Даниэль Рэй – Повелитель Лжи (страница 46)

– Вот прямо сейчас ты собрался переодеться? – Возмущенная до глубины души воительница отвернулась и даже отошла на пару шагов. – Король Инайи и предводитель повстанцев Ошони в любую минуту могут погибнуть, а он наряды меняет, – бормотала она себе под нос.

– Закончила возмущаться? – Гронидел подошел к ней и остановился рядом, с высоты дозорной башни глядя на огромный город, раскинувшийся под чернеющим небом.

Некому было зажечь фонари на улицах, и мостовые медленно погружались во мрак. Отдельные лучи света появлялись в домах то там, то здесь, но их казалось слишком мало для такого большого города. Это только позволяло оценить масштабы ужаса, пришедшего в дома людей, где масляные лампы так и не зажглись.

Вдалеке мигнула вспышка света и тут же погасла.

– Видел? – Обринь указала на далекую смотровую башню, которая теперь странным образом освещалась мягким синим светом.

Гронидел напряженно смотрел туда и молчал.

– Будь я проклята, если это не она и ее меч, – злобно прошипела зальтийка, явно позабыв о том, зачем они здесь и что на кону.

Тем временем синее свечение метнулось вниз и на мгновение скрылось из виду, пока вновь не показалось над крышами домов и не полетело в сторону центра города.

– Так даже лучше, – внезапно сказал Гронидел и сжал одну из металлических коробочек с торцов.

Та засветилась желтым светом. Принц вылез наружу и забросил ее на высокую и крутую крышу смотровой башни. Коробочка скатилась вниз и застряла прямо в углублении завернутого вверх конца ската.

– Поняла, что тебе делать? – Принц повернулся к Обринь и сунул ей в руки оставшиеся семь металлических коробочек.

– Восемь смотровых башен Сантияра – восемь штуковин богов, – произнесла Обринь и замотала головой. – Я не знаю, как ими пользоваться. И что это вообще такое! Я лучше в бой пойду, чем буду на окраине отсиживаться!

– Ты будешь бегать, а не отсиживаться. – Гронидел похлопал ее по плечу. – Если не справишься с заданием, погибнет много ни в чем не повинных людей. Так что постарайся не напортачить.

– А ты? – не поняла Обринь, с подозрением косясь на мчащееся вдалеке синее свечение.

– А я попробую спасти остальных, – пространно произнес он, подошел к перилам и спрыгнул вниз.

Обринь

Девушка едва сдержала крик ужаса. Она бросилась туда, где только что стоял Гронидел, и посмотрела вниз.

Принц в своих светящихся синим светом ботинках богов бежал… по стене вниз.

– Вот прохиндей! – ругнулась она и начала рассовывать коробочки по карманам. – Встретимся снова – точно по лицу кулаком проедусь! Будущее мира на кону, а он за юбкой побежал.

Обринь поморщилась, искренне не понимая мотивов лидера сопротивления мира маны и великого предводителя величайшего восстания в истории.

Кажется, его будущие грандиозные заслуги вполне могли оказаться преувеличены.

Сапфир

Оказавшись на смотровой башне, Сапфир осмотрелась и сразу поняла, где находится.

И хотя сейчас Сантияр медленно погружался во мрак ночи, спутать этот большой портовый город ошони с другими казалось практически невозможно. Кольца улиц Сантияра больше никто из зодчих не повторил, а кто пытался – оказались отравлены при загадочных обстоятельствах.

Таймер на запястье отсчитывал двадцать минут. Фейрана рядом не оказалось, и это заставило принцессу заволноваться. Конечно, не в первый раз она выступала одна, но все же вникать в суть задания самостоятельно гораздо неприятнее, чем слушать подсказки от всезнающей Тени.

Из центра города до окраины доносились отдельные крики и лязг металла. Сапфир могла ошибаться, но казалось, что там, в чернеющей воронке ее нового ночного кошмара, полным ходом шло сражение. Отсутствие городских стражников на своих постах также насторожило принцессу. Что могло заставить сразу всех воинов из охраны города сняться с мест?

Сапфир активировала фейский щит и достала из крепления на спине меч.

Ее Огневержец. Верный спутник и… предатель, которым она сражалась против мужа. Как много противоречий в ее привязанности к мечу и человеку, который его подарил.

– Ненавижу, – прошептала принцесса и вложила всю свою боль в сталь, замершую под перчаткой.

Обжигающие языки синего пламени заструились по гладкому металлу рукояти, перекинулись на лезвие и осветили пространство вокруг. Одно желание – и принцесса запустит струю огня в воздух, что уничтожит любую тварь, атакующую с неба.

Активировав руны на фейских ботинках, принцесса перепрыгнула через перила и побежала по ракушечнику городской стены вниз.

Гронидел

Он несся ей наперерез так быстро, как мог. Сердце в груди заходилось в предвкушении долгожданной встречи. Гронидел не видел Сапфир так долго, и в то же время они будто только вчера разошлись в разные стороны на мосту в Солнечном замке.

