Броди Эштон – Моя леди Джейн (страница 35)

Девушка резко выпрямилась.

– А может, лучше так: ты меня отпускаешь, а я обещаю больше никогда не приближаться к твоим драгоценным курам? – И, не дожидаясь ответа на свое предложение, отпрянула в одну сторону, затем ринулась в другую, но фермер живо поймал ее за волосы и потащил прочь из сарая. Она отчаянно сопротивлялась, пытаясь дотянуться до ножа, но он перехватил его первым и отбросил на грязный пол.

«Нет, необходимо вмешаться, – стучало в висках у Эдуарда. – Сейчас или никогда».

– Или постой, – передумал крестьянин. – Легче мне самому отрезать тебе руку.

«Раз так, то точно», – решил король.

Над снопом сена вспыхнул яркий свет. Фермер испуганно поднял глаза, но птица-Эдуард тут же упал на него камнем и вцепился когтями в лицо. Мужчина вскрикнул и выронил меч. Девушка, не мешкая, двинула его коленом в пах. Тот мешком повалился на пол. Она пнула его еще несколько раз, затем на пару секунд остановилась, словно собираясь сказать что-нибудь в своем фирменном язвительном духе, – но, видимо, передумала. Вместо этого разбойница просто схватила свой нож и была такова.

Эдуард со всей доступной ему скоростью устремился за ней по воздуху. Хорошо, что у птиц такое острое зрение, – ведь что-что, а сливаться с тенями леса девушка прекрасно умела.

Ориентироваться среди деревьев ему было трудно. Хорошо еще, что дождь почти закончился, теперь лишь слабо моросило, а луна показалась из-за облаков. Легконогая девица неслась и неслась, все дальше и дальше – видно, ночные забеги были для нее делом привычным.

Прежде чем остановиться на отдых возле небольшой рощи, она преодолела не меньше трех километров. Эдуард спикировал на ветку прямо над ней. Незнакомка подняла глаза.

– Ты мне на голову-то не наделаешь? – насмешливо поинтересовалась она.

Король возмущенно заклекотал.

– Спускайся. Можешь превращаться обратно. – Она сбросила с плеч накидку. – Иди-ка сюда.

Эдуард слетел на землю, но так и остался в виде птицы – никаких вспышек не последовало.

– Да ты совсем зеленый, салага, что ли? – засмеялась девушка. – