Черненко Галина – Не совпадают почему то пазлы жизни у людей (страница 14)
Ну а меня вдруг резко освободили. Дима стал освобождаться от одежды.
– А что ты не разбудила то меня? Я же ждал, когда ты проснешься и тоже уснул
– Мне жалко тебя было. Ночью не спал, утром на барахолке таскался, решила дать тебе поспать.
–Я рядом с тобой посплю? Можно? Тем более, я уже выспался. Я на барахолке то был минут сорок
– Ну ты шустрый, прямо как электровеник. Что прямо раз, и забрали воротник?
– Ну ты же понимаешь, что воротник то шикарный, и если бы не фото, я бы его вчера продал.
– Спасибо тебе, Дима. А ты полтинник мне разменяешь? Матери же твоей надо отдать то, что она просила
– Галя, я специально пришел сюда за тем, чтобы поговорить об этом? Другого то места нет? Разменяю я тебе все, но позже.
– Спасибо, ты настоящий друг, честное слово
– Ну ты даёшь, Галюня! Вот это все, чем мы занимаемся, это дружба, да?
– Не прикапывайся к словам, давай без сложностей
– Вот, во время напомнила, без сложностей надо. Моя мать приедет в среду. Давай продолжим общение? Ты же не против?
– Ой, Дим, ты меня озадачил! Я как-то рассчитывала сегодня убраться восвояси
– А что меняют три дня? Заодно и фотки распечатаем
– Прости за интимные подробности, но мой муженёк где-то на пути в Иркутск. А если он приедет, и я не буду отсвечивать в своем доме, у меня будут проблемы физического плана
– В смысле физического плана?
– В прямом смысле. Просто даст в глаз и все
– Ты вот это сейчас серьезно? Вот раз, и ударил тебя? И зачем ты с ним живёшь?
– А что ты то меня замуж не позвал? Задолбали вы меня все в доску! Как ты это терпишь, уйди от него. Куда я пойду? К тебе? Ты готов? Поэтому иди в баню, а я пошла домой. Слова, слова, слова. А кто из вас поддержал меня когда мне плохо было? Не было вас! Это вы теперь меня по койкам таскаете, здорово же, да? Никакой ответственности. Покувыркались недельку и разошлись. Вот мы же уже с тобой устроили разборки на днях на эту тему, ты зачем второй раз это начал? Надо же, сочувствующий нашелся! А почему я не от тебя детей родила, а от чужого мужика? Ты же со школы меня типа любил? Значит так любил! Отвали короче, я пошла. А кассеты я заберу до лучших времён.
Одевалась я со скоростью света, потому что злость из меня била фонтаном. Мужики. Все мужики. Очень хорошо умеют пожалеть. Ах какая я бедная и несчастная, меня физически уничтожают, так нельзя. А что льзя то? В нашей стране жить одной нельзя. Это ещё страшнее физического насилия. Все будут тыкать пальцем в спину и рассказывать о том, какая я безногая и несчастная и никому с таким уродством не нужна. В тот момент мне было проще терпеть Витю, чем тех, кто шептал за моей спиной. Потому что вот этих жалельщиков было в разы больше, и унизить они меня пытались потому, что сами жили погано. Но я тогда была несмышленой, и противостоять этому не могла.
Все. Оделась. Все собрала. Злая, как пантера. И Диму хочется ударить чем-то тяжёлым. Добренький нашелся! Вот и спи теперь со своей рукой. Хочешь с правой, хочешь с левой. Гуд бай мой мальчик. Я вышла на лестничную площадку и отпустила себя на волю. Ведь если уж я закатывала концерт Диме, надо было держать лицо. Ну а теперь то меня никто не видел. И слезы сразу потекли ручьем. Вот кого не возьми, кругом одни рогатые животные. Хорошо, хоть у некоторых хватает фантазии молчать. А мне и без их сочувствия плохо. Ведь я тоже понимаю, что так жить нельзя, а живу! И в ближайшем времени изменений в моей семейной жизни не ожидается.
Я хромала с третьего этажа и вытирала свои слезы и сопли. Ведь на улицу то надо выйти с приличным лицом, и так, чтобы никто и не заметил, что я вышла из этого подъезда. Просто, потому что, в этом подъезде живёт Димон. Никто особо думать не будет, что я была не у него. Диагноз поставят сразу и разнесут по всей деревне. С одной стороны, вроде по барабану. С другой стороны, у Вити будет лишний повод.
Перед подъездной дверью я остановилась. Тщательно вытерла слезы, постаралась переформатировать мысли, и помахала перед лицом ладошкой, чтобы оно вроде, как высохло после слез. Потому что опухшие глаза и красное личико дают повод думать окружающим о том, о чем им думать совсем не надо. Ну вот, все, можно шагать, как бы все плохо не закончилось, но закончилось то вовремя, и можно сказать успешно. Конечно, не приятно, но сейчас я это переживу, и к вечеру все выровняется. А к Димкиной матери в магазин потом зайду, и отдам ей деньги, там вообще проблем нет, поэтому улыбнись, Галя, все прекрасно.
