D Z – Мист (страница 6)
Тут же из кабинета лейтенанта Мэйси выбежал Сисэл, его жена Айра и чета Гросс. Не попадая рукой в рукав куртки, Сисэл пробежал мимо Иэна, вылетел на улицу и завертел головой, ища взглядом машину со своим сыном. Жена и Гроссы устремились за ним. Иэн остался в лобби и внезапно почувствовал себя совершенно опустошенным. Разнервничался на пустом месте: пацаны просто убежали играть в свои детские игры, никакая опасность им не грозила. Понятное дело, родители ребят переживали, на то они и родители, но он-то, идиот, куда полез? Перед глазами у Иэна проплыло лицо Виктора. Брат его ненавидел, и любое упоминание о старшем вызывало в нем гнев. Иэн только подлил масла в огонь, позвонив отцу. Конечно же, папа расскажет Виктору о том, что старший брат спрашивал о нем, и Иэн легко мог догадаться, какую реакцию это у него вызовет. С другой стороны, не все ли равно? Он давно привык к тому, как семья к нему относится. Главное, мальчики нашлись, а значит его наихудшие опасения не подтвердились. Ну и славно.
Патрульная машина заехала на автостоянку перед полицейским участком, и Сисэл бросился к ней. Иэн буркнул что-то на прощание Ховарду, вышел из здания и побрел в сторону своего пикапа, краем глаза наблюдая за воссоединением семей. Сисэл крепко обнял Ноа, Паркер Гросс потонул в объятиях своей матери.
– Ноа, засранец ты мелкий, – причитал коллега Иэна, – ты своего старика протащил через ад! Чем ты думал, сынок? Где вас носило всю ночь?
Рядом мать Паркера вперемешку с поцелуями спрашивала своего сына примерно о том же.
– До инфаркта решили довести родителей? – гремел отец Гросса, гладя сына по белобрысой макушке. – Думаю, хорошая порка им не помешает, так ведь, Сисэл?
Иэн сбавил шаг, остановился и пригляделся к мальчикам. Ребята не отвечали на объятия своих родителей, не плакали и, казалось, вообще никак не реагировали на происходящее, разве что изредка переглядывались друг с другом. Лица обоих были бледны. У Ноа тряслась нижняя губа, Паркер хмурил белесые брови и смотрел куда-то мимо родителей. Иэн свернул и как бы невзначай подошел к вылезшему из машины молодому полицейскому, вставшему поодаль от всех и не желающему вмешиваться в радостный момент. Судя по широкой улыбке, трупер был страшно собой доволен.
– Эй, офицер, огонька не будет?
– Не курю, – отрезал патрульный.
– Ну и ладно. – Иэн достал из кармана зажигалку, прикурил и встал рядом с копом. Тот покосился на Демме:
– Не тебя ли я арестовывал три месяца назад за драку в баре?
Иэн выпустил дым через нос и неопределенно покачал головой.
– Где нашел ребят?
– Шли вдоль девятого на пересечении с Монтего. Тебе-то какое дело?
– Это там, где начинается лесной массив?
– Ну.
– Бежали или просто шли?
– Шли, держась за руки, – раздраженно ответил патрульный. – Еще будут вопросы?
– Значит, держались за руки, – задумчиво пробормотал Иэн, и тучка набежала на его лицо. – Ладно, друг, спасибо. Бывай.
– Веди себя прилично, парень, – назидательно крикнул коп вдогонку, но Демме не обратил внимания на его слова.
Семья Скоджинов наконец закончила обниматься и направилась обратно в участок. Гроссы последовали за ними чтобы отозвать уже поданные заявления о пропаже. Иэн догнал Сисэла, держащего Ноа за руку, и неуверенно улыбнулся:
– Ну вот, я же говорил, что парень найдется.
Сисэл смерил Иэна удивленным взглядом, как будто впервые в жизни его увидел, и кивнул:
– Да. Спасибо, что приехал, Демме. Я ценю это.
– Чепуха, – махнул рукой Иэн и деланно веселым тоном обратился к Ноа. – Что, парень, вдоволь нагулялся? Дал ты своим родителям просраться, дружок! Теперь в лес ни ногой?
Ноа метнул на Иэна испуганный взгляд и впервые за все время открыл рот:
– Откуда вы знаете, где мы были?
– Вопрос в том, зачем вы там были, – голос Иэна мгновенно избавился от напускной веселости. Он остановил Сисэла ладонью в грудь, наклонился к уху мальчика и шепотом спросил. – Что вы там делали? Мне нужно знать, Ноа, зачем вы туда пошли!
Сисэл грубо оттолкнул Иэна от сына:
– Довольно, Демме. Он свое получит, ты не сомневайся. Но это не твое дело. Я его отец.
Иэн поднял ладони кверху, не сводя глаз с бледного, искаженного ужасом лица парнишки.
– Ноа, вы видели
– Я сказал хватит, Иэн, – Сисэл придержал дверь и пропустил сына в участок вперед себя. – Я ценю, что ты пришел, но сейчас тебе надо уйти. Увидимся на работе.
Иэн отступил от двери, пропустил остальных и хотел было развернуться, чтобы прыгнуть в пикап и наконец поехать домой, когда в последний момент поймал взгляд Ноа через стеклянную дверь. В широко распахнутых глазах мальчика читался лютый страх. Ноа судорожно сглотнул, повернул правую ладонь тыльной стороной вниз и поднял, показывая Иэну.
