Чарли Ви – Развод. Уходи к другой (страница 12)

– Да подавись ты.

– Оля, тише. Давай, иди, спускайся, – торопит меня Захар.

Даже сидя в машине, когда мы едем домой, у меня трясутся руки. Плачу всю дорогу. Отворачиваюсь к стеклу, чтобы Захар не видел. Стыжусь своей слабости.

На душе так мерзко и отвратительно. Словно под моё настроение начинает накрапывать дождь. Небо затягивают серые тучи. Чувствую себя ненужной и обманутой. Шмыгаю носом, тут же перед глазами появляется клетчатый платок.

– Ну, не реви, – успокаивает меня Захар. – Если Женька и правда не изменял, значит, выясним это.

Качаю головой, и слёзы новым потоком льются из глаз.

Откуда их во мне столько?

– Я не из-за этого.

– А из-за чего?

Хочу ответить, но тугой комок из обиды и сожалений в горле, никак не хочет проваливаться вниз.

– Просто…просто я поняла, что всё было зря. Я потеряла столько времени, – вместо нормального голоса раздаётся сиплый писк. Всегда ненавидела себя за это. Мне страдать нельзя, я плакать красиво не умею, вечно губы, и нос, и брови распухают, ещё и голос становится противно тонкий.

– В смысле, Оль? В смысле потеряла?

– Мне кажется, я никогда не любила Женю, – неожиданно признаюсь Захару в том, в чём себе самой боялась признаться. – Мы просто жили вместе, иногда спали. Я это поняла, когда вещи собирала. На душе так легко стало, будто груз огромный с себя скинула.

Глава 14

– Это тебе сейчас просто больно и обидно. На самом деле я помню тебя в день свадьбы, и, когда мы встречались на общих праздниках и вечеринках, ты выглядела счастливой.

Я понимаю, что Захар просто пытается меня подбодрить, но легче мне от этого не становится. Всё так же ноет внутри.

Подъезжаем к его дому. Захар ставит машину в гараж, берёт мою сумку и заносит её в дом. Я же, словно побитая собака, плетусь за ним. И ведь понимаю, что не должна сейчас здесь находиться. Захар, по сути, мне никто, просто друг мужа. Если бы мама узнала, уже телефон бы давно оборвала, но я не хочу никому сейчас звонить. Не умею я делиться своим горем, мне легче его в одиночку переносить. А присутствие

Захара меня смущает и выбивает из равновесия.

О чём я думаю вообще. Из равновесия я выбита уже давно. Внутри полный раздрай. Я и так-то не обладала высокой самооценкой, а теперь совсем чувствую себя уродиной. Худая, костлявая, тёмные волосы, слишком бледная кожа. Грудь первого размера. Да кому такая нужна?

Я не раз видела, ещё пока жила с родителями, как смотрела на меня мама. И один раз даже слышала, как она с подругой разговаривала обо мне.

– Не знаю, что с Олей делать, ну не рожи ни кожи, вся в отца. Но он-то мужик, а она девочка. Как гадкий утёнок. Худая, нескладная вся.

Я эти слова запомнила надолго. Когда в колледже училась, боялась надевать короткие юбки, чтобы никто не увидел мои худые коленки. Вещи покупала свободные, чтобы опять же никто не видел, насколько я худая. А с Женей я действительно расцвела ,как мне часто говорили окружающие.

Как складно умели говорить продавцы элитных бутиков, когда Женя приводил меня и отдавал в руки этих продавщиц. От них я узнала, что я не худая, а изящная, а коленки у меня не острые, а стройные. И вообще, у меня модельная внешность. Я не доверяла им, но мне так приятно было купаться в этом отношении, что я просто закрывала глаза.

А сейчас все сомнения и недовольства собой вскрылись, словно нарывающая рана. Женя, однажды возвысив меня до своего уровня, столкнул меня с пьедестала, на который я так тяжело карабкалась, чтобы быть на одном уровне с ним.

Захар ставит сумку, поворачивается ко мне.

