Броня Сопилка – След Чайки (страница 7)

И до сих пор не обращал внимания на его подозрительную самостоятельность, привыкнув к нему, к тому, что рядом с ним есть дикая и своенравная кошка-молния, на фоне которой он просто образец послушания. К тому, что повинуется он не только мне.

Вот только… управляет ли им сама Мурхе?

Управляет ли она своим собственным Даром?..

Кто не хотел запирать Дар пауком? Неужели Лина?

Кто тогда скомандовал взломать щит, наброшенный на нас ректором? Я? Или она?

Кто создал щит, которым Лина пугала Ворона тогда, в таверне? Ведь это было совершенно новое плетение, основанное на том, чего Лине никто не преподавал, хотя знал я. Вот только я тогда вообще не думал о щитах, тем более о плетении, которое совместила с солидой Мурхе. Или всё-таки думал?

В конце концов, кто надоумил многоножку ректора впустить Дайра, чтобы освободить ребёнка и сорвать такой ценный эксперимент её хозяина?! Неужели сам дедуля этого хотел?

Дай-Ру сказала, что что без его желания Дар этого не сделал бы, но так ли это?

И вот сейчас с этим светляком, с этой спонтанной смесью энергий… Что это было – невысказанная идея занозы? Или личная инициатива Хранителей.

Кто они? Независимые существа? Или часть нашей души, часть нас?

Если верить Ники с её теорией о творении миров и битых отражениях творца, то они вообще не могут быть самостоятельными. Хотя… если так думать, то и души без дара разумом обладать не должны.

Так что же такое Дар?

Так кто же такие Хранители? На что способны? Разумны ли?

В некоторых мифах они обладают великими знаниями и являются посланниками богов или даже самого творца, его Даром нам. Кстати, именно так и называют его Заветы Семерки: Дар Богов. Божественный Дар. Но чтобы не возникло разночтений между собственным Даром Богов – несомненно, Божественным, – у обычных магов он называется просто Даром. Именно, как подарок Богов людям, он наследуется по крови аристократов, или проявляется в потомках Безымянного среди простолюдинов.

Но так ли это, в самом деле?

Или Дар… хранитель… талант есть у каждой души? Нужно лишь осознать, призвать?

Мурхе не отвечала на мои мысли, может и не слышала вовсе.

Она вместе с неугомонной парочкой, сейчас притихшей, серьезно внимала Ники и Владу. После того, как они заставили нас зазубрить ид нашего мира, они приступили к лекции об абсолютных щитах. Тех самых, без которых в другой мир – ни ногой. И до глубокой ночи Мурхе училась создавать абсолютный щит, постепенно его утончая, чтобы выяснить состояние и, в частности, агрессивность окружающей среды. Ибо из него при максимальной плотности – даже ид нельзя определить.

Абсолютный щит, или сокращенно «абса», оттого и абсолютный, что совершенно непроницаем для света, и вообще каких бы то ни было энергий, невидимых частиц или даже волн. Снаружи щит и укрытый им маг невидим или почти невидим. Внутри абсы – он слеп, глух и рискует погибнуть от удушья через два-три часа в зависимости от изначального объема защитной сферы и собственной активности мага.

– Хотя по правилам ТэБэ время пребывания в абсе не должно превышать получаса, – сообщила Ники, постепенно проявившись после первой демонстрации щита.

Зорхир, самый тихий из вольных слушателей, на эти слова скептически хмыкнул:

– Можно подумать, нормальный маг не сумеет перегнать углекислый газ в кислород при необходимости.

– Сможет, – Ворон смерил умника одобрительным взглядом, но усмехнулся затем отнюдь не добро, поясняя: – Только рассчитывать на это не советую. Там, где нет воздуха, утончение абсы приведет к неким потерям не только кислорода, но и всех остальных газов, наполняющих рабочую сферу. А создать кислород из ничего гораздо сложнее, не находишь?

Мальчишка сник и нахохлился, но нервно подрагивал периодически, словно желая возразить. Влад с интересом смотрел на него, точно возражений ожидая. Но так и не дождался, и добил:

– И не забывай, поддержка абсы требует больших затрат энергии. И пополнить её, когда ты внутри, невозможно. А в некоторых мирах – невозможно даже вне абсы: если мир «голодный». Это здесь у вас – вольная сила гуляет по миру дикими ветрами, хоть летай на них, а резерв при хорошем Даре восполняется за час-другой. В мире Лины же на восстановление пойдет неделя медитаций, и то, когда ничего не тратить.

Закончив поучение, Влад ещё немного посверлил взглядом Зорхира, но тот так и не решился возражать или задавать каверзные вопросы – слишком уж боялся снова попасть впросак.

***

– Что ж, – кажется, Ворон остался недоволен нерешительностью водника. – Тогда начнем. Лина, готова попробовать?

– Да, – Мурхе поднялась, отходя в сторону от импровизированного стола.

– Фил, – Ники посмотрела мне в глаза: – Пусть она сделает это сама.

