Дана Арнаутова – Ведьмин кот (страница 66)
— Мое имя — Видо фон Моргенштерн, — представился он. — Я клирик Святого Ордена Длани Господней в ранге патермейстера и прибыл сюда, чтобы исполнить свои служебные обязанности. — Он положил руку на орденский знак и чуть повысил голос, чтобы слышно было всем, кто собрался на деревенской площади. — Клянусь Господом, что стану вести расследование честно, нелицеприятно и сообразно законам божественным и человеческим! — Отзываясь на протокольную формулу, знак засветился, и Видо убрал руку, чтобы это увидели. По толпе прокатился приглушенный шум, люди принялись креститься, а Видо продолжил: — В капитул обермейстерства поступило донесение, что ты, девица Ева-Лотта, обладаешь ведьмовским даром, полученным от фрау Эммы Курц, лицензированной ведьмы, в момент ее смерти. Кем тебе приходилась Эмма Курц?
— Матушкой приемной, — тихо сказала девчонка, и на глаза у нее навернулись непритворные слезы. — Она меня четыре года назад взяла… в деревне соседней. Батюшка с матушкой мои родные от лихорадки умерли, сестрица с братьями тоже…, а меня Господь помиловал, только я совсем одна осталась…
— Значит, родилась ты и выросла в соседней деревне? А сюда переехала четыре года назад по желанию фрау Курц?
Девчонка кивнула, Видо заглянул в документы и сделал пометку карандашом. Стол и стул ему принесли из дома старосты, еще два стула поставили справа для фон Гейзеля и Ясенецкого, староста деревни переминался слева, ожидая своей очереди отвечать, а рейтары растянулись полукругом впереди, отделяя Видо и девицу от толпы, но не мешая обращаться к людям, когда ему это понадобится.
— Ведьмовского дара у тебя тогда не было? — уточнил Видо на всякий случай, хотя это уж было бы чем-то вовсе вопиющим со стороны мейстера Вольфа — пропустить в подотчетной деревне урожденную ведьмочку и не замечать этого столько лет. — Понятно… Фрау Курц обещала, что передаст тебе свой дар? — Девчонка снова кивнула. — Когда именно?
— Врет она, герр патермейстер! — подал голос староста и даже шагнул вперед. — Как есть врет. Обманом или силой у старухи забрала! Эмма внучку мою даром наделить обещала, а эта!‥
— Помолчите, — прервал его Видо, слушая без всякого удивления — при подобных разбирательствах постоянно что-то открывалось, а уж сколько грязи иной раз вываливали друг на друга добрые жители… — У вас будет возможность сказать все, что считаете нужным, но позже.
— Матушка Эмма завещала свою силу мне, — тихо, но твердо сказала девица. Руки она сжала на переднике, сплетя пальцы, однако стояла прямо, задрав подбородок, и смотрела Видо в лицо открыто, без опаски. — Это было ее право — решить, кто станет ей наследницей. Я… готова Господом поклясться, что не обманываю.
— Пока не нужно, — уронил Видо.
Он следил за Евой-Лоттой, используя чутье клирика — необыкновенное и сложное в понимании чувство, которое воспринимало чужую речь в красках и цвете. Если бы девица в чем-то соврала, ее слова стали бы грязно-желтыми, серыми или бурыми, пахнущими застоявшейся водой, но пока они текли ровной серебристо-голубоватой струйкой, которая растворялась в воздухе с легким запахом луговой травы… Долго читать таким образом ложь или истину было очень утомительно, но примерно на полчаса его точно хватит, а там видно будет. Зато сейчас он и появление кота поблизости ни в коем случае не пропустит!
— Как ты получила от нее дар? — спросил он, снова делая пометку в бумагах остро отточенным карандашом, которым всегда предпочитал писать на выезде вместо пера и чернил — да, потом придется переписывать, но уже не ему!
Некстати вспомнились мучения Ясенецкого…
— Я… за руку ее взяла. — Девчонка моргнула, ее ресницы намокли и теперь казались темно-золотистыми, а на лице, побледневшем от волнения, проступили крошечные, едва заметные веснушки. — Ночью ей стало плохо, она меня позвала и питье попросила. Я ей мяту заваривала и земляничный лист, она любила… Кружку поднесла, а она меня за руку взяла и… Я сознания лишилась. Очнулась утром, а матушка уже…
Она все-таки всхлипнула, в толпе молчали, но несколько человек снова перекрестились.
«Путь передачи силы — обычный, — записал Видо, — предположительно добровольный».
— Кто может подтвердить, что фрау Курц действительно собиралась отдать тебе дар? — задал он очередной обязательный вопрос.
Да, ведьма отдает силу добровольно, однако не всегда у нее имеется выбор согласно ее собственным предпочтениям. Могло быть так, что фрау Курц почувствовала приближение смерти внезапно и не успела позвать другую кандидатуру, которой рассчитывала оставить колдовское наследие.
