Черненко Галина – Не моя моя жизнь (страница 16)

Все просто. Он пошел курить, я почувствовала запах дыма. А потом он пошел чистить зубы. Очень приятно, честное слово. Во-первых, ясно, что сейчас придет сюда, понятно зачем. А во-вторых, радует, что рот будет пахнуть зубной пастой, а не сигаретами "Родопи". Но со мной такое впервые. Даже Дима не обращал на это внимание. Хорошо, что курил редко. А Сережа в простыне улегся рядом и разглядывал меня. Или старался разбудить меня таким образом. Но я упорно строила из себя дурочку. Пусть проявит инициативу. Тем более, я ему ещё ночью сказала о том, что мне нравится все, что он со мной делает. Так что бояться нечего. А он и не боялся. Он думал, как все сделать красиво. Так, чтобы я не увидела его живота. Вроде взросленький, на настоящей войне был, а боится ерунды.

Но он боялся. Поэтому осторожненько, без стриптиза, перебрался ко мне под одеяло. И его волшебные руки прикоснулись к моему телу. Но я все-таки постаралась маленько побыть деревянной. Ему это не понравилось.

– Эй, просыпайся, я жду

– Чего можно ждать в такую рань?

– Смех твой услышать хочу

– Значит расскажи анекдот

– Я уже рассказываю, а ты продолжаешь спать. Открывай глаза.

Я открыла глаза. Его лицо было рядом с моим, и это нравилось. А улыбка делала это лицо ещё притягательной для меня. Я обхватила его за шею, развернулась к нему и постаралась прижаться всем телом. Интересно, я почувствую кожей его шрам? Нет. Зато он сразу отреагировал на мои движения. Утро начиналось чудесно.

Утром меня усиленно трясли за плечо, а я упорно не хотела просыпаться. Ну успею я все! А здесь так тихо, и никто меня здесь не найдет! Потому что я сама не знаю, где я.

– Галя, просыпайся. Ты же хотела перевезти детей и вещи. Вставай, я помогу.

– Сережа, я сейчас, ещё немного посплю, и сама все сделаю.

– Галя, поспишь потом, когда не надо будет думать о делах

– Ну скажи мне, тебя то как это волнует? Я машину поймаю, и привезу все

– Зачем деньги платить, вещи я могу перевезти, а детей на автобусе привезёшь.

– Скажи мне, на чем ты полезешь вещи? И зачем тебе чужие проблемы?

– Если ты хорошо их сложишь эти вещи, их можно увезти на мотоцикле

– На Серегином? Так он же на нем на работу ездит?

– Нет, Галя, на своем, вставай.

Экономия пяти рублей мне нравилась, поэтому я проснулась. Синицын уже был одет в парадную форму, как вчера. И ясно почему. Живот свой не хотел показывать. И я тоже ничего не хотела показывать, поэтому быстро выгнала его из флигеля, оделась и пошла писать и умываться. В этот момент мне подали зубную щётку, новую. Прямо, как в лучших домах. А когда я вышла, на столе уже стоял приличный завтрак с блинчиками и омлетом. Я прямо в шоке была. Это же надо какой талант. И в постели герой, и кулинар приличный. Правда на пузе какая-то дырка, но для мужика это не страшно. Я посмотрела на него удивлённым взглядом и села за стол. Он правильно перевел мой взгляд.

– Не, не придумывай. Это не я, это моя бабушка хозяйка меня кормит

– По договоренности?

– Ну, конечно. Я продукты, конечно, покупаю, а она готовит

– Ты хорошо пристроился

– Да, согласен. Будет ещё обед и ужин

– А я теперь готовлю для Людки. Ужин. Тоже кухаркой пристроилась

– Я тебе помогу

– Зачем? Я сама справлюсь

– Затем, чтобы ты днём отдохнула, а ночью я тебя жду в гости, придёшь?

– Давай до вечера доживём. Дел у меня по горло. Я не знаю, что ночью будет.

– А я тебе предлагаю свою помощь

– Шустрый ты товарищ. А ты не работаешь, что ли?

– Работаю, но не каждый день

– Это как ?

– Галя, зачем тебе это знать? Мы едем за детьми и всем остальным?

– Поехали.

Серёга был очень продуманный и все у нас получилось быстро. Он увез вещи, а я привезла детей на автобусе. Пока дети удивлённо изучали новое место жительства и знакомились с собакой, которую звали Валет, я убрала вчерашний срач, помыла посуду и полы, и начала готовить еду. По еде я была большой спец. Потому что, тренировал меня главный обжора этого города. В общем, справилась я со всем этим не то, чтобы моментально, но быстро. Детей накормила, приготовила им место, где они будут спать. И ограничив их в перемещении, решила прилечь. Я устала от вчерашнего банкета и бессонной ночи. Серёга меня вообще не тревожил. От помощи я отказалась. Вещи мои он принес, и больше не приходил.

