Чики Фабрегат – Меня зовут Зойла (страница 22)

– Почему бы вам не собрать компанию, группу эльфов, чтобы выследить её?

– Она пришла одна и бросила вызов твоему дедушке. Теперь Герб должен бросить вызов ей.

Дедушка не смог, так почему Герб думает, что у него получится это сделать?

Я вновь ищу Лиама в кронах деревьев. Я молча зову его, но он не отвечает.

– Кина, где Лиам?

– Он говорил что-то об игре.

– Баскетбол?

Только Лиам мог думать об игре в баскетбол в такое время. Корзина для него как кухня для бабули, но здесь, посреди леса, нет ни корзин, ни мяча и, самое главное, нет команды. Команда!

– Кина! Посмотри на меня, Кина, мне нужно, чтобы ты выслушала меня, чтобы ты сосредоточилась.

– Зойла, ты делаешь мне больно.

– Что именно сказал Лиам?

– Что он научит Герба играть в баскетбол.

Командный вид спорта. Эльфы и их нелепые правила не позволяют собрать команду для охоты на пантеру, но Лиам не эльф, не совсем, по крайней мере, и я уверена, что он разработал самоубийственный план, чтобы победить зверя. Он отдал бы за них свою жизнь, теперь я понимаю это.

– Кина, мы должны найти их.

И как раз в тот момент, когда я собираюсь спрыгнуть на землю, с другой стороны поляны, сквозь деревья, раздается рёв. Я закрываю глаза и концентрируюсь на всех звуках. Я вычленяю звуки сердца пантеры и сердца Герба. Оба бьются учащённо. Я ищу третий звук и отчаиваюсь, потому что долго не могу его услышать, но наконец он появляется. Сердце Лиама бьётся гораздо быстрее, чем два других. Он приближается на полной скорости. Пантера, должно быть, увидела или учуяла его, потому что бежит за ним. Лиам – приманка. Он выбегает на поляну, за ним следует животное. Оба двигаются с одинаковой кошачьей элегантностью, но Лиам медленнее. Несколько прыжков, и пантера его настигнет. Он бежит к клетке, не оглядываясь. Из леса незаметно выступает Герб. Он подходит к клетке и встаёт у двери, где его не видят ни Лиам, ни пантера. Командный вид спорта. Все эльфы затаили дыхание, а их сердца забились немного быстрее. Я слышу их, но не обращаю внимания, потому что не хочу, чтобы что-то отвлекало меня сейчас. Я знаю, что любое движение может насторожить пантеру, но остаюсь в напряжённой готовности на случай, если мне придётся выскочить в центр поляны.

И вот последний рывок. Лиам влетает в клетку, прямо за ним следует пантера, и я не знаю, почему она ещё не догнала его. Герб закрывает дверцу, как только они оба оказываются внутри. Стены, покрытые листьями и лианами, не позволяют мне видеть, что происходит. Я задерживаю дыхание, и менее чем через секунду Лиам выскакивает на крышу сооружения и захлопывает дверь-ловушку. Когти пантеры прорывают дыры в лианах то тут, то там, но она остаётся запертой в клетке. Эльф и человек победили.

Кина обнимает меня. Это первый раз, когда я чувствую её эмоции, поэтому позволяю ей обнять себя и тоже притягиваю её к себе. Она спрашивает меня, почему я плачу, и я говорю ей, что объясню позже. Сейчас мне нужно отыскать брата.

Как и в день нашей встречи, эльфы начинают спускаться с деревьев ровной, тихой вереницей. Один из советников подходит к клетке и садится на землю, лицом к одному из отверстий, оставленных лапами пантеры. Я не могу слышать его со своего места, но у меня есть ощущение, что он говорит без слов. Для меня доступ закрыт.

– Надеемся, что он убедит её уйти, – говорит Кина, указывая на эльфа в белом капюшоне.

И я хочу спросить ещё кое-что, подойти ближе, но она тянет меня в противоположную сторону. В той части поляны, куда мы направляемся, Герб и Лиам разговаривают с остальными членами совета.

Глава 31

Свет эльфов

После всех пережитых волнений в деревню возвращается спокойствие. Советники ушли отдыхать, но Герб, Лиам и я были приглашены на встречу утром. Несмотря на галлоны келча, текущие по нашим венам, в воздухе витает определённое беспокойство. Эльфы разговаривают больше обычного, а где-то неподалёку кто-то играет на музыкальном инструменте, который я никак не могу узнать. Это первый раз, когда я слышу музыку с тех пор, как я здесь. Пантера дремлет в клетке, рядом с ней сидит эльф в белом балахоне. Лиам исчез в хижине Кины с тех пор, как всё закончилось. У меня даже не было времени поздравить его. Он победил. Он научил эльфов играть в команде, и Герб может претендовать на то, что всегда должно было принадлежать ему. Это счастье, что наши метки ещё не закончили проявляться. Если бы мы были дома, бабуля готовила бы для всех них часами, а мы с Лиамом повесили бы на дверь фонарики, чтобы поприветствовать их. А они лишь убрали листья с поляны, чтобы Совет мог сидеть и наблюдать за схваткой между эльфом и пантерой, не зацепившись ни за что своими безупречными мантиями. Но это уже больше, чем они обычно делают, это их концепция вечеринки. Думаю, впервые с тех пор, как Герб появился в гостиной у бабули, я позволяю себе расслабиться и не волноваться. Теперь, когда всё закончилось, я должна поговорить с братом и попросить его вернуться домой. Я знаю, что он не захочет, и возможно, я не смогу его убедить. Но сейчас я тоже собираюсь наслаждаться этим триумфом, который изменил всё.

