Буданов Михаил – Тот самый выбор (страница 2)
– Тебе сколько? Двадцать пять?
– Двадцать шесть. И возраст не отменяет факты.
Он тихо выдохнул.
– Факты – это счёт на табло.
– Счёт на табло был против вас после твоего удаления.
Тишина. Густая, тяжёлая. Он резко отвернулся, провёл рукой по волосам, потом снова посмотрел на неё.
– Ты хоть представляешь, что происходит в раздевалке, когда выходит такая статья?
– Представляю.
– Нет, не представляешь.
Он приблизился ещё. Её спина почти коснулась стены. Она могла бы отойти в сторону. Но не сделала этого.
– Тренер читает. Команда читает. Спонсоры читают. И каждый начинает смотреть иначе.
– Если одна статья способна разрушить команду, значит, проблема не в статье.
Его губы чуть дрогнули. Это была не улыбка – скорее признание, что она не отступает.
– Ты очень уверена в себе.
– Я уверена в тексте.
Он вдруг опустил голос.
– Ты не понимаешь, во что влезла.
– Тогда объясни.
Он замолчал. На долю секунды в его взгляде мелькнуло что-то другое – не злость. Усталость.
– В раздевалке есть напряжение, – произнёс он медленно. – Есть игроки, которые ждут повода. Твоя статья – идеальный повод.
– Значит, дело не во мне.
– Теперь – в тебе тоже.
Её сердце ударило чуть быстрее. Не от страха. От того, что конфликт переставал быть теоретическим.
– Ты хочешь, чтобы я извинилась?
– Я хочу, чтобы ты перестала играть в эксперта.
– Я не играю.
Он усмехнулся.
– Тогда докажи.
Она приподняла бровь.
– Как?
– Напиши обо мне снова. Но после того, как увидишь, что происходит за кулисами.
Она прищурилась.
– Ты предлагаешь мне доступ?
– Я предлагаю тебе шанс понять, о чём ты судишь.
Это было неожиданно. Она ожидала угроз, давления, требования удалить материал. Но не приглашения.
– И в чём подвох?
– В том, что ты будешь обязана написать правду.
– Я всегда пишу правду.
Он посмотрел на неё так, будто сомневался.
– Тогда приходи на тренировку завтра. Без диктофона. Без публикации в реальном времени. Смотри.
– И потом?
– Потом решишь, ошиблась ты или нет.
Слово «ошиблась» прозвучало медленно, почти намеренно. Алина почувствовала, как внутри вспыхивает азарт. Это уже было не просто интервью. Это был вызов.
– Хорошо.
Он на секунду замер, будто не ожидал, что она согласится так быстро.
– Хорошо?
– Я приду.
Он выпрямился, отступил на шаг, будто пространство между ними снова стало безопасным.
– И ещё одно.
– Что?
Его взгляд стал серьёзным, почти жёстким.
– Если ты ищешь сенсацию – ты её получишь. Но не факт, что она тебе понравится.
– Я не боюсь правды.
Он сделал паузу.
– А зря.
Она развернулась к двери. Уже взялась за ручку, когда услышала его голос снова, ниже, чем раньше.
– Миронова.
Она обернулась.
– Да?
Он смотрел прямо на неё. Без злости. Без бравады.
– В следующий раз не называй меня балластом.
– Тогда не будь им.
И прежде чем он успел ответить, она вышла из комнаты, оставив за спиной запах льда и напряжение, которое не исчезло, а только начало расти. В коридоре ледового дворца её дыхание стало глубже. Она шла быстро, будто убегала – хотя на самом деле шла навстречу чему-то новому.
Завтра тренировка. Доступ за кулисы. И впервые за долгое время она почувствовала не просто профессиональный интерес. Она почувствовала игру. И, похоже, правила в ней будут совсем другими.