Бронислава Вонсович – Яблоки преткновения (страница 23)

Горничная тут же с готовностью подошла. Её рабочий день подзатянулся, и она явно планировала наконец отдохнуть, даже если гостя придётся силком перемещать в отведённую ему комнату.

– И зубную щётку я вам новенькую распаковала, – заворковала она, словно обычно мы гостям подсовываем уже бывшие в употреблении. – И полотенце приготовила самое белое и пушистое. Инор Болдуин, увидите, как вам хорошо будет тут спаться. Ещё не захотите от нас уезжать.

Воспользовавшись замешательством родственника, я пожелала ему спокойной ночи и улизнула к себе. Окно моей спальни выходило в сад, но смотреть там было нечего: ночь укутала всё, и из её покрывала только кое-где пробивались белые островки цветущих яблонь. Было их не слишком много, зато они выделялись сразу, при желании можно было бы даже пересчитать, сколько у нас сейчас деревьев в цвету. Но желания не было. Я набросила шаль, устроилась на подоконнике и начала обдумывать, как вывести на чистую воду леди Галлахер. А ещё Майлза. Положим, второго я могу прямо спросить и пусть только попробует не ответить. Но что делать с дамой с кафедры растений? Не устраиваться же к ней на подработку, в самом деле. Вдруг её желание отомстить моему отцу распространится и на меня? Но проследить за ней всё же следовало бы. А ещё подслушать их разговоры с инором Брауном, наверняка они обсуждают дальнейшие коварные планы. Говорят, что в Сыске используют для этого специальные артефакты. Вот бы достать такой…

Я крутила и так и этак, по всему выходило, что взять такой артефакт неоткуда. В свободной продаже их не было, в аренду их точно никто не даст, да и в самом Сыске они редкость. Разве что сделать самостоятельно? Я схватила листок и начала прикидывать нужную схему. Пока выходило слишком громоздко, но если подумать, наверняка можно пару блоков сократить.

И тут я заметила промелькнувшую между яблонь тень. Вот она, удача. Уверенность, что сейчас поймаю леди Галлахер, придала ускорения, и в сад я вылетела пульсаром, неотвратимо несущемся к выбранной цели. Но только там, где я рассчитывала найти преступницу, обнаружила Рассела.

– Что вы тут делаете? – возмутилась я.

– Решил посмотреть, где могла пробраться подкинутая яблоня, – ответил он. – У вас в одном месте ограды нарушены защитные заклинания. Довольно сильно нарушены, надо признать.

– Не может быть! – недоверчиво сказала я. – Папа всегда внимательно следит за этим, да и я проверяла перед отъездом. Ладно кошка заберётся, а если кто покрупнее?

– И тем не менее, – он поманил меня за собой вглубь тёмного сада. – Вот смотрите. Яблоню пропихнули здесь.

Защита действительно оказалась не в порядке, несколько заклинаний попросту разрушены, другие повреждены в такой степени, что тоже не могли больше выполнять свою функцию. Но защита нарушалась у нас не впервые, регулярно приходилось обновлять на разных участках. И если Рассел ориентировался только на порванную защиту и магический фон в округе, то вероятность ошибки оказывалась велика.

– Почему вы уверены, что здесь, Рассел? Подозреваю, что у нас пустой магический фон по всему саду.

– А вы на дорожку посмотрите, – указал он и даже подсветил, чтобы мне было удобнее. – Видите, она здесь вгрызалась в грунт. Значит, точно проходила.

– А снаружи? – азартно сказала я. – Снаружи наверняка кто-то был. Тот, кто ограду повредил и перебросил яблоню.

– А снаружи фон затёрт, я проверил. Причём давно затёрт. Примерно в то время, как мы увидели подкидыша. Сразу надо было проверить, но я почему-то решил…

– Что это папина? – закончила я за него. – Но сейчас вы поняли, что это не так?

– Мы были вместе – задумчиво сказал он. – Следовательно, никто из вас за оградой быть не мог. Разве что сообщники?

– У нас? – скептически спросила я. – Вы сейчас про горничную или про кухарку?

– У них нет Дара, а здесь потоптался кто-то не просто с Даром, а умело его использующий, – не принял мою шутку Рассел. – Обрыв заклинаний похож на естественное нарушение. Кто-то очень хочет возвести вину на вашего отца, Сильвия.

– Леди Галлахер? – предположила я и вывалила на благодарного слушателя все свои размышления по её поводу.

Параллельно я привычно восстанавливала охранные заклинания на ограде. По-хорошему, их нужно было бы переставить, но это дело не одного часа, да и с папой пришлось бы согласовывать, но не было ни времени, ни папы, а плохая защита лучше, чем никакая.

– Мотив есть, – неохотно согласился Рассел. – Но мстить через столько лет… Странно, не находите?

– Месть становится выдержанной и доставляет особое удовольствие? – предположила я.

