обнаружена ДНК объекта. Личность установлена. Сафелия Бридетон разыскивается полицией по подозрению в двойном непредумышленном убийстве.

– Закрыть дело. Все данные изъять.

– Да, мой император.

– Я хочу осмотреть место преступления.

– В этом нет необхо… – Поверенный осекся, уловив гневный взгляд правителя. – Конечно, мой император.

– Вылетаем немедленно. Поиски объекта продолжить. Прочесать все больницы. Она может быть ранена и могла обратиться туда за помощью.

– Мы этим уже занимаемся.

– Хорошо, – кивнул Стефан. – Хорошо. – Он встал из-за стола и направился к двери. – Чего вы ждете?

– Вам стоит переодеться… – Поверенный склонился в поклоне.

Стефан взглянул на свой расшитый золотом халат и белые пижамные штаны, торчащие из-под него.

– Встретимся в гараже. До Зельхирна тридцать километров. Доберемся на машине.

– Конечно, мой император.

Глава 5

Агент снял силовое ограждение и пропустил безлицых в квартиру.

– Нам удалось восстановить хронологию событий, – говорил он. – Когда они подошли к входной двери, объект работал над чем-то в сети. Она стерла все данные с носителей, но наши эксперты обещали в скором времени их восстановить. Итак, предположительно объект сидела в этом кресле, – агент указал на перевернутое кресло посреди комнаты, – вот здесь, – рука переместилась к стене. – Когда постучали, она не сразу ответила. Очевидно, они застали ее врасплох. Она прошла на кухню и, вооружившись ножами, направилась к двери. Открыть не успела: они изрешетили дверь, как вы могли это видеть. Объект метнулась в коридор, прячась от пуль. Когда все стихло, она притаилась здесь. – Агент вышел в коридор и указал на сбитый пулями угол. – Они снова открыли огонь.

Картина бойни постепенно разворачивалась перед глазами Стефана. Сафелия сидит за углом и прижимается спиной к стене. Осколки штукатурки и бетона сыплются ей в лицо, попадают в глаза. Вокруг образуется облако пыли, и ей становится тяжело дышать. Она ждет, пока закончится обойма и убийцы начнут перезаряжать оружие. И вот – момент. Она высовывается и метает нож в одного из них.

– Она ранила его в грудь, и он упал здесь. – Агент указал на следы крови на стене. – Сама направилась в комнату и остановилась здесь.

Он стрелял ей вслед. Сафелия успела юркнуть за угол и прижаться к стене. Она вновь ждала, когда закончится обойма. Он не стал перезаряжать. Отбросил автомат и достал лазерный пистолет. Она выскочила в проем и попыталась ударить его ножом в грудь, но он увернулся. Задела плечо. Он выстрелил. Мимо. Еще раз. Мимо. «Уловка змеи». «Если враг близко, если у него пистолет, если он тебя выше и сильнее, а в руках у тебя нож – используй «уловку змеи»», – вспомнил Стефан слова Ромери.

Бросок вниз – росчерк лезвием ножа под коленом – нападавший падает на одно колено. Разворот – отрезала сухожилие на другой ноге – он упал на оба колена. Удар ножом по сухожилиям на запястье – он выронил оружие. Поворот – отсекла лезвием сухожилия на другой руке – он падает на локти. Он сломлен. Ты можешь его допросить.

– Кто тебя послал? – кричала Сафелия. – На кого ты работаешь?

– Сука!!!

Автоматная очередь из-за спины. Она забыла про того, кого ранила в грудь. Она кидается в сторону от пуль и падает на кресло у стены. Спина стоящего на коленях подельника превращается в решето. Она метает нож. Наобум. В никуда. Достает из-за голенища сапога следующий нож и метает его. Еще один… Последний нож. Враг напротив. Пули в нескольких сантиметрах от нее. Последний бросок.

«Шея – одно из самых слабых мест в теле человека, – прошептал Ромери на ухо Стефану, ослабляя хват на его шее. – Шея врага – твой верный путь к спасению, когда других путей к отходу уже не осталось».

– Она метнула нож и попала в шею, – продолжал рассказывать агент. – Он рухнул замертво здесь. – Мужчина указал на огромное кровавое пятно на ковре. – Объект ушла из квартиры через окно. Рядом с окном на внешней стороне дома есть пожарная лестница. По ней она поднялась на крышу и перепрыгнула на соседнее здание. Дома в этом районе стоят впритык, так что это не трудно было сделать. Собственно, по крышам она и покинула это место.

– Почему она сразу не ушла через окно? – спросил Стефан.

– Возможно, рассчитывала без особого труда уложить визитеров, – предположил агент.

– А что с домоправительницей?

– Отделалась легким испугом, если так можно выразиться.

– Она осталась из-за нее, – сделал вывод Стефан. – Знала, что визитеры не оставят свидетелей. Итак, чья это работа?