Даниэль Брэйн – Любовница (страница 5)

Половина платежа по ипотеке, кошмар! Как минимум половину этой суммы я смогу отложить на предстоящие платежи.

Ярко не получилось: срок, отпущенный на обед, не давал нам разгуляться, краска требовала намного больше времени, но дерзко вышло — пожалуй, да.

Я себя даже не узнавала.

— Знаете, вам очень идет стрижка «пикси», — растерянно сообщила мастер, разглядывая меня в зеркале. — Я даже не думала. Она мало кому идет.

— Но делают многие, да?

— Ну, мое дело стричь, а не навязываться со своим мнением, — мастер отточенным жестом освободила меня от пеньюара и ловко свернула его, не рассыпав по залу остриженные прядки. — Но у вас все идеально — структура волос, их состояние… Можно я вас сфотографирую?

Результат и в самом деле был хорош. И мастер смотрела умоляюще.

— Извините, не стоит.

Зато с чаевыми я расщедрилась — ладно, это в последний раз перед тем, как я потуже затяну пояс.

Аня при виде меня так понимающе подняла брови, что я мысленно послала ей — «просто заткнись». Как ни странно, сработало.

Потом зазвонил телефон, и я взяла трубку, даже не взглянув на экран. Рабочее время есть рабочее время, в рабочее время звонят клиенты.

А еще в этой суматохе я забыла про Розу.

— Алиса, здравствуйте, как вы? Как ушиб?

И про Павла.

— Павел, добрый день. Ничего, побаливает, но терпимо.

Аня зыркнула на меня через пластиковую перегородку.

— Вы на работе? Уже обедали? Может, тогда поужинаем?

На мне написано, что я одинокая? На мне наклеено «срочно ищу себе мужика»? У меня что, голодный взгляд и печать на лбу «последний шанс почти упущен»?

— Мне кажется, вы немного злоупотребляете, — заметила я, но стараясь, чтобы звучало шутливо. Да, я срочно ищу себе мужика. Как будто это что-то плохое. — А давайте вы сделаете еще одно доброе дело, если, конечно, хотите?

— Какое?

— Я хочу купить кота.

Аня за перегородкой прыснула.

— Кот это прекрасно, — не смутился Павел. — Это даже лучше, чем ужин, но ужин все равно состоится. А потом кот. Договорились?

Настроение у меня лучше не стало, наоборот. Я сидела, бездумно лупила по клавишам и поедом себя ела за то, что даже в такой мелочи не могу отказаться от присутствия рядом кого-то. Казалось бы, ну зачем?

Зачем я этому Павлу, он выглядит устроенным и успешным и без меня.

«Один вопрос. Вы женаты?»

Я написала и тут же стерла сообщение. Идиотка, он же сказал, что не женат. Он сказал, что не женат и не в разводе, и вывод может быть только один. Но не странно, вообще не странно, что я едва не сорвалась, теперь я у каждого потенциального кавалера буду спрашивать. Когда у тебя в трамвае вытаскивают кошелек, ты даже на улице начинаешь шарахаться от людей. Мало ли что.

— Понятно. — Аня закончила печатать, откинулась на спинку кресла. — Значит, рассталась со своим. А чего так?

Я неопределенно пожала плечами.

— Брось. Тебе не двадцать, чтобы раскидываться мужиками, тем более на таких крутых тачках. А еще — у вас все было серьезно. Ну, почти. Он что, женат оказался?

Мне захотелось рявкнуть на нее, но я сдержалась и мысленно похвалила себя. Молодец, не стоит давать понять, что тебе попали по больному месту.

— Нет, у нас все к этому шло. У него тяжелый характер, круг общения специфический… Он не хотел, чтобы я работала, пытался меня постоянно ограничить в самостоятельности, такой, знаешь, домострой в нем проснулся… А я точно не девочка, чтобы мужикам верить в таких вопросах. Вон на себя посмотри.

Это было, конечно, грубо, но Аня не обиделась — или так же удачно притворилась. У нее был отличный муж, не Алекс, если говорить о доходах, но обеспеченный. В один прекрасный момент замечательный муж и отец пустился во все тяжкие, и Аня мгновенно, словно только и ждала, подала на развод. Если бы в браке она не работала, тяжко бы ей пришлось с двумя детьми школьного возраста стоять на бирже труда. Даже несмотря на пассивный доход, уровень жизни у нее сильно упал бы.

— Ну, это да. Мужик мужиком, а свое втихаря иметь нужно. Я же тебе говорила, как моталась на рынок за репликами, а мой лошок думал, что я брендовые сумки и кофточки покупаю.

А у меня не хватало на это смелости — и напрасно. Впрочем, я Алексу не жена, выпрашивать у него пару тысяч «зеленых» на сумку я не пыталась.

Возможно, он мне бы и не дал. Я же была девушка для души, а не для незапланированных расходов.

