Буданов Михаил – Тот самый выбор (страница 3)

Тренировочная арена пахла иначе, чем во время матча. Не адреналином трибун и горячим попкорном, а холодным металлом, потом и концентрированной работой. Здесь не было камер, не было фанатов, не было пафоса. Только лёд, резкие команды тренера и звук коньков, режущих поверхность короткими, агрессивными дугами.

Алина пришла за пятнадцать минут до начала. Без диктофона – как он и просил. Только блокнот в сумке и телефон в беззвучном режиме. Она не собиралась быть наивной. Но и нарушать договорённость в первый же день не планировала.

Игроки выходили на лёд группами, переговариваясь, смеясь, толкая друг друга плечами. Когда появился Виктор, атмосфера едва заметно изменилась. Никто не замолчал демонстративно. Никто не отшатнулся. Но в движениях появилось напряжение – тонкое, почти неуловимое.

Он не смотрел на неё. Сразу включился в работу, как будто её здесь не существовало. Разминка, ускорения, резкие развороты, силовые. Его тело двигалось уверенно, точно, почти агрессивно. На льду он выглядел иначе, чем в комнате переговоров. Там – жёсткий, сдержанный. Здесь – быстрый, опасный, живой.

Тренер дал сигнал на отработку большинства. Пятёрки сменялись, комбинации повторялись снова и снова. Виктор играл на пределе – перехватывал, резко смещался в центр, бил по воротам так, что шайба звенела о борт. В какой-то момент защитник не успел закрыть зону, и Виктор рявкнул что-то резкое, едва не толкнув его плечом.

Тренировка остановилась.

– Лебедев, хватит! – крикнул тренер.

Он резко развернулся, сорвал шлем и швырнул его на лёд.

Алина замерла. Вот он – темперамент. Не для статьи. Для реальности. В раздевалке после паузы стало тихо. Игроки переглядывались, кто-то отвёл взгляд. Тренер говорил с Виктором жёстко, но без крика. Разговор был коротким.

Когда тренировка закончилась, лёд снова опустел. Игроки расходились по душевым. Алина стояла у выхода, делая вид, что изучает расписание на стенде, хотя на самом деле ждала его. Он вышел последним. Волосы мокрые, футболка прилипла к плечам. Увидел её – не удивился.

– Ну что, эксперт? Насмотрелась?

Она спокойно встретила его взгляд.

– Я увидела, что ты выкладываешься.

– И?

– И что ты не умеешь тормозить.

Он хмыкнул.

– Это спорт.

– Это характер.

Он сделал шаг ближе. Не угрожающе. Испытывающе.

– Ты специально провоцируешь?

– Я наблюдаю.

Он опёрся рукой о стену рядом с ней, перекрывая часть пространства.

– Ты пришла доказать, что права?

– Я пришла понять.

Его глаза на секунду потемнели.

– И что поняла?

Она задержала паузу.

– Что команда тебя боится.

Он замер. Совсем немного. Но она это заметила.

– Чушь.

– Они напрягаются, когда ты срываешься. Это видно.

Он оттолкнулся от стены и прошёл мимо, заставляя её повернуться вслед.

– Ты слишком много себе позволяешь.

– Ты сам дал мне доступ.

Он остановился в коридоре и обернулся.

– Думаешь, я это просто так сделал?

– А зачем?

Он смотрел на неё несколько секунд, будто решал, стоит ли отвечать честно.

– Потому что ты единственная, кто написал обо мне не как о герое или монстре.

Она не ожидала этого.

– А как?

– Как о проблеме.

Слова повисли в воздухе.

Алина почувствовала, как внутри что-то сдвинулось. Она готовилась к нападению, к сарказму, к холодной войне. Но не к признанию.

– Это и есть моя работа, – тихо сказала она.

Он подошёл ближе снова, но теперь между ними не было прежней агрессии.

– Тогда напиши и о другом.

– О чём?

– О том, почему я такой.

Она подняла подбородок.

– А ты расскажешь?

Он усмехнулся.

– Может быть.

В этот момент в коридоре появились двое игроков, бросив на них быстрый взгляд. Шёпот. Едва слышный, но заметный. Слухи начались быстро. Виктор это понял первым. Его лицо снова стало жёстким.

– Видишь? – сказал он тихо. – Вот так и рождаются истории.

– Мы просто разговариваем.

– В этом клубе “просто” ничего не бывает.

Он отступил на шаг, снова став холодным.

– Завтра выездной матч. Если хочешь материала – приходи.

– Ты уверен, что хочешь видеть меня там?

Он задержал на ней взгляд дольше, чем следовало.

– Уже не уверен.

И ушёл, оставив после себя ощущение недосказанности и нарастающего напряжения. Алина осталась стоять в коридоре ледового дворца, чувствуя, как внутри медленно разгорается нечто опасное. Она пришла за правдой. Но, похоже, начинала искать не только её.

Она не уехала сразу. Вместо этого поднялась на пустую трибуну тренировочной арены и села в самый верхний ряд. Лёд уже начали заливать заново – ровная серебристая поверхность медленно затягивала следы от коньков, стирала резкие линии, будто ничего и не происходило. Алина смотрела на это и думала о том, как быстро люди тоже учатся стирать следы. Срыв. Крик. Напряжение в команде. Несколько слов – и всё снова выглядит идеально.

Телефон завибрировал. Сообщение от главреда: «Ну что? Он тебя съел?» Она улыбнулась краем губ. Ответила: «Нет. Но пытался». Через минуту: «Аккуратнее. Клуб нервный». Она знала. Чувствовала это кожей.