Гронидел о многом жалел. Он так и не признался жене в своих чувствах. Не рассказал ей правду о сделке с Одинеллой, которую всерьез собирался отменить. Он не сказал ей «прости меня» в момент, когда стоило понять ее девичью обиду и смириться с тем, что Сапфир все еще слишком юна.

Теперь, обращаясь к прошлому, принц понимал, что их ссора на мосту яйца выеденного не стоила. Тем не менее она развела их в Солнечном городе и привела к ужасным последствиям.

– Сапфир! – крикнул он, когда очертания возлюбленной с горящим мечом в руке приобрели четкость.

Она услышала крик и резко остановилась. Замерла на крыше одного из домов, внимательно вглядываясь в окружающую тьму.

Гронидел не сбавлял шаг. Прикрываясь зеркальной иллюзией, он все ближе и ближе подбирался к принцессе, пока она не оказалась перед ним как на ладони.

Ее меч, объятый пламенем, подсвечивал литые металлические доспехи, защищавшие тело вплоть до шеи. Массивные кожаные перчатки берегли руки, а ботинки были скрыты под латами, на которых светились знакомые Грониделу фейские руны.

Высокая. Статная. Непокорная. С глазами, горящими огнем солнца, и бледной кожей, усыпанной золотом веснушек. Ее длинные белые волосы широкой косой спускались до линии пояса, и непокорные пряди, выбившиеся у лба, развевались у сосредоточенного лица.

Он мог бы смотреть на нее вечность, будь у него эта вечность в распоряжении. И даже гул сражений и рев толпы в нескольких кварталах от них не мешали ему наслаждаться такой долгожданной встречей.

Гронидел коснулся груди и сбросил с себя зеркальный морок, одновременно запуская вокруг светящихся стрекоз, точно таких же, которых когда-то создавала она.

И тогда Сапфир увидела его – своего мужа, стоящего на крыше соседнего дома и с печальной улыбкой глядящего на нее.

– Здравствуй, жена моя, – сказал он, из последних сил стараясь унять дрожь в голосе и сглотнуть ком, мешавший говорить.

Чего он никак не ожидал, так это презрения, исказившего ее прекрасное лицо. Сапфир опустила меч и вздернула подбородок, продолжая молча на него смотреть.

Гронидел списал ее реакцию на потрясение и попробовал разрядить напряженную обстановку.

– Милая, я через многое прошел, чтобы оказаться здесь, – произнес он, широко улыбаясь. – Но, кажется, ты не очень рада тому, что больше вдовствовать не придется?

Неожиданно Сапфир с пониманием закивала и злобно ухмыльнулась.

– Хватает же наглости продолжать плести интриги, – едва не выплюнула она. – Тебе стоило дать имя Повелитель Лжи, ведь лучше всего ты овладел искусством создания вранья, а не иллюзий. Проваливай из города, пока сюда не явилась нечисть и не откусила тебе голову. А лучше проваливай из мира маны, на который тебе наплевать. Мы, тупые недоразвитые идиоты, сами решим свои проблемы.

Сапфир развернулась и побежала к центру города.

Гронидел опешил. Он замер, пытаясь понять, не привиделось ли ему все это. Всего чего угодно он ожидал от встречи, но только не того, что получил.

– Да какого Дхара вообще! – разъяренный, прокричал он в спину удаляющейся женушке. – Эй! Я с тобой говорю! – Он помчался следом за Сапфир, бранясь под нос на разных языках.

– Отстань от меня! – прокричала Сапфир и метнула в него струю синего пламени.

Гронидел едва успел отпрыгнуть. И хотя под защитой фейского щита ее пламя не способно ему навредить, попытка принцессы поджарить мужа вывела зальтийца из себя.

– Ты можешь остановиться и спокойно поговорить со мной, или дрессировка Роя окончательно лишила тебя рассудка?!

– Дрессировка Роя? – возмущенно повторила Сапфир и обернулась. Новая струя пламени пронеслась у лица Гронидела и даже активировала его фейский щит, заигравший красными переливами. – По-твоему, плен наших разумов и тел можно описать словом «дрессировка»? Да как ты смеешь принижать то, через что я и другие рабы проходим ежедневно! Ты, изворотливый пройдоха, обманувший весь мир и меня, юную идиотку, верившую тебе и твоему слову!

Гронидел прижал ладонь ко лбу, пытаясь унять приступ ярости, которая накрыла с головой.

Он позволил Сапфир себя убить. Он сделал все, чтобы вернуться за ней в мир маны. Он здесь, пытается вытащить ее из плена Роя и вернуть ей свободу. А она…

– С каких пор ты снова меня ненавидишь? – Его рука камнем рухнула вниз, и горькая правда защипала уставшие глаза.

– С тех самых, как узнала всю правду о тебе и твоих поступках, Гронидел Зальтийский. И еще одно. – Она угрожающе выставила палец. – Я тебе больше не жена. Смерть развела нас. Навсегда. Теперь ты вправе жить как хочешь. И у меня тоже есть это право. Если на этом все, позволь откланяться. – Она поклонилась. – Меня возвращают в тело тогда, когда нужно кого-то защитить от нечисти. Я здесь, значит, и нечисть с минуты на минуту появится.