Ближе к вечеру я разошлась. Работы было много, но я с ней справилась, разобралась с участком Иры, походя исходя завистью — второй декрет за то время, что мы вместе работаем. Почему кому-то все, а мне ничего? На удивление, клиенты были сговорчивы, исполнительны, и даже настойчивая бухгалтерша, отвечающая за задолженность, не приставала ко мне сегодня.

Устроившись с вечерней чашкой кофе, я просматривала объявления о продаже котов. Такие трогательные мордашки, такие глаза, такая невозможно мягкая шерстка! Я млела от умиления и вздрагивала при виде цен. К такому жизнь меня не готовила однозначно, как и мою кредитку.

Но. Мне. Нужен. Кот. Иначе я просто спячу в своем доме. Да даже птица будет лучше, чем шепчущая тишина, но в птице есть что-то от абсолютного помешательства. В одиночестве птиц заводят от безысходности — или же нужно быть фанатом.

— А, вот вы где! — в закуток, который мы гордо именовали «кофейней», заглянула секретарша. — Вас к директору.

Секретарша убежала, прижимая к себе счета и договоры и цокая по кафелю каблучками. Я допила кофе, помыла чашку, взглянула на себя в зеркало — черт, я и забыла про эту стрижку, но я в самом деле ничего!

Даже моложе, похоже, выгляжу. То есть как несмышленое дитя. Надеюсь, что это не помешает мне остаться на рынке… труда востребованным специалистом.

Возле директорского кабинета не было никого, я постучала, зашла в ответ на короткое резкое «да». Директор кивком указала мне на кресло и что-то продолжила печатать, я ждала.

— Игорь сказал, что вы забрали участок Ирины? — спросила директор, не отрываясь от монитора. Это привычка у начальства — делать вид, что они немыслимо заняты? Готова поклясться, она на каком-нибудь форуме сидит.

— Да, я и в прошлый раз забирала. Я посмотрела, на моей работе это не скажется. Я все успею.

Несправедливо, наша директор работает, наверное, больше других. Это ее фирма, ее имя, ее безупречная репутация. А я опять наезжаю на всех из зависти и собственного провала.

Неудача в отношениях еще не конец. Пустяки. Дело-то житейское.

— Передайте все Анне, — директор наконец соизволила взглянуть на меня. Взгляд у нее был нечитаемый. Или я уже перестала различать лица после целого дня у монитора.

Да? Уместно ли будет сказать, что мне все-таки деньги нужнее? У меня нет квартиры, купленной на сэкономленные на репликах деньги, которую я успешно сдаю.

— Но мы с ней говорили! — я очень старалась не шипеть. Какого черта она не могла сразу сказать, что заберет весь участок или хотя бы его часть! — Она была не против, чтобы я…

— Она и сейчас не очень довольна, — перебила меня директор. — А ваш участок отдайте Игорю. Вы уволены.

Глава пятая

Все, что…

Все, через что я прошла по милости Алекса…

Господи, какая же это все была чушь!

— Лидия… — я сглотнула и постаралась с как можно более независимым видом усесться в кресло. Оно подо мной предательски скрипнуло, директор взирала на меня со странным безразличием. — Я могу узнать, в чем причина? На мою работу не было нареканий.

Или были, просто я об этом ни сном ни духом.

— На вашу работу не было нареканий, Алиса. Но я не могу держать в штате женщину, которая уводит чужих мужей.

Что?..

— Что, простите? — переспросила я, прищурившись и буквально задохнувшись. Это уже не обида, а самая настоящая звериная злость. — А… — Как ты узнала, от кого? Скажи, я ведь и так уже в курсе, кто крыса. — Разве увольнение по этому обстоятельству законно?

Директор откинулась на спинку кресла, сложила руки на груди. Вот, значит, как — это защита нападением. Она решила, что я и ее мужа уведу.

Господи, кому нужен этот царек дивана. В Алексе главным были далеко не его капиталы. И даже не бицепсы.

— Я же не буду вас увольнять за несоответствие моральному облику, Алиса. Вашу должность я легко могу сократить — и вас вместе с ней. Поэтому давайте не затягивать неизбежное, вы напишете заявление по собственному желанию, а я сейчас же его подпишу. И пока до конца рабочего дня еще полтора часа, вы получите полный расчет и все, что вам причитается.

Если бы причина моего увольнения была другой, я бы, наверное, оборонялась. Рассмеялась бы. Высказала что-нибудь неприятное и удержала свое место. Но сейчас у меня в мыслях не было ничего, кроме желания посмотреть в глаза Ане.

И еще, разумеется, уже не стеклянные перезвоны разбитого сердца, а гул апокалипсиса стоял в ушах. У меня ипотека. Я просто не могу себе позволить остаться без работы. Вообще. Никак.