Даниэль Пейдж – Воронихи (страница 26)

– Разве ты не должен быть на социологии? На самом деле тебе нужно туда пойти, экзамен же скоро, – проговорила Скарлетт.

Мейсон заколебался. Девушка знала, что ему хочется еще поговорить, но у нее сдавило горло и жгло глаза. Она не хотела потерять лицо на центральном газоне, прямо у всех на виду. Воронихи не плачут на публике, поэтому Скарлетт призвала свои колдовские способности, и жжение в глазах сменилось жжением в кончиках пальцев. «Уходи, – велела она Мейсону. – Немедленно».

– Мне действительно нужно идти на занятия, Скар, – неожиданно сказал он, повинуясь магической команде, поцеловал девушку в щеку и повернулся, чтобы уйти.

И пусть он сделал это по приказу, на сердце все равно было тяжело, когда она смотрела ему вслед.

Глава пятнадцатая

Виви

– Ты наденешь это сегодня? – спросила Виви, впившись взглядом в обтягивающие коротенькие шорты Риган, когда они вдвоем валялись под одним из десятка гигантских дубов, что росли по периметру центрального двора Вестерли. Они с Риган вместе ходили на курс астрономии, и вечером у них намечалось первое занятие в обсерватории, расположенной за территорией кампуса – современном новеньком здании, строительство которого финансировала одна богатенькая бывшая Каппа. Виви точно не знала, насколько затянется это мероприятие, поэтому старалась прочесть днем как можно больше учебного материала. Занятия только начались, а она уже каким-то образом умудрилась отстать. Оказывается, справляться с домашними заданиями в отсутствии подруг куда проще.

– Ты переживаешь, как бы я не шокировала телескоп? – спросила Риган, переворачиваясь на живот и закрывая глаза; она явно не планировала заниматься.

Из обрывков информации, которые у нее были, Виви поняла, что Риган очень умна, но совершенно не интересуется учебой – Ариана сказала, что эту девушку выперли из трех престижных школ-интернатов. Виви подозревала, что Воронихи, должно быть, потянули за какие-то ниточки, чтобы ее приняли в Вестерли, несмотря на посредственную успеваемость. Возможно, это было сделано ради благосклонности ее матери и теток, могущественных ведьм. В голове у Виви до сих пор плохо укладывалось, что по всей стране – да и по всему миру – живут ведьмы, женщины, предки которых при помощи колдовства творили историю… и иногда платили за это самую высокую цену.

– Я больше беспокоюсь, как бы тебе жуки задницу не искусали, – ответила Виви непринужденно, несмотря на некоторую неловкость. – Обсерватория вроде бы стоит возле болота.

– Тут ты совершенно права, Деверо. – Риган опять перевернулась и встала. – Наверное, надо переодеться перед ужином. Вечером увидимся.

И она лениво побрела прочь, а Виви открыла учебник по математике, но не сильно продвинулась, грызя гранит науки, когда на страницы легла чья-то тень.

– Вижу, кто-то поддался желанию почитать что-нибудь легонькое.

Виви подняла глаза и увидела, что перед ней с теплой улыбкой стоит Мейсон. Она подняла книгу и насмешливо воззрилась на обложку.

– Всего-навсего высшая математика. Я бы действительно назвала это довольно легким чтивом.

– По сравнению с чем? С нейрохирургией?

– С курсом нелинейной алгебры, который я посещаю. Официально его не разрешено проходить в первый год обучения.

– Ну и ну, выходит, мы маленькие отличницы? – Улыбка Мейсона стала шире, на щеке у него появилась ямочка, и сердце Виви затрепетало.

«Возьми себя в руки, – велела она себе. – Он – парень твоей сестры по студенческому обществу. Не будь сучкой». А вслух сказала:

– Не прикидывайся, что слишком крут для учебы, – девушка старалась, чтобы ее слова прозвучали шутливо, но не кокетливо. Правда, опыта в таких делах у нее было слишком мало. Она показала на пестрящий закладками потрепанный экземпляр «Любви во время чумы» Маркеса, торчащий из кожаной сумки через плечо. – Это для занятий?

– Для удовольствия, – слегка смущенно признал Мейсон.

– Значит, ты такой же ботан, как и я.

– О-о, я куда больший зубрила, чем ты, можешь мне поверить. Идем, хочу кое-что тебе показать.

Он протянул руку, чтобы помочь Виви подняться, но та колебалась. Ей очень хотелось с ним пойти, но кто знает, как Скарлетт посмотрит на прогулки с ее бойфрендом, да еще и один на один…

– Извини, – проговорил Мейсон, стушевавшись, и опустил руку вдоль тела. – До меня дошло, что ты прекрасно способна встать сама. Уроки этикета от моей мамы немного устарели.

– Нет, все нормально, – ответила Виви, быстро вскакивая на ноги. – Просто прикидывала, как у меня со свободным временем. Что ты хочешь мне показать?

Его лицо прояснилось. Девушка засомневалась, встречала ли она раньше человека, чьи эмоции настолько же легко прочесть.

