Чарли Ви – Развод. Уходи к другой (страница 11)

Женя тут же принимает вертикальное положение. Ксюша запахивает на груди халат. А я итак вижу, что он надет на голое тело.

– Оля? – смотрит на меня муж. Молчит. В такой ситуации найти веское оправдание довольно сложно.

– И тебе не противно с ней спать? – спрашиваю Женю. – Поверить не могу. Ты ведь ещё вчера мне говорил, что не веришь Ксюше и знаешь, какая она. Неужели у тебя настолько непритязательный вкус.

– Оля, а вот давай без оскорблений. Ты тоже не дева Мария. Так что помолчала бы. Обманывала всех, что девственница, а что по итогу.

– Заткнись, тварь.

Захар тянет меня за руку.

– Оль, ты хотела вещи собрать.

Позволяю себя вывести из гостиной. Но следом за мной идёт Женя.

– А ты какого хрена с моей женой ошиваешься? – муж, словно боевой петух, выпятив голую грудь, идёт на Захара.

– Успокойся, – осаждает его Захар. – Делаю то, что ты должен был сам сделать.

– А кто тебя вообще просил. Я сам со своей женой разберусь.

– Жень, лучше не нарывайся, – совершенно спокойно отвечает Захар.

Они примерно одного роста, но Захар ведёт себя так, будто в два раза выше. У него нет на лице ни страха, ни агрессии.

– Женечка, да успокойся, – тут же причитает и суетится Ксюша.

Я же кидаю в сумку вещи. Пальцы как деревянные. Внутри всё трясётся, но я держусь. Всё-таки правильно, что сегодня приехала, а так пропустила бы такую сцену. И смешно, и горько. Чувствую, если начну смеяться, тут же разревусь. Сейчас самое правильное – просто молчать и игнорировать мужа и Ксюшу.

Зато ЖЕня совсем другого мнения. Сообразив, что с Захаром лучше не связываться, он разворачивается и идёт в спальню.

– Я не разрешаю тебе уходить. Ещё и вещи с собой забирать. У тебя есть дом, вот и живи здесь, – повышает голос, я замираю на секунду, но снова продолжаю собирать вещи.

Глава 13

– Ты слышишь меня? – ещё раз окликает меня муж.

– Слышу. Но жить с тобой больше не буду, – отвечаю ему, а голос дрожит и звучит неуверенно.

– Оль, я развод не дам.

– Как это не дашь? – застываю от такой наглости. – Я ведь не твоя собственность. У меня есть свои права.

– Какие, к чёрту права? Да ты только благодаря мне вообще на бабу стала похожа. Я же для тебя эти шмотки покупал. Пашу, сука, на работе и днём, и ночью, чтобы поскорее с этой грёбаной ипотекой закончить, в отпуск тебя свозить. Мы же с тобой дом покупать собирались. Не помнишь уже?

– Больше не хочу, – голос совсем подводит, сипит охрипше. Спазм жгучим кольцом сжимает горло, когда я вспоминаю, как мы с ним планировали поскорее рассчитаться с ипотекой. И даже дома начали присматривать.

Всё разрушилось.

– Не хочешь? Из-за той переписки, что ли?

– Жень, у тебя действительно совести совсем не осталось? Я только что застала тебя с моей подругой, а ты причину спрашиваешь. У меня просто слов нет.

– Ксюша просто пришла с тобой поговорить, я чай налил, она облилась, вот я и дал ей твой халат, – Женя моментально находит что ответить.

– Так сильно облилась, что догола разделась?

– Да…

– Не хочу ничего больше слушать, – перебиваю мужа. – Я уже всё решила. Завтра подаю на развод. Не хочу слушать эти бесконечные оправдания. Всё, Женя. Всё!

– Не было между нами ничего, Оль, – Женя подходит ближе, хватает меня за руку. – Слышишь? Я тебя только люблю.

– Хватит врать! – пытаюсь выдернуть руку, но Женя крепко держит меня. – Ксюша мне всё рассказала. И про то, что у вас в постели всё отлично, и то про то, что мозг я тебе весь вынесла нытьём своим. И что на эксперименты не соглашаюсь. Поэтому, Жень, хватит уже. Если тебе хорошо с Ксюшей, так будь с ней.

Но вместо того, чтобы отпустить мою руку, Женя хватает вторую и толкает меня к стене.

– Ты вообще о чём говоришь? Какие на хрен эксперименты? Ксюша, говоришь, тебе сказала? Ну так давай спросим её.

Его руки больно сжимают мои запястья.

– Отпусти, – слезу текут по лицу.

За спиной Жени появляется Захар.

– Руки от Оли убери, – командует он и просовывает между нами руку, чтобы отодвинуть Женю.

– Это ты руки убери. Я с женой разговариваю, а ты не лезь, – рявкает он на Захара. – Ксюша, ну-ка иди сюда.

Но в комнату никто не входит.

– Ксюха! – опять зовёт её.

– Руки Олины отпусти. Ты не видишь, что больно ей делаешь, – ещё раз повторяет Захар.

Женя отпускает меня, а Захар, словно стена, встаёт между нами, лицом к моему мужу.

– Захар, какого хрена ты лезешь?

– Потому что тебе, Жень, надо сначала остыть. Как придёшь в себя, встретитесь с Олей в кафе и поговорите.

– Чё за бред! Она моя жена. Я ей не изменял. Что вы из меня урода-то делаете?

Пока Захар закрывает меня, продолжаю кидать вещи в сумку. Хоть руки и ноют, но сейчас не до этого.

– Так, ты сначала с Ксюшей разберись. Я вполне могу понять Олю.

– Да нету между нами ничего. Я ведь уже говорил.

– Ты не мне доказывай. Пусть Ксюша Оле так и скажет, что не было. Может, Оля и поверит.

– Блядь, пиздец просто, – Женя хватается за голову. – Захар, выйди из комнаты, я хочу с женой поговорить.

– Нет, не выйду. Я же сказал, потом поговорите, на нейтральной территории.

Застёгиваю молнию на сумке, закидываю на плечо.

– Я всё, – сообщаю Захару.

Иду в коридор и тут же чувствую, как меня резко дёргает назад.

– Я не пущу тебя, – Женя держит ручку сумки мёртвой хваткой. – Я не пущу. Давай поговорим... Оль, прошу. Честно, ну не было у нас с ней ничего. Не уходи.

Ещё несколько минут назад я боялась его, теперь мне его почему-то жаль. Жалко прожитые годы, пустые вечера, которые тратила на одиночество и ждала его. Жалко потерянное время.

– Женя, даже если между вами ничего не было, я не прощу то, что ты меня изнасиловал. Для меня этот поступок показал, что ты совсем не тот человек, за которого я выходила замуж.

– Из-за грубого секса? – поднимает брови. – Просто потому, что я захотел тебя на кухне? Никакого изнасилования не было. Что ты придумываешь? Специально хочешь выставить меня козлом. Типа ты святая и идеальная, а я озабоченный ублюдок. Да? Этого ты хочешь? Посмотрите-ка, нежная какая.

– Всё. Я не хочу это слушать. Отпусти сумку.

Дёргаю её на себя.

– Да пошла ты, – Женя выпускает ручку.

Я только этого и жду. Мне плевать на его слова, делаю вид, что нахожусь в прозрачном коконе, и все его слова разбиваются о невидимые стены. Обуваюсь и выхожу.

– Про квартиру забудь, – слышу в приоткрытую дверь, – и про счёт в банке тоже. Это всё моё.