Чарльз Мартин – Я спасу тебя от бури (страница 35)
Она улыбнулась краешком рта.
– Неужели так плохо?
– Просто ужасно. – Я снова протянул дизайнерскую оправу.
Она снова покачала головой:
– Такая штука съест больше половины моего чека на зарплату, когда я получу его.
– Я запишу это на ваш счет.
Мало-помалу она начала рассматривать более элегантные варианты. Я выбрал пару титановых оправ с прямым креплением к стеклу, так что линзы были свободными от металла. Почти прямоугольной формы, они выглядели очень привлекательно. Она посмотрелась в зеркало, и я кивнул.
– Возьми эту.
Она протянула оправу назад.
– Я не могу. Хоуп нужно купить…
Я подошел к женщине у кассовой стойки, которая слушала наш разговор, делая вид, будто скучает, и протянул ей оправу.
– Вы можете вставить прописанные линзы в этот размер?
Она улыбнулась.
– Дайте мне полчаса.
Мы с Сэм пошли во внутренний «Макдоналдс», и она купила нам по чашке кофе за мои три доллара. Она молчала, и я начал опасаться, что смутил или даже унизил ее. Когда она подняла голову, я установил визуальный контакт.
– Я дал маху? Тебе не понравилась эта оправа? Тогда можно заказать другую…
– Нет, мне очень понравилось. Просто я никогда не тратила двести долларов на очки.
– Ну, если реклама насчет титановой оправы не лжет, их можно свернуть восьмеркой, ударить кувалдой, и они восстановят прежнюю форму, что будет полезно на грузовой автостоянке.
Она с улыбкой глотнула кофе и тихо сказала:
– Спасибо.
Через полчаса из глазного центра вышла продавец и поманила нас из «Макдоналдса».
– Двести семнадцать долларов, включая гарантию от царапин и бесплатную замену разбитых линз, – сказала она.
Я повернулся к Сэм:
– Ты носишь контактные линзы?
– Да, – вмешалась женщина из глазного центра. – У нас есть линзы для нее в упаковках по десять штук. Каждую пару можно носить примерно одну неделю.
Я кивнул, и она добавила к счету контактные линзы. Сэм надела очки, все убедились в том, что они действительно идут ей, и мы вышли на улицу. Сэм слегка покачивала головой. Сначала я не понял, в чем дело, но потом осознал причину. Мы купались в лучах солнца.
– Сэм?
– Да? – Она говорила, не глядя на меня. Очки дополняли ее лицо и хорошо смотрелись.
– Я не хотел сконфузить тебя. Пожалуйста, не надо отводить взгляд.
Она посмотрела на меня и скрестила руки на груди.
– Я не знаю, как… мы уже слишком задолжали тебе. Мне понадобится несколько месяцев, чтобы расплатиться за все, а Хоуп надо…
– Сэм?
Она отвела взгляд.
– Пожалуйста, Сэм.
Она повернулась ко мне:
– Что, если я не смогу вернуть деньги?
– Я говорил тебе, что человек, которого я когда-то знал, удержал меня от того, чего я заслуживал, и дал мне то, чего я не заслуживал. Когда я сказал, что это изменило мое отношение к людям, то вовсе не шутил.
Она прищурилась и качнула головой:
– Я все равно хочу вернуть деньги.
– Хорошо, но мы собираемся на собеседование, и ты не можешь идти туда, пока смотришь в сторону. Я знаю этих женщин, и…
– Собеседование?
– Ну да. И еще…
– Что за работу ты пытаешься мне предложить?
Я рассмеялся.
– Насколько я понимаю, ты стала особенно щепетильной за последние несколько дней?
– Нет. – Она улыбнулась. – Я просто испугалась, потому что ты произнес это таким тоном, словно речь идет о чем-то теневом или незаконном… или потребует от меня того, что я не хочу делать.
Я надвинул шляпу на глаза.
– Похоже, на этот раз тебе придется довериться мне.
– У меня это плохо получается.
Я кивнул.
Тебя трудно винить в этом.
Мы вернулись в город и прошли два квартала до здания с вывеской в виде огромного персика. Салон красоты «Персик Джорджии» был единственным подобным заведением в городе. Это заведение с полным обслуживанием, где гордятся возможностью любых манипуляций с женской внешностью, а также место сплетен для избранных. Я ничего не знал о маникюре, тональных кремах и педикюре, но это не имело значения. Здесь командует Джорджия. Ей слегка за пятьдесят, и она наделена всеми женскими достоинствами в пользу больших размеров, использует губную помаду в объемах, достаточных для поддержания оборота фирмы «Ревлон», и любит всех и каждого. Поэтому все вокруг любят ее. Если подумать, это нечто вроде Марлины, только из Техаса. У нее работают четыре стилистки, мойщица волос и секретарша, которые постоянно заняты. У Джорджии есть нечто вроде монополии на местном рынке, поскольку женщины приезжают за сто миль, чтобы провести здесь три часа.
Я открыл дверь, и она сразу же закричала с другого конца помещения:
– Тайлер Стил! Ты, здоровенный красавчик! Иди сюда и поцелуй меня немедленно!
Она не столько ходит, сколько левитирует. Когда она двигается, это напоминает мне надземные скутеры, на которых ездил Люк Скайуокер из «Звездных войн». Я снял шляпу, и она поплыла мне навстречу с раскрытыми объятиями; это было нечто такое, на что отваживались немногие мужчины, заходившие в ее заведение. Кстати, каждый раз, когда я вижу ее, она красит волосы по-новому. Нынешний цвет был бордово-красным со светлыми прядями для большей выразительности. Ее щедрый слюнявый поцелуй заставил меня покраснеть. Она смерила меня взглядом.
– А ты похудел. Тебе бы не помешала стопка куриных бедрышек. Где ты был? – Она уперлась руками в бедра. – Мы только что говорили о тебе.
– Хорошее или плохое?
– Тебе пора бы знать. Итак, – она повернулась к Сэм, – кто эта милая девушка?
– Сэм Дайсон, а это Джорджия.
Джорджия поджала губы и смерила ее взглядом.
– Милочка, вам нравятся ступни?
Сэм смутилась, не зная, как ответить.
– Вы можете сделать педикюр?
Она кивнула.
– Я могу сделать почти все, если вы один раз покажете.