Черненко Галина – Не совпадают почему то пазлы жизни у людей (страница 10)

– Я все услышала, но Дима, у меня есть своя боль, и она больнее, чем твоя. Не собираюсь я понимать никого. Меня ведь никто не понимал. Поэтому я тебя услышала, но ничего не изменилось. Я имею в виду моё отношение к тебе

– А я и не стремился поменять твое отношение, я пытался донести до тебя, что мне было не легко.

– Все? Донес? Или начнем вторую часть Марлезонского балета?

– Все, замолкаю. О, кстати, у меня для тебя хорошая новость. Тарбагана твоего я продал.

Дима достал из бардачка и положил мне на колени пачечку денег. Я, надо сказать, удивилась. Быстренько мальчик сработал. Или просто рисуется? В том смысле, что просто есть деньги, и он их отдает мне. А себе убыток возместит позже. Но пытать его я не собиралась, решил сделать меня счастливой? Делай. Все равно через пару дней это закончится. Я взяла деньги в руки и пересчитала. В кучке было пятьсот восемьдесят рублей. Это значит, что он продал двадцать две шкуры по двадцать пять рублей, и одну шкуру за тридцать. Хороший навар. Он же переживает за мое отношение к нему, как я понимаю? Для меня он заработал 166 рублей. Похвали его, Галя, он старался.

Я положила деньги в сумку, повернулась к Диме, и поцеловала его в щеку:"Спасибо, Дима". Но Димулю такой поцелуйчик не устраивал, у него ночь прошла впустую. Поэтому он притянул меня к себе, и хотел чего-то большего и прямо сейчас. Но я ему показала пальчиком на дорогу. Хоть машин в те времена ещё и не было, вернее были, но мало, заниматься в машине любовью я не любила и не люблю. Зачем? Для этого есть кровать. А если скучно в кровати, мой бывший муженек говорил, что в таком случае страсть ушла, и нужно менять партнёра. Я так не считала, но все-таки обниматься с мужиками любила дома. На любых плоских поверхностях.

Но Дима же меня очень плохо знал. Две вспышки нашей любви проходили по правилам, именно в кровати и почти безостановочно. Меня это вполне устраивало. И Дима со своими навыками меня устраивал. Ведь в этом деле что главное то? Доверять друг другу. И тогда все будет во благо и на радость. У нас так и было, пока Диму не заносило в дебри прошлого. А в данном случае, он, наверное, осознал, как бездарно испортил ночь и хотел это наверстать:"Хорошо, я смотрю на дорогу, доезжаем до дома, и поднимаемся на третий этаж с конкретной целью, ага? Без твоих коммерческих планов, и без ужина? Просто заходим, раздевается, ложимся, я соскучился"

– Димуля, это же тебе вчера захотелось эмоциональной встряски, я не горела желанием выяснять отношения. И правда, спасибо тебе за тарбагана. Честное слово, я исполню все твои желания. Только давай Насте деньги занесем сразу. Чтобы потом не отвлекаться

– Вот я так и думал, что всплывёт какая-нибудь херь. Ты просто не умеешь по другому. А что Насте деньги завтра нельзя занести?

– Дим, ну это же пять минут. Зато все, до завтрашнего утра нам никто не будет мешать.

– Ну да. Только мне ещё машину в гараж угнать надо. Машина под окнами, это мысли о машине, а не о тебе.

– Ну пару часов то она может постоять? Или нет? Если хочешь можешь гнать ее сразу.

– Нет, сразу не погоню, сделаю это тогда, когда ты мне надоешь. И деньги Насте отсчитай. Ты пойдешь хромать на третий этаж, а я унесу деньги

– Да пожалуйста неси. Только донеси до адресата.

– Это ты меня так подколола, да?

Мы остановились у Диминого подъезда. Как приказал благодетель я вышла и пошла домой к Диме. А он поставил машину так, чтобы было видно из окна, и побежал к Насте. Догнал он меня между вторым и третьим этажом. И тут я уже не имела ничего против начала сеанса любви. Тем более Дима проводил его мастерски. Ведь я тоже жалела о том, что ночь прошла бездарно до безобразия

Я, конечно, могу сказать двояко. С одной стороны, мне очень в жизни везло с мужчинами. Я, конечно, имею в виду не семейный союз, а плотскую любовь. И хотя особо талантливых, так чтобы вот прямо, лучше не бывает, было не больше пяти человек, но это же талант, большинство мальчиков, юношей и мужчин в моей жизни относились к этому процессу с ответственностью. Не так, что использовал женщину, и все. А так, чтобы не только ты понимал зачем ты с женщиной, но и женщина понимала зачем она с тобой. Сейчас мне кажется, что этот особый взгляд к процессу рождается вместе с мужчиной, а тогда я над этим не задумывалась, потому что в моменте я об этом думать не могла, а вне момента было некогда.

Но именно в те времена, ещё не имея жизненного опыта, я поняла, что такое общение между мужчиной и женщиной, это и клей для отношений, и лекарство, и элексир для тонуса. С тех пор знаете чем занимаюсь в общественном транспорте? Рассматриваю лица женщин. Если женщину обнимали прошлой ночью, и это были искренние обнимашки, она светится изнутри, вот прямо, как маяк на обрыве, освещает своим внутренним светом все. А самое главное, все у нее самой хорошо, и с партнёром, и в жизни. Жаль, что мало у нас таких женщин светлячков. Не знаю, от чего это зависит. От мужчины, который рядом, или все-таки от женщины? Потому что исследований не проводила.