Он скептически хмыкнул. К сожалению, светлячок он давно загасил и я не видела выражения его лица, но мне казалось, оно должно быть насмешливым, как тогда, когда он сообщал, что собирается жениться по своему выбору. И почему я вдруг об этом подумала? Наверное, обстановка уж очень романтичная: ночь, тишина, цветущая яблоня под боком…

– Когда месть выдерживают столько лет, она непременно портится.

– И мне показалась эта история немного подпорченной, – согласилась я. – Пахнет она точно дурно.

– Сильвия, а кроме леди Галлахер, вы подозреваете кого-нибудь? – внезапно спросил он. – Да, леди не из приятных особ, но из-за этого не следует ограничивать список только ею.

– Рассел, до недавнего времени я вообще была уверена, что у папы врагов нет. Кроме вас, разумеется.

– Меня? – удивился он. – Чем это я заслужил такую немилость?

– Вас – в смысле вас и вашего отца. Вы же не будете отрицать, что ваш отец специально отправлял сюда все эти комиссии?

Неожиданно он взял меня за руку.

– Сильвия, вы к нам несправедливы. Напротив, мой отец всячески пытается не давать хода анонимкам, касающимся вашего. Но это не всегда получается. И уж точно нельзя класть под сукно обвинение в убийствах.

Тепло его руки напрочь выбило из моей головы все возражения, которые бы непременно нашлись в другое время. Ещё и цветы яблони, рядом с которой мы остановились, подозрительно сладко пахли, навевая совсем ненужные мысли. Не те, которые касались расследования.

– Неужели? – всё-таки выдавила из себя я и забрала руку.

– Убийцу непременно надо найти, – спокойно, словно ничего не случилось, ответил Рассел. – Понять бы ещё, связан анонимщик с убийцей или просто пользуется случаем очернить вашего отца.

– А по письмам выяснить нельзя?

– По письмам выяснили только то, что отправитель – сильный маг, умело затирающий все следы. И ещё – что все они отправлены из Турана.

– Магов в Дисмонде не так много, если не считать наших студентов, – заметила я. – Но среди студентов умелых найти – то ещё испытание. Значит, это уже давно практикующий маг. А проверить отсутствующих в дни отправки анонимок? Наверное, это не очень сложно.

– Смотря что проверять, – ответил Рассел. – Дилижансами никто не пользовался, но личные телепорты никто не отменял. Их мы отследить не можем. А столь короткое отсутствие мага могли не заметить, особенно если он живёт один и не слишком привечает визитёров.

Больше он меня за руку брать не пытался, и это скорее огорчало, чем радовало. В темноте я чувствовала бы себя уверенней при ощутимой поддержке с его стороны. Мало ли что могли нам опять пропихнуть через дырку в заборе? И это непонятно что могло затаиться по углам в ожидании нужного момента.

– А леди Галлахер? Она точно живёт не одна.

– А у леди Галлахер есть возможность запереться в лаборатории, как и у вашего отца.

– Обыск бы там провести, – намекнула я.

– Обыск просто так не проводят, – возразил Рассел. – Подозрений мало, нужны доказательства.

– Вот мы их там и найдём, – оживилась я.

– А если нет? Наше ведомство будет очень бледно выглядеть. А ведь мы, скорее всего, ничего не найдём: если маг так тщательно за собой всё убирает, он не будет разбрасывать компрометирующие его предметы.

– Яблони, – напомнила я. – Нам нужно найти огромные яблони, способные сожрать человека.

– Не обязательно яблони. Возможно, речь идёт о других хищных растениях, а нам эту подбросили для отвода глаз.

Вот что значит побыть в родовом доме – уже не отделяет себя от нас с папой. «Нам» – звучит оптимистично. Неужели перестал подозревать папу? Или перестанет, только когда найдёт настоящего преступника?

– В любом случае, где ещё искать хищные растения, как не у того, кто ими занимается?

– Леди Галлахер не занимается хищными растениями. У неё на кафедре всё очень мирно. Можно сказать, сонное царство.

Эти его слова напомнили о том, что уже глубокая ночь, которую нужно проводить не в саду с посторонними инорами, а в собственной постели. Пусть даже тут всё так интересно и ни одной опасной яблони не бегает. А если будет бегать, то найдётся кому защитить.

– Пожалуй, нам тоже пора спать. Спокойной ночи, Рассел.

– Спокойной ночи, Сильвия.

Мне показалось в его голосе прозвучало сожаление, но в саду он не остался вернулся со мной в дом, где мы сразу разошлись по комнатам. Ночь действительно выдалась на редкость спокойной. А к завтраку папа всё-таки выбрался из лаборатории. Судя по всему, он успел прикорнуть, потому что был необыкновенно бодр и оживлён.

– Проверил я пару вариантов, Рассел, – радостно заявил он, но не успела я восхититься его проницательностью, как тут же добавил: – Ни один не прошёл. То ли артефакт слишком серьёзный был, то ли нужно было пытаться сразу.