Чарли Донли – Много лет назад (страница 6)
Слоан покачала головой.
– Не понимаю. Если мои биологические родители отдали меня на удочерение, зачем они дали мне имя? И зачем им регистрировать меня в округе, или как там это называется, чтобы узаконить то, что я их дочь? Это не имеет смысла, если они хотели от меня отказаться.
– В том-то и дело. Тебя не отдавали на удочерение, Слоан.
У девушки закружилась голова.
– Тогда как же я оказалась у моих приемных родителей?
Джеймс посмотрел на нее.
– Я не знаю. Но согласно генеалогическому древу Норы Марголис, – он снова указал на экран своего компьютера, – Престон, Аннабель и их двухмесячная дочь Шарлотта исчезли 4 июля 1995 года.
Слоан придвинула компьютер поближе.
– Исчезли?
– Верно.
Джеймс провел пальцем по монитору, где отображалось генеалогическое древо, созданное Норой Марголис. Слоан проследила за его пальцем, пока не увидела имена своих биологических родителей.
Престон Марголис = Аннабель Эйкерс
Шарлотта
(Семья пропала без вести, предположительно, погибла, 1995)
– Предположительно погибла? – Слоан посмотрела на Джеймса.
Джеймс кивнул:
– Престон и Аннабель Марголис вместе со своей маленькой дочерью исчезли почти тридцать лет назад. Согласно той скудной информации, которую я смог раздобыть, они до сих пор числятся пропавшими без вести. А ты их дочь.
Глава 8
Ближе к полуночи Слоан переключилась с
–
На мониторе Джеймса появилась старая обложка журнала
Заголовок гласил:
Пропали без вести
Где малышка Шарлотта и ее родители?
Слоан вернулась к своему компьютеру. Ей тоже удалось найти фотографии и статьи 1995 года.
– Не только
– Твои приемные родители никогда не упоминали при тебе об этом?
– Нет, конечно нет, – Слоан задумалась. – Когда я сказала им, что буду составлять генеалогическое древо, они меня поддержали. И даже попросили меня поделиться с ними информацией, которую я найду о своих биологических родителях. – Слоан оторвала взгляд от компьютера. – Кстати, а насколько точен этот твой анализ ДНК?
– Очень точен. Вероятность того, что ты являешься потомком семьи Марголис, составляет девяносто девять и девять десятых процента.
Они оба вернулись к своим ноутбукам.
– И не только таблоиды, – сказал Джеймс. – Эта история также попала на обложки
Джеймс повернул свой компьютер, чтобы Слоан могла видеть первые страницы газет, которые он нашел. Она придвинула его ноутбук поближе и открыла ссылку на статью в
Таинственное исчезновение семьи Марголис 7 июля 1995 г.
Слоан оторвала взгляд от компьютера.
– Этого не может быть.
– Я бы не стал сообщать тебе об этом, если бы не был абсолютно уверен. – Они оба на мгновение замолчали. – Послушай, Слоан, в моей практике бывало, что я обнаруживал в семейной истории клиентов нечто неожиданное, но то, что мы обнаружили сейчас, выходит за рамки компетенций простого специалиста по генеалогии. Думаю… Я имею в виду, что тебе нужно с кем-нибудь поговорить об этом. Думаю, тебе нужно обратиться в полицию.
– Пожалуй, я начну со своих родителей.
Стажировка и план исследовательской работы тут же отошли на второй план. Слоан была полностью поглощена тайной, связанной с судьбой ее биологических родителей, и вопросом, как малышка Шарлотта превратилась в Слоан Хастингс.
Глава 9
Она пыталась заставить себя дождаться конца рабочего дня, когда родители вернутся домой, но нервная энергия, бурлившая в ее теле, не позволяла этого сделать. Она вошла в стоматологическую клинику, улыбнулась сотрудникам за стойкой регистрации и направилась в кабинет матери. Кабинет отца находился в другой части здания: в ортодонтическом отделении был отдельный вход и своя стойка регистрации. В рюкзаке, висевшем на плече Слоан, были копии всего, что они с Джеймсом узнали прошлой ночью о Престоне и Аннабель Марголис и их маленькой дочери Шарлотте.
Слоан вынула распечатки журналов
– Милая? – удивилась Долли Хастингс, когда Слоан вошла в кабинет. На ней была ее обычная зеленая медицинская форма, а на шее висели бинокулярные лупы.
– Привет, мам.
– Что ты здесь делаешь?
– Мне нужно кое о чем поговорить с тобой и с папой.
– Прямо сейчас? У нас обоих очередь из пациентов.
– Я знаю. Я не хочу портить тебе день, но мне нужно тебе кое-что показать.
Голос Слоан звучал так настойчиво, что Долли Хастингс аккуратно закрыла дверь своего кабинета, села за стол и подняла телефонную трубку.
– Добрый день, – сказала она. – Не могли бы вы, пожалуйста, попросить доктора Хастингса зайти ко мне в кабинет? Спасибо. – Долли посмотрела на дочь. – Он сейчас подойдет.
Слоан кивнула.
– Спасибо.
Ее отец подошел буквально через минуту.