А я очень удачненько заснула. А проснулась я от радостного крика Людмилы, которая уже вернулась с работы

– Господи! Счастье то какое! Чистота, благодать, ужин готов, ничего делать не надо!

– Я очень рада, что тебе нравится!

– А кому не понравится то? Слушай, а если мы воды принесем, поможешь постирать?

– На руках?

– Зачем? Машинка в сенях стоит

– Тогда постираю конечно.

– Ой, спасибо! Живи дорогая сколько хочешь!

– Только в огород не пойду, хоть расстреляй.

–И не надо. Там я сама справлюсь.

Потом приехал Людкин Серёга с работы, потом мы все ужинали, и я все время ждала, когда придет Синицын. А он не шел. Плакать по этому поводу я не собиралась. Нет и не надо. Спасибо, что помог. Потом мы вложили спать детей, а потом сели покурить во дворе. Спать пошли по расписанию. Ребятам завтра на работу. Вот в этот момент меня и окликнули из-за забора.

– Гал, ты же придёшь?

– Сережа, там же дети мои

– Людка присмотрит. Они же у тебя ночью не просыпаются?

– Нет

– Ну так предупреди подругу. Они уйдут утром, ты придёшь.

Люда действительно ничего не имела против. В молодости мы готовы помогать всему миру. И всем тем, кто рядом. Так у нас с Серёгой началась какая-то загадочная личная жизнь. Он был замечательный любовник, и всегда был готов помочь. А я боялась с ним сблизится, потому что раны после Димы ещё кровоточили. Он тоже не лез ко мне в душу. Наверное, была для этого причина. Но зацеловывали мы друг друга до обморока. А утром расставались как чужие

Интересная у меня в то время сложилась жизнь. Утро, день и вечер я посвящала детям и быту своей подруги. А поздно ночью уходила к Синицыну. Но очень боялась перейти какую-то черту и спросить у него, откуда дыра то в животе. Наверное, потому что боялась повторить опыт, который был с Димой. А он наивный верил, что я, каждую ночь, лёжа с ним в кровати, не заметила, что у него есть дефекты. Наверное, ему хотелось в это верить. Я не мешала. Любопытство то я свое успокоила в первую ночь, поэтому мне все было ясно и вроде понятно. Люда рассказала про Афганистан, я увидела то, что увидела, пазлы сошлись, мы друг друга устраивали. Телами мы дружили, а души держали закрытыми. У него, наверное, тоже была причина не сближаться.

Но он стабильно, примерно раз в неделю покупал какие-нибудь вкусняшки моим детям, и что-нибудь мне. Какой-нибудь неожиданный сюрприз. Именно для удивления. То домашние тапочки, именно для того, чтобы ходить по его флигелю, то часы. Если я носила всю жизнь часы на руке, он дарил мне часы кулон, и часы перстень. Мне реально было не понятно, зачем. Я спрашивала его об этом, а он отвечал: "Для удивления. Никто же кроме меня такого не сделает. Значит запомнишь меня". Зачем ему было нужно, чтобы я его запомнила? Но я запомнила. А ещё он возмещал Люде убытки, которые наносили мои дети. То кружку разобьют, то ее губную помаду друг на друга измажут, то пудрой собаку посыпят. Они изводили добро, а Серёга возмещал.

А мне было интересно очень, где он работает. Потому что было видно, что деньги у него есть, и ему их не жалко, но первую неделю знакомства я вообще не видела, что он ходил на работу. А потом раз, и исчез на десять дней, без предупреждения. Причем сначала мне о его возвращении сказала Люда, и только через сутки после ее сообщения он дал о себе знать о себе. Я даже успела подумать о том, что наши взаимоприятные ночи закончились. Но я была готова к такому развороту событий. Закончились, так закончились, значит так надо. Но он пришел вечером к ужину. С бутылкой, естественно, и парусиновым мешком кедровых орехов. И орехов, и шишек было достаточно. У моих детей на три дня наступил праздник, а я каждый вечер отмывала их от смолы.

Ну и когда меня пригласили в гости, а я пришла, я все-таки поинтересовалась:"Ты лесник что ли? Шишки где-то добыл!"

– Не, я не лесник. Я даже рядом с ними не лежал, но работа моя иногда заканчивается или начинается в лесах

– Это как?

– Лес я вожу из всяких разных мест, и с делян и с просек промышленных.

– А промышленные просеки, это что?

– Это просеки, которые рубят под ЛЭП, и другие объекты народного хозяйства.

– И куда ты его возишь?

– В основном, на лесопилки, но бывает и на ЛПК. Смотря где эта просека. Вот такая у меня работа

– А почему не каждый день?