— Я… не знаю, — растерялась девчонка. — Все, наверное… Она говорила в деревне… Да и зачем бы она меня взяла, если не собиралась?‥
— Резонно, — согласился Видо больше для себя.
Все и вправду выглядит логично и обыкновенно. Одинокая ведьма подобрала сиротку лет тринадцати-четырнадцати. Характер и склонности в этом возрасте уже видны, способности к учебе — тоже, да и по хозяйству помощь немалая. За четыре года передала девице основы знаний… Правда, не все сиротки-воспитанницы согласны ждать, пока наставница скончается естественным образом. Но для этого Видо и приехал — чтобы все выяснить и сделать заключение.
— Да в работницы она ее взяла, герр патермейстер! — снова непрошено рявкнул на всю площадь староста. — Может, сначала и хотела наследницей сделать, да получше кое-кто нашелся!
«Это их Вольф так распустил, что ли? — неприятно удивился Видо, а вслух сказал:
— Почтенный, перебивать клирика, тем более во время дознания, означает проявить неуважение ко всему Ордену, лицом которого я здесь являюсь. Еще раз позволите себе заговорить без разрешения, и мне придется вас наказать. Финансово или физически — на ваш выбор.
— Э-э-э…
Староста захлопал глазами, а Видо с досадой подумал, что избрал неверный тон и слова тоже нашел неудачные.
К счастью, капитан тут же исправил его оплошность:
— Откроешь рот, пока тебя не спросили, получишь или штраф, или розог, — перевел он и добавил уже от себя: — А то и все сразу, чтобы поумнел быстрее. Понятно?
Староста закивал и опасливо шагнул назад. Видо вздохнул. Как и ожидалось, для карьеры дознавателя он просто не создан.
— Чему тебя учила фрау Курц, пока была жива? — снова обратился он к девушке.
— Травам… — Разомкнув сплетенные пальцы, Ева-Лотта, не глядя на них, принялась загибать один за другим, словно боялась что-то забыть. — Как искать, как самой выращивать. Как собирать, сушить и заваривать. Про болезни рассказывала, от какой какая трава помогает и как их человеку давать, а как — скоту. Учила зубы заговаривать, а если не поможет — как выдрать. Роды принимать учила, раны промывать и зашивать правильно, червей из тела гнать…
— Это все относится к медицине, — мягко прервал ее Видо. — Весьма обширные познания, это хорошо. А то, что не относится к лечению?
— Воду искать, — с готовностью ответила девчонка. — Погоду наперед угадывать, еще землю заговаривать, чтобы травы и овощи хорошо росли да саженцы приживались. Корову или козу усмирить, если злая и молоко не отдает. Свиней — чтобы поросят не ели, собак, чтобы только хозяина признавали…
— Богатый набор, — медленно произнес Видо и снова заглянул в документы. Нужных сведений там не оказалось, еще один недочет то ли покойного Вольфа, то ли канцелярии обермейстерства. — Ты знаешь о рангах? Какого ранга была твоя наставница?
— Знаю, герр патермейстер, — ответила девица, — третьего.
Видо пришлось напомнить себе, что ругаться в адрес покойников нехорошо. Но хотелось просто чрезвычайно!
У этого… этого… коллеги, чтоб его! У него тут не просто ведьма без лицензии, а трехранговый универсал! Ну, не совсем универсал, конечно, нельзя иметь силу абсолютно во всех сферах применения — сила имеет пределы, и чем больше направлений ведьма пытается освоить, тем на меньшее количество ступеней способна подняться. Но здесь точно целительство на полный ранг, а в придачу сила бестиария и эфирия-стихийника! Возможно, еще и алхимия, если девица хороша в зельях…
При этом три ранга в столь юном возрасте! У покойной Марии Герц был первый, что не помешало ей достичь немалого мастерства в целительстве. А фройляйн Ева-Лотта еще только в начале своего пути и может в течение жизни поднять пару рангов, если Господь будет к ней милостив. Часто ведьмы становятся сильнее после замужества и рождения детей, постоянная практика тоже сказывается благотворно.
И набор умений очень удачный, это вам не химерология или некромантия, а вполне светлые искусства, имеющие целью помощь людям. Конечно, обратить во зло их можно… Что угодно можно обратить во зло, даже способности клирика, хоть об этом и не принято говорить. Снова вспомнились наивные и довольно опасные вопросы Ясенецкого, Видо поморщился, но девица, кажется, приняла это на свой счет, потому что поспешно продолжила:
— Вы не думайте, герр патермейстер, хоть ранг и маленький, я очень стараюсь и никому никогда лечением не повредила. Матушка Эмма была довольна…
И она совершенно по-детски шмыгнула носом, а на глаза опять навернулись слезы.
— У тебя достаточный ранг для целительства, — сообщил Видо. — Силы хватает, остальное достигается умениями, старанием и божьей помощью. Ходишь ли ты к исповеди и принимаешь ли святое причастие?