– Это совсем близко. Сейчас увидишь.

Они пересекли двор и прошли по обсаженной деревьями дорожке к самой известной библиотеке Вестерли, библиотеке Хьюитта, где, если верить словам гида на ознакомительной экскурсии, которую Виви прилежно посетила, хранилась коллекция редких книг и манускриптов.

– А нам туда можно? – спросила девушка. – Экскурсовод говорил, что библиотека только для аспирантов и приезжих ученых.

– Чтобы попасть в архивы, нужно специальное разрешение, но музей открыт для посетителей, к тому же он бесплатный.

– В кампусе есть музей?

Мейсон поцокал языком и покачал головой.

– Либо тебе попался халатный экскурсовод, либо ты невнимательно слушала. Даже не знаю, какой из этих сценариев сильнее меня огорчает.

Пока они поднимались по белой мраморной лестнице к фасаду с колоннами, Виви с улыбкой разглядывала Мейсона.

– Тяжелая у тебя, наверное, жизнь, если ты так легко огорчаешься.

Мейсон положил руку на грудь.

– Ты даже не догадываешься, Деверо, насколько права.

– Откуда ты знаешь мою фамилию?

– Ты чуть не убила меня в тот же день, как приехала в кампус. Говорю же, мне приходится приглядывать за тобой из соображений общественной безопасности.

Виви подняла бровь. Во всяком случае, она надеялась, что сделала именно это. Ей пока не довелось особо преуспеть в искусстве мимики, поэтому существовала вероятность, что на ее лице просто появилась странная гримаса. Мейсон открыл дверь, и, хотя было ясно, что он сделал бы это для любой женщины, этот галантный жест вызвал у девушки приятную дрожь.

– Архивы вон там, – сказал ее спутник, указывая на двойные деревянные двери. Возле них, за богато декорированным письменным столом, сидела властная с виду седовласая дама в очках со стальной оправой. – Там хранится бо́льшая часть собрания книг. А музей – вот здесь, и там хватает места лишь для десяти процентов экспонатов. – Он с улыбкой направился прямиком к столу. – Как поживаете, госпожа Ирма? Показать наши студенческие билеты?

– Незачем, Мейсон, – ответила дама, и суровое выражение ее лица смягчилось. – Заходите.

Он провел Виви в длинную узкую комнату, уставленную витринами.

– А что это вообще за музей? – поинтересовалась девушка, переводя взгляд с инкрустированного самоцветами черепашьего панциря на старинную курительную трубку, а с нее – на предмет, судя по всему являвшийся музыкальным инструментом из слонового бивня.

– Официально он вроде бы называется Хьюиттской коллекцией диковин и редкостей, но по сути тут просто собраны странные ценные вещи, которые люди жертвовали колледжу на протяжении многих лет.

Виви сделала несколько шагов в сторону диорамы с чучелом наряженной для чаепития мыши.

– Не могу вообразить, кому пришло в голову расстаться с этой вещью.

– Тут есть и всякие классные штуки, честно. Идем, покажу тебе свой любимый экспонат.

Он быстро провел ее по центральному проходу к угловой витрине, где на красной подушечке покоилась книжечка в зеленом переплете.

Виви наклонилась и прищурилась, чтобы разобрать тисненую золотом надпись на обложке.

– Это сборник поэзии Эмили Дикинсон!

Мейсон кивнул.

– Его нашли в кармане солдата, убитого во Франции за несколько недель до окончания Первой мировой войны.

– Это очень грустно, – тихо проговорила Виви, преисполняясь жалостью к юноше, который так и не вернулся домой. – Почему эта твоя любимая вещь тут?

– Мне кажется, так здорово, что он взял в бой томик со стихами. Получается, он наверняка видел множество смертей и разрушений, но по-прежнему находил в словах красоту и смысл. Меня это вдохновляет. – По мечтательному выражению его лица было ясно, что он говорит серьезно.

– Нужно было назначить тебя экскурсоводом, – сказала Виви, возвращаясь к дружескому поддразниванию. Она боялась, что без шутливой перепалки ляпнет лишнего.

– Меня и назначили. Я один из самых популярных гидов кампуса.

– И почему я не удивлена? – спросила девушка, когда они шли к выходу. Покосившись на телефон, она увидела, сколько времени, и негромко вскрикнула: – Блин, извини, но мне надо спешить. Нам сегодня устраивают испытание на кладбище, и из-за этого у меня все планы кувырком.

– Ну да, конечно, испытание на кладбище. Девушки всегда так говорят, если хотят от меня избавиться.

– Я серьезно. Это Капповские заморочки, так что мне надо бежать. Потом увидимся?

– Очень надеюсь, что да.

Виви не смогла расшифровать выражение его лица.

Сердце девушки снова пустилось в галоп, и она быстро отвернулась, пока Мейсон не увидел, что написано на ее лице – сомнений в том, что трудностей с дешифровкой у него не будет, почему-то не возникало.