Я ухожу прочь от поляны, прочь от эльфов. Я иду некоторое время, пока не перестаю слышать их голоса и мысли, пока они не перестают слышать мои, хотя полагаю, что безопасного расстояния на самом деле не существует. Я сижу на земле, прислонившись спиной к дереву.

– Ты всё так же неуклюж, Герб.

Он улыбается.

– Почему ты пошёл за мной? Ты должен праздновать победу.

– Я не знал, что Лиам собирается это сделать, поверь мне. Он просто попросил меня довериться ему.

– Это потому, что ты его не знаешь, – впервые с тех пор, как я оказалась в этом лесу, я улыбаюсь без всякого умысла, без намерения кого-либо обмануть.

– Зойла, ты всё ещё нужна ему.

– Что ж, Герб. Теперь ты глава семьи. Теперь всё кончено.

– Ты так ничего и не поняла.

Я смотрю на него, ожидая продолжения, требуя объяснить, что же именно я не понимаю. Здесь, похоже, я тоже коротышка.

– Ты знаешь, для чего Совет вызвал нас завтра?

Я качаю головой.

– Семья по-прежнему остаётся без защиты. Мы поймали пантеру, но солнце ещё не сделало свой выбор.

– Но что насчёт того, что ты сказал в Совете, требование по праву, я не знаю, какого закона.

– Сейчас я имею право попытаться поприветствовать солнце, но это не значит, что оно примет меня. Я не законный наследник.

– Лиам попытается ещё раз?

Кажется, я повысила голос, но из-за шума на поляне никто этого не заметил.

– Иди за мной, я тебе кое-что покажу.

Мы долгое время идём молча. Мы оставляем позади деревья, которые я уже научилась узнавать, и входим в более густую часть леса. Зелёный полог здесь намного темнее, чем на нашей поляне, на стволах почти каждого дерева растёт мох, а под ногами чавкает плотная, липкая грязь.

– Где мы?

– За пределами наших земель. Здесь живут водные эльфы. И сюда нам придётся перебраться, если мы лишимся защиты солнца.

Света нет, хотя уже середина утра. Некоторым лучам удаётся пробиться сквозь плотный полог деревьев, но этого недостаточно. Здесь нет полян, стволы деревьев срослись, корни торчат из земли, атмосфера влажная и вокруг намного холоднее.

– Для чего мы сюда пришли, Герб?

– Я знаю, ты не понимаешь, что делает твой брат, ты предпочла бы, чтобы он вернулся с тобой в тот человеческий дом, где вы жили. Но вот что нас ждёт, если солнце покинет нас.

– Но Лиам уже пытался, а солнце не захотело его признать.

– Что ты скрыла от Совета?

Я колеблюсь несколько секунд. Невозможно ничего утаить, когда каждая твоя мысль звучит так, будто кричишь о ней с крыши. Я поворачиваюсь к нему спиной, собираю волосы в ладони, и в этот момент вспоминаю, когда в последний раз делала это. На меня накатывает слабая, далёкая грусть. «Помни меня», – сказал он. И я думала, что буду помнить всегда, но что-то изменилось. Я поднимаю свой хвостик.

– Это не метка, – говорит он, хотя я думаю, что он спрашивает.

– Я знаю. Может быть, это часть метки. Я не вижу её, но чувствую. И она горит.

– Метка, разделённая между двумя эльфами?

– Полуэльфы, половина метки.

Я снимаю заколку моей матери и показываю ему.

– У меня вот эта часть, – говорю я, указывая на центральный круг, – Лиаму достались лучи.

Холод в этой части леса пробрал меня до костей, и я дрожу. Я снова думаю о Раймоне, о том, как я дрожала рядом с ним.

– Кина рассказала мне о Раймоне.

Услышав его имя, я не вздрагиваю. Я должна бояться, пытаться скрыть его. Я должна чувствовать давление в груди, которое сковывало меня каждый раз, когда кто-то говорил о нём. Но ничего этого не происходит. Теперь я беспокоюсь только о том, что будет завтра, когда мой брат вновь предстанет перед солнцем. Перед солнцем, которое, возможно, начинает уставать так же, как и я.

– Это из-за келча. Твоё сердце больше не страдает, как человеческое.

Меня не удивляет то, что он говорит, я даже не злюсь и не сожалею.

– Я понятия не имею, как работает вся эта штука с меткой, но когда Лиам положил руку мне на шею, я почувствовала огонь, а также невероятную силу.

– Ты не ответила мне, Зойла, что с Раймоном?

– Какое значение сейчас имеет Раймон?

«Ты – мой свет, и я охраняю твой сон», – сказал он. Это была всего лишь сказка.

Выражение лица Герба меняется.