На детской ладошке отчетливо виднелась странная отметина: три полустертых точки, расположенные треугольником и заключенные в круг.
Эпизод третий: Крид. Август 2018.
Четвертая ступенька на втором марше скрипела. Это он еще помнил. Повторив про себя это несколько раз, Крид взялся за шарообразное навершие на деревянной балясине, поднял правую ногу и поставил на первую ступень лестницы. Перенеся вес на правую ногу, Крид отпустил шар и схватился за поручень. Левая нога слушалась чуть хуже, поэтому он всегда начинал свои безрезультатные восхождения именно с правой. Хорошо, что ему не нужно было это запоминать: тело само решало, как ему двигаться. Левая ступня встала рядом с правой.
Крид с хрипом выдохнул и воровато оглянулся. В гостиной было все также темно, как и десять минут назад, когда он поднялся с кресла-качалки, и уже было потянулся за тростью, но вдруг вспомнил, что в прошлый раз именно стук трости его и выдал. Удивившись своей сообразительности, Крид короткими шажками пересек гостиную, ступая голыми ступнями по пушистому ковру, и вышел в коридор. В коридоре ковра не было, и он почувствовал, как зябко ему идти по холодному ламинату.
Правая нога встала на вторую ступень. Еще одно усилие, и левая приземлилась рядом.
Крид снова осмотрелся: все тихо. Высокие башенные часы, стоящие в конце коридора при повороте на кухню, мерно отсчитывали секунды. Он не знал, который сейчас час, но в любом случае, нужно было поторопиться. Он легко терял чувство времени, и, слава богу, осознавал это.
Через две минуты первый марш был пройден, и Крид, уперевшись рукой в стену, тыльной стороной ладони утер пот со лба. Пока все идет как нельзя лучше. Во втором марше меньше ступеней, и он преодолеет его быстрее. Главное сейчас не забыть обнулить отсчет. На прошлой неделе он забыл на какой ступени в данный момент находится, и пронзительный скрип деревянной панели разбудил Пэйдж. Посмотреть вниз и посчитать заново он попросту не догадался. Так он и стоял, покачиваясь как моряк в легкий шторм, на одной ступени, отчаянно соображая, что ему предпринять. В итоге он сделал неверный шаг, и все следующее утро недовольная им сиделка ворчала так, что Крид не мог сосредоточиться на собственных мыслях и вновь позабыл все, что с таким трудом восстанавливал по кусочкам. С тех пор, как его память стала напоминать решето, любая помеха могла отправить его сознание в нокдаун.
Все верно, это первая ступенька на втором марше, он посчитал все правильно. Правый уголок его рта даже дернулся в самоуверенной ухмылке, но в следующую секунду он внезапно потерял число. Тронутый деменцией мозг достиг, по всей видимости, своего предела и приготовился сделать полную перезагрузку. Крид изо всех сил стиснул ладонью перила, зажмурился, пытаясь не упустить мысль и ухватить ее, ускользающую, за хвост. К своему удивлению, он сумел это сделать, и простенькая цифра «один», будто бы написанная детским неровным почерком, вновь встала у него перед внутренним взором.
Отлично. Следующий шаг безопасен, а вот потом… Нет, стоп! В его теперешнем состоянии нельзя думать наперед: это самый верный способ потерять необходимое в данный момент знание.
Когда-то Крид, впервые услышав свой диагноз, придумал сравнение: он – мартышка, скачущая по джунглям среди лиан, перепрыгивающая с одной ветки на другую, и четко знающая свой путь на несколько шагов вперед. Когда Альцгеймера еще не было, он мог позволить себе отпустить одну лиану, не найдя при этом другую, потому что знал, что обязательно ухватится за что-нибудь в прыжке. Сейчас он уже не мог позволить себе этой роскоши. Лиан в его джунглях становилось все меньше, и каждый раз, когда Крид отпускал ветку одной рукой, он должен был быть уверен, что крепко держит другую. Иначе же он срывался в темную пропасть, и все путешествие приходилось начинать сначала, в то время как его джунгли редели все стремительнее и безжалостнее.
У Крида задрожало правое колено. Неудивительно, поскольку почти весь вес его тела перенесен на правую ногу. Но отвлекаться нельзя ни при каких обстоятельствах: даже мимолетное ощущение боли или слабости может сыграть с ним злую шутку. Осталось совсем немного.
Поднатужившись, Крид перенес правую ногу через одну ступеньку, подтянулся обеими руками за перила и наконец-то встал на пол второго этажа. Перед ним шел короткий коридор: по правую сторону находился крохотный туалет и две небольшие комнаты, одна из которых в свое время была детской. Сейчас там никто не жил, и только Пэйдж порой забредала сюда, чтобы поболтать по телефону с подругами, желая уйти подальше от кислого старческого запаха, которым пропитался весь первый этаж. Сиделке не нравился ни Крид, ни этот дом, и он видел это по ее лицу, которое кривилось чуть ли не каждый раз, когда она дотрагивалась до его тела. Он не обижался на нее. Ухаживать за немощным дедом с дырявой памятью – то еще удовольствие. Поэтому он не имел ничего против того, чтобы Пэйдж скрывалась в старой комнате его сына, где все еще пылились старые томики книг и детские игрушки.