Но шагнуть я никуда не успела, потому что меня обхватили за бедра, приподняли и потащили обратно туда, откуда я сейчас только сбежала. А я была к этому совершенно не готова. Да и подхватили меня не очень удачно, я болталась из стороны в сторону, и была вынуждена держаться за Димины плечи. Он нес меня вперёд лицом, держаться мне было очень неудобно, поэтому я болталась из стороны в сторону, и из-за этого я в тот момент не могла ни орать, ни сопротивляться. Я просто старалась не упасть, и не слететь с орбиты. Но злость моя раскручивалась, и я была готова спрыгнуть с Диминых рук и вцепиться ему в рожу.
Но Дима то тоже понимал, что со мной происходит, поэтому опустив меня на пол, он просто зажал меня в углу, зафиксировав мои слабые женские ручки в своих сильных мужских руках. И я сразу поняла, что любые мои движения бесполезны и бессмысленны, поэтому решила его просто укусить. Но получилось плохо. Потому что он все-таки среагировал, и как-то увернулся. Но чуть-чуть прикусить его плечо зубами я все-таки успела, и сделала это со всей злостью.
– Галь, ну укусишь ты меня, что это изменит то? Я все равно не хочу, чтобы ты уходила. Что тебе сказать про то почему я не женился на тебе? Если ты сопоставишь время и посчитаешь, то поймёшь, что ты уже жила со своим муженьком, когда я пришел с армии, и тогда ты меня в упор не видела. Опять же, честно скажу, в то время я не думал о женитьбе, мне не до этого было. Ты же знаешь, где я служил, я просто радовался тому, что живой оттуда вернулся. Поэтому прости. А сейчас женится на тебе, это все равно, что подкинуть тебе подлянку. Есть обстоятельства непреодолимой силы в моей жизни. Они не позволяют мне поступить с тобой так подленько. Потому что, если я сейчас женюсь на тебе, с моей точки зрения, это будет подлость.
Я может и расскажу тебе об этих обстоятельствах, а скорее всего не буду. Все равно ты когда-нибудь об этом узнаешь. А сейчас это ни к чему. Мне проще встать на колени и попросить у тебя прощения за свое поганенькое поведение. Да, что я сегодня разговорился, и говорю тебе гадости. Прости меня. Честное слово, я не хотел тебя обидеть, и тем более не хотел тебя довести до слез. Ты человек, к которому у меня нет никаких претензий. Но вот так как то сложилось, что то ли по дурости, то ли судьба такая, но нам в этой жизни совместная жизнь не грозит. Давай хоть денёчки последние посидим рядом, пожалуйста.
Я слушала его ещё очень заведённая, и не понимала, почему денёчки у нас последние, что за такой форс-мажор в Димкиной жизни, что его женитьба на мне принесет мне разочарование, а не счастье. Но вот его монолог конкретно отвлёк меня от драки с ним. Поэтому он, поняв, что я задумалась, отпустил тиски своих рук, и тихо стоял рядом и гладил меня по голове. А я как не вертела в голове его слова и мысли все равно отказывалась принимать его истину. Потому что у меня была своя истина. А ещё была обида на весь мир, и обида на всех мужиков, и на Диму в том числе. Я не могла понять почему он станет предателем, если женится на мне, мне казалось, что он предатель, потому что, не женился на мне после армии.
А Дима, подождав немного, и убедившись в том, что я не буду больше на него кидаться, приобнял меня и увел в кухню. Там можно было налить мне чаю, отвлечь едой, и задать вопросы, которые его интересовали.
– Галь, ну ты что затихла то? Ты остаёшься? Сегодня ночью мы проявим пленки, завтра после работы, если хочешь, я свожу тебя на разведку туда, где должен быть твой муженёк, и ты наверняка будешь знать, вернулся он или нет. А если не вернулся, то ночью будем печатать фотографии, слышишь, как все удачно может сложиться? Ответь мне что-нибудь!
– Дима, скажи мне что такое обстоятельства непреодолимой силы. Я ничего не понимаю.
– Нет, Галя, нет и нет. Сегодня ты точно об этом не узнаешь. Я себе то это боюсь сказать. Но ты не переживай, ты все равно об этом узнаешь, рано или поздно, и скорее всего не от меня. Ну а я тебе об этом скажу только в том случае, если буду умирать у тебя на руках. Прости.
Дима был прав. Я узнаю об этих обстоятельствах через год, или через два. И не смогу понять я удивлена или ошарашена этой новостью. Но тогда, когда я сидела у Димы на кухне, знать мне об этом точно было рано. Сильно бы меня тогда разочаровали эти обстоятельства.
Как бы не хотела я абстрагироваться от злыдней, они почему-то лезут и лезут. И в прошлой жизни их было достаточно, и сегодня хватает. Дорогие новые подписчики! Обращение к вам. Я пишу то, что считаю нужным. Деньги на карту, и я напишу то, что вы хотите. Я уже давно всё всем объяснила. Вам интересно читать про детей, а мне интересно писать про мужиков. Ну вот такой я фанат гендерных отношений. И ещё больший фанат интимной близости. А детей я родила, и вырастила, и взрослые они уже. И если в те далёкие годы и случалось с ними что-то экстраординарное, я тоже об этом пишу. А ваши приказания, или как там это можно назвать, приводят к одному, к вашему бану. Детям своим указывайте, что делать. А я своим умом проживу.