Я недовольно шевельнул усами и спрыгнул на место, где мы только что сидели.

Мира протянула руку, предлагая забраться на неё. Чтобы не обижать ребёнка, я взобрался на широкий рукав. Хотя отношение её, как к забавному зверьку, меня немного покоробило. Вон, даже Зорхир бросает на меня взгляды вроде тех, какими награждал своего препода, когда маленькая Глиннтиан сбегала от свиданий с ним ко мне. Йож вёл себя, как с человеком (ну, почти), ещё в Кавачае, до того, как все выяснили, кто я на самом деле, а Дай Руан и сама была странным существом, и это я теперь не знал, как на неё смотреть. Будь она знакомым монстром, или даже пушистой лисой, взобрался бы ей на холку, как обычно, а так…

Мурхе тем временем готовилась к испытанию, у ног её вился Лисс, Тан, прикинувшись котёночком, сидела на плече вместо меня, Ники, держа за руку, негромко повторяла нюансы.

А затем они все исчезли, и у меня перехватило дыхание…

Когда-то я страдал без Дара, но тогда я не знал, чего мне не хватает. Теперь же, когда он в одно мгновение скрылся за непроницаемой стеной, казалось, сердце вырвали из груди, а на месте его гуляют ледяные сквозняки.

Постепенно гадкое ощущение сошло на нет – по мере того, как истаяла абса, являя Мурхе и страхующую её Ники. Заноза была бледновата, но глаза в свете волшебного светильника, как ни странно, непогасшего в отсутствие заклинателя, сияли как звезды, а улыбка была широкой и искренней. Слегка померкла она при взгляде на меня, валяющегося без сил на плече эфирщицы. От сочувствия ли, или от ревности – всё равно приятно.

Они исчезали ещё несколько раз, но теперь я был готов и выносил временную потерю Дара стоически.

А затем пришла моя очередь.

Но…

Без Мурхе у меня ничего не получилось.

Верней, сам щит-то я создал, причем по размеру на меня и Ники, которая страховала и меня. Лисс подчинился, как положено, но внутрь абсы он не попал. Щит отрезал меня от Дара, а ощущение потери нахлынуло ледяной волной.

Гшивров пузырь лопнул сразу же после сотворения, и это было хорошо, – я и так успел испытать всю гамму жути. И, увы, хвастаться мне было нечем. Все волосы, точнее, вся шерсть – дыбом, горло – пересохло, слезящиеся глаза – навыкате.

Убогое зрелище.

Зорхир, скотина, ухмылялся. Ворон тоже. Ненавижу!

Даже думать не хочу, что было бы со мной, не развались фиксова абса мгновенно.

Впрочем, вскоре я реабилитировался – с плеча занозы я вполне сносно управился со щитом сразу на двух людей и одного хомяка. Или на четыре души. Да, ощущения внутри сферы были неприятными: тьма и тишина давили на сознание, но тепла шеи Мурхе, звука тока её крови в артерии мне хватило, чтобы не обращать внимания на мелкие неудобства.

Постепенно истончая стенки пузыря, я слушал наставления Ники.

– Если прыжок безадресный, первым делом снимаются показания с мирометра – уменьшения плотности щита на одну тысячную для этого достаточно, – мирометр осветил тесную сферу с непроницаемо черными стенками. – Дальше учитываются скорость потери или обретения абсой энергий и веществ. На трех-десяти процентах «просвета» уже можно узнать всё об окружающей среде и снимать щит полностью, или прыгать дальше, но учись истончать абсу плавно до полного «просвета». Для тренировки.

К полуночи мы уже научились ставить щит мгновенно и по первому сигналу, истончать с разной скоростью и снимать полностью в любой момент. Всё, как и хотел дедуля, – можно было отправляться спать. Но, хоть Ники и обещала, что для вольных слушателей экзамена не будет, Влад всё-таки предложил желающим испытать себя.

Дай Руан сразу отказалась.

Я так и не понял, потому ли, что не хотела тревожить спящую мелкую, или потому, что вообще не интересовалась темой. Лиса-оборотень с ухода деда почти ничего не сказала, лишь отрешенно играла с малышкой, пока та ещё не спала, и ловила лишнюю энергию наших заклинаний. При взгляде на щит-абсу она немного оживилась, облапила его хвостами и нервно отдёрнула. А затем уверенно сообщила:

– Такая же скорлупа, в какой мы с Юмэ провели века после смерти былого мира, – потом смутилась и добавила тише: – Мне так кажется…

Больше Дай-Ру к щитам не прикасалась и посматривала на них, опасливо щурясь, и на предложение Ворона лишь выставила ладошки вперёд в жесте: «спасибо, нет».

Зато Мира прошла этот экзамен с легкостью, точно всю жизнь только тем и занималась, что абсы наводила.

Йож пробовать свои силы не рвался и честно предупреждал, что будет косячить, но вроде справился, хотя его сфера истончалась рваными рывками, смутно просвечивая скрывающихся внутри магов.