А мужчины, с которыми бывала я, и Дима в том числе, вот таким примитивным способом, делали меня счастливей. Хотя бы на время вытаскивали меня из моей безысходности. Потому что тогда, обнимаясь с Димой, я понимала, что скоро появится Витя, и придется опять из женщины превратится в кухарку, посудомойку, прачку, подавальщицу, а этот процесс обмена энергией между мужчиной и женщиной, который описали и поэты, и прозаики, станет для меня иногда не исполнимой мечтой. Поэтому я валялась с Димой на кровати вдохновенно, и не ограничивая ни себя, ни его ничем. Тем более даже в той, можно сказать, ранней молодости, я понимала, что такие мужчины никогда не осудят тебя за то, что ты делаешь в постели. Это важно.

Но кроме того, что Дима так украсил наше общение после ночи прогулов, он ещё помнил, что под окном стоит машина, которую нужно угнать, что из кровати иногда нужно вылезать для того, чтобы восстанавливать силы. Поэтому он в определенный момент прекратил нашу оргию, и встал. Одевался он как в армии, 45 секунд. Потом предупредил меня, что он положил в раковину под воду размораживается мясо, и чтобы я приглядывала за этим, но он постарается вернуться минут через двадцать. А ещё, уходя, он бросил в меня воротником, который я на днях переделала, и который Татьяна Дмитриевна облагородила подкладом из саржи.

Воротник лежал в обыкновенном целофановом мешке, и так и прилетел мне на кровать. А Дима хлопнул дверью и ушел. Я вытянула шкурку из пакета, и поняла, что мы, с Татьяной Дмитриевной, когда это делали, обе были в ударе. Такая шикарная красота получилась, ни в сказке сказать, ни пером описать! А ведь я когда снимала этот воротник с лекала, даже и не заметила этого! Или голова другим была занята? Ну во-первых, я конечно смыла с него двухлетнюю, или трёхлетнюю грязь, не знаю, сколько его эксплуатировали, а во вторых придала форму, которая очень подходила шкурке из серебристой лисы. И сейчас у меня в руках струился не воротник, а целый палантин.

Но красота, красотой, но в те времена я была очень материальна. Я, конечно, восхитились результатом своего труда, но больше в тот момент я думала о том, а за сколько же продать эту красоту? И мысленно благодарила Димкину мать за то, что она дала мне продать этот воротник. Цену Я придумала не слабую, 350 рублей. И в этот момент я увидела зеркало. Обыкновенное зеркало на платяном шкафу. Как раз в мой полный рост. Смотреть на себя безногую, я не любила, но очень хотелось посмотреть на воротник. Поэтому я пару раз прыгнула, и оказалась в том месте, где можно было опереться на стену, и полюбоваться и на себя, и на воротник. Этим я и занялась.

Конечно, конечности у меня не хватало, но девочкой я была красивой, и ампутация и роды никак не повлияли на мою фигуру. Просто сделали из меня Венеру Иркутскую и всё. Поэтому мы со шкуркой дополняли друг друга. Потому что не бывает ничего красивее женского тела, слегка прикрытого мехом. И как только я не пристраивала в тот момент эту шкурку. И на плечи, и на бедра, и на живот, и на грудь. Иногда прикрывалась, иногда наоборот подчеркивала наготу. За этим занятием и застал меня Дима. А я так увлеклась, что и не слышала, как он вошёл. И в итоге я, опершись о стену в костюме Евы, крутила вокруг себя шкуру, а Дима, замерев в коридоре, наблюдал за этим процессом. Сейчас то я точно могу сказать, это было не красиво, это было просто шикарно.

Когда я заметила возвращение блудного любовника было уже поздно. То есть уже не было смысла скрываться, одеваться, строить из себя девственницу. Все, что могла в тот момент, я уже сделала. Обеспечила себе интересную и беспокойную ночь. И мне это нравилось. И я от этого не уставала. Скорее всего потому, что перспектив в семейной жизни у меня не было никаких. Значит надо было пользоваться тем, что есть. А то, что в тот момент было рядом со мной, это был совсем не худший вариант. С учётом того, что я прекрасно понимала, что все это буквально завтра закончится, а что начнется, я вполне предполагала. Все что угодно, кроме нежности в постели.

А утром мы попали на барахолку. Хотя я не хотела, чтобы мы шли вместе. Но Дима решил, что ему по фигу косые взгляды и слова осуждения. А я-то могла переживать только за одно. Меня с Димой увидит Витя. Но про Витю никакой информации не было, значит он ещё не вернулся. Если бы он был в Иркутске, уже бы давно кто-нибудь настучал. С самого начала Димуля сказал, что воротник будет продавать он, и чтобы я ему просто не мешала. Но я же его предупредила о том, что через пару дней явится его маман, и ей бы желательно уже отдать готовые деньги. А ещё я ему сказала, что, если цена будет 350 рублей, мне хватит выше крыши. Но, как я поняла позже, Диме до фонаря было то, что я говорила.