ЧБУ – Президент планеты (страница 38)

– Не двигаться, – произнёс испанец. – Ещё шаг, и я стреляю.

– Она не выстрелит, – произнёс Редж, указывая на излучатель. – Не сейчас.

Не веря его слову, испанец нажал на курок. Лилия пригнулась и приготовилась уползать из магазина на четвереньках, но ничего не произошло. Она не услышала ни звуков лопающейся плоти, ни шипения испаряющейся жидкости. Винтовка испанца не сработала. Лилия приподняла голову и посмотрела поверх витрины. Глаза у испанца округлились. Он черпал уверенность из своего оружия, а теперь, когда оно отказало, он лишился всей своей силы.

– Пожалуйста, – произнёс он слабым голосом. – Не надо ничего делать. Я ни в чём не виноват.

– Виноват, и ещё как, – ответил Редж. – Ты зажарил моего парня, и если я не отвечу тебе, меня перестанут бояться. А страх в моём деле – очень важная вещь.

Через минуту Вадим вывел женщину лет пятидесяти, не такую загорелую, как её муж, даже не смуглую. Она носила лёгкое платье до пола и бирюзовую шаль на плечах. Женщина не была испанкой, её светлые волосы и широкое, квадратное лицо выдавало уроженку Северной Европы. Несмотря на окруживших её людей, она держалась гордо. Под обоими глазами у неё виднелись появляющиеся синяки, скулы казались немного опухшими.

– Посмотрите на её лицо, – сказал испанец. – Ваш верзила чуть не сломал ей нос. Если бы я не выхватил винтовку, он бы голову ей открутил. Мне пришлось в него выстрелить. Какой нормальный мужчина не заступился бы за любимую женщину?

– Мы всё понимаем, – заверил его Редж. – Ты поступил как настоящий мужчина, никто не упрекает тебя в этом. У меня у самого была жена, и я готов был убить за неё. Хотел бы я сказать, что она умерла по естественным причинам, но это не так. Сейчас надо быть везунчиком, чтобы уйти из этого мира самостоятельно. Это всё равно что выиграть в джекпот. Я уважаю тебя за то, что ты защищал свою жену. Все мои люди тебя уважают. Но мы не можем оставить этого так. Я не могу допустить, чтобы пошёл слух, будто моего человека можно убить совершенно безнаказанно.

– Я готов сделать что угодно. Просите чего хотите. Я готов отрезать ухо в знак принятия поражения.

В подтверждение своих слов испанец выхватил из-за стола короткий нож, годящийся разве только для нарезки масла. Его отчаяние до слёз тронуло Лилию, её сердце сжалось и, казалось, совсем перестало биться. Она решила вступиться за этого человека.

– Редж, – произнесла она, – давай оставим его в покое.

Двое из четырёх бугаёв кивнули в знак согласия с этим предложением. Каждому из них было жалко Гранта, умершего тяжёлой и бесславной смертью, но никто не хотел причинять бессмысленный вред ещё одному человеку. Редж повернулся ко всем и с грустью покачал головой.

– Нельзя, – прошептал он, а затем продолжил: – К сожалению, уха нам недостаточно. Нам нужна твоя жена, амиго.

– Что? – переспросил испанец.

– Твоя жена, – повторил Редж. – Она поедет с нами.

– Зачем?

– Затем, что ты и твой магазин находятся под защитой. Мы не сможем тебе навредить. А вот твоей жене – запросто. И не надо делать вид, что мы изверги. Пришли к тебе, порядочному человеку, и хотим крови. Я честный бизнесмен и никому не желаю зла. Однако ты повёл себя не как деловой человек, тебе стоило сфокусировать свой излучатель и выстрелить Гранту по ногам. Или купить менее смертоносное оружие. Но ты убил его, и теперь настало время отвечать за поступки. Это не моё желание, такова воля высшей справедливости.

– Я никуда с вами не поеду, – ответила жена испанца, она неважно владела английским. Из-за акцента её слова трудно было понять. – Если хотите что-то сделать, делайте это здесь, и пусть все узнают, какие вы трусы.

Отчаяние на лице испанца сменилось решимостью. Крохотный нож, которым он собирался отрезать себе ухо, теперь смотрел в их сторону. Это выглядело особенно нелепо, потому что у ножа был закруглённый конец – он скорее согнулся бы пополам, чем вошёл бы в тело человека.

– Вы никуда её не заберёте, – подтвердил он. – Она останется здесь. Только попробуйте прикоснуться к ней – и прольётся кровь. Моя или ваша, неважно. Её будет много.

– Редж, – произнёс Вадим очень тихо, чтобы только Редж его услышал, – уха достаточно. Давай не будем трогать эту женщину, мне её жалко.

– Я готова оплатить их вину деньгами, – сказала Лилия. – Назови цену, и я покрою все неудобства.

– Думаете, я хочу трогать её? – спросил Редж своих людей. – Я похож на садиста? Почему никто из вас не может понять, что есть вещи, которые необходимо сделать, несмотря на внутреннее сопротивление. Ты, – он указал на парня в шортах, – возьми женщину и отведи в фургон.