– Чем хочешь заняться?

– Не знаю, – пожимаю плечами, обнимаю себя. – Для начала вещи разберу, а там видно будет.

– Хочешь, куда-нибудь сходим?

Качаю головой.

– Может, тогда фильм посмотрим?

– Да нет. Я тут в комнате побуду. Не хочу тебе мешать. У тебя ведь и без меня своих дел хватает.

– Сегодня выходной. Я бы хотел провести остаток в общении с тобой. У меня на заднем дворе мангал есть, давно уже хотел шашлык пожарить. Поможешь?

– А чем помочь?

– Овощи нарезать. Стол накрыть. Ну же, Оля, прекращай кукситься. Не надо зацикливаться. Я никого звать не буду, только ты и я, и шашлык.

Захар улыбается, я отвожу глаза. Он слишком красивый для мужчины. Мама бы точно так про него сказала. По её мнению, мужчина должен быть чуть красивее обезьяны ,чтобы не пришлось глотать слёзы от его измен. Как раз так и случилось. Женя тоже был слишком красив для меня.

Отворачиваюсь, иду к сумке, чтобы занять руки чем-нибудь.

– У меня что-то голова болит. Извини, Захар, я сегодня не самый лучший собеседник. Лучше позови кого-нибудь. Я мешать не буду.

– Может, таблетку дать?

– Да нет. Само пройдёт.

Захар ещё стоит несколько секунд и выходит. А я выдыхаю и сажусь на кровать. Делать вообще ничего не хочется.

Сворачиваюсь клубочком, обнимаю себя. Полежу немного, потом встану и разберу одежду.

Лежу чуть-чуть, потом ещё чуть-чуть, уже час прошёл, а я всё лежу, не находя в себе сил встать.

Уснуть бы, вот только не спится мне. Мысли постоянно в квартиру возвращаются. Вспоминаю слова Жени. Но ведь не сходится. Убеждал меня, что между ними ничего не было, а Ксюша всего лишь чаем облилась. Тогда зачем он голову ей на колени положил? Неужели он считает, что я полная дура и могу принять любую правду от него, лишь бы не рушить семью.

Эти мысли кружат надо мной, словно грифы, и ждут, когда смогут полакомиться своей добычей.

Закрываю лицо руками, понимаю, что нельзя так накручивать себя.

В дверь раздаётся стук, и, не дождавшись ответа, в комнату входит Захар с шампуром и пивным бокалом.

– Раз Магомед не идёт к горе, гора сама пришла к Магомеду. Держи.

Захар протягивает мне шампур, а я от удивления и неожиданности сажусь на кровати.

– Да, Захар. Зачем? Не надо было.

– Ешь, или я буду кормить тебя руками. И пива глотни.

Мотаю головой.

– Нет, нет. Я не буду.

– Пиво не пьёшь? Ну, могу тогда вина принести.

– Что ты? Ничего не надо.

– Нет, Оль, так не пойдёт. Я беру над тобой шефство. Пока не поешь, не уйду.

– И что, ты прям здесь сидеть будешь?

– Да. Ну или есть другой вариант. Мы спускаемся вниз, идём в беседку к мангальной зоне. КУшаем, пьём пиво, смотрим на огонь и разговариваем. Как тебе?

Пытаюсь скрыть улыбку, не хочу улыбаться, но что-то мимишное в этом есть. Забота друга необыкновенно приятна.

– Ну хорошо. Пошли. Уговорил.

Глава 15

На заднем дворе очень уютно. Здесь и аккуратная беседка, увитая деревянными виноградными лозами, и мангальная зона, выложенная плиткой, на которой в мангале уютно потрескивают угли. Запах жареного на огне мяса сводит желудок судорогой. Мне в последнее время вообще ничего не хочется есть.

– Проходи, садись, – приглашает Захар.

Улыбается, а на щеках вертикальные ямочки. Никогда не обращала внимания на это.

Усаживаюсь на мягкую подушку, которая лежит на лавочке внутри беседки.

– Тебе пиво в бокал налить?