Испанец вышел вперёд и перегородил им дорогу. Его жена убежала в подсобку и заперлась там на ключ. Всё происходящее казалось сном, не такое представляла себе Лилия, когда отправлялась на это задание. Ей казалось, они приедут и запугают испанца, может быть, слегка погромят комнату. Привяжут к стулу и сделают вид, что разрежут его на куски, но потом обязательно отпустят. Она даже представить не могла, что Редж захочет похитить женщину. Это было самой большой подлостью с его стороны. Если так действуют преступные группировки, то их не должно существовать в мире. Сама себе она напоминала будду, выбравшегося за пределы дворца и осознавшего, сколько грязи происходит вокруг.

Несколько человек схватили испанца и повалили его наземь. Ещё один выбил плечом дверь подсобки, дерево хрустнуло, и в его середине появилась дыра. Лилия отвернулась, не в силах больше на это смотреть. Такое насилие казалось ей бессмысленным. Она видела, как редкие прохожие на улице смотрят в их сторону, но никто из них не подошёл ближе, посмотреть, что происходит. Никто даже не достал телефон, чтобы позвонить в полицию.

Телевизор продолжал рассказ новостей спорта о футболе. Австрия в очередной раз обыграла Данию, а тренер французского клуба «Тулуза» был уволен за некомпетентность. По сравнению с тем, что происходило здесь, в магазине, футбол казался Лилии несерьёзной вещью.

Мимо неё вывели плачущую жену испанца и усадили в фургон. Редж прикоснулся к плечу Лилии и вывел следом. У неё опять закружилась голова, Лилия готова была потерять сознание.

– Не надо, пожалуйста, – стонал испанец на полу.

Лилия села между двумя парнями прямо напротив женщины. Машина медленно ехала по пустой дороге без какого-то конкретного направления. Автопилот взял курс на обзорную экскурсию.

Они проезжали мимо огромных небоскрёбов с сияющими огнями, со всех сторон на них смотрели изображения рекламных роликов и трёхмерные головы голограмм. Десятки человек на улицах, в татуировках с ног до головы, провожали их взглядами.

– Что мы будем с ней делать, Редж? – спросил самый мелкий из присутствующих верзил, но Редж ему не ответил. – Что мы будем с ней делать? Пожалуйста, ответь, что мы будем с ней делать. Я не хочу ей вредить, она же неплохая женщина и ничего нам не сделала. Отрезанного уха было бы достаточно, не надо похищать его жену. Моей маме столько же лет, сколько ей. Я бы не хотел, чтобы кто-нибудь навредил моей матери.

– Да, Редж, скажи сразу, что ты собрался делать, – повторил вопрос Вадим. – Мы её повозим по городу и отпустим, верно? Испанец так наделает в штаны, что это будет ему уроком на всю жизнь. Он думает, что мы похитили его жену и собираемся оставить её в пустыне на съедение птицам. Поехали перекусим в ресторане, а затем вернём её обратно. Он поймёт этот урок.

– С вами всё будет в порядке, – шептала женщине Лилия. – Не переживайте, мы покатаем вас и вернём обратно. Как вас зовут?

– Майа, – ответила женщина едва слышно. Она плакала, закрыв лицо руками.

– Не надо плакать, Майа, всё будет хорошо.

Краем глаза Лилия видела, как Редж недовольно смотрит на эту сцену, но остановиться не могла. Ей нужно было утешить женщину. Она казалась разбитой.

– Расскажите, как вы познакомились с мужем.

– В университете, – ответила она, по-прежнему сжимая лицо руками.

– Вы учились в одной группе? Сидели на соседних местах? Это так романтично.

– Нет, – возразила Майа. – Он учился на два курса старше и на другой специальности. Он узнал, что я из обеспеченной семьи, поэтому по ночам он взламывал замок моей комнаты в общежитии, чтобы прокрасться к холодильнику и украсть еды. А я специально оставляла там побольше, чтобы он брал самое вкусное.

– Не переживайте, скоро мы отвезём вас домой.

Остальные тоже пытались поддержать женщину. Парень в шортах взял женщину за руку, а гигант похлопывал её по спине. Это не помогало, она продолжала плакать всё больше.

– Зена, останови в переулке слева, – произнёс Редж. – Далеко не заезжай.

Фургон остановился в тени между домами, сюда едва проникал свет уличных фонарей, и только огни фар освещали это место. Вдали заворочался бездомный, встревоженный работающим двигателем.

– Все на выход, – произнёс Редж.

Снаружи было уже холодно, ветер свистел в щелях открытых окон, трепал волосы. Высоко в небе висела луна, крест-накрест пересечённая чёрными линиями построек. Лилия вышла самой первой и помогла Майе спуститься. Четверо человек из команды выстроились маленькой группой возле машины. Никому не хотелось здесь находиться. Редж вышел самым последним, в правой руке он держал дробовик.

При виде оружия женщина заплакала ещё сильнее, теперь судороги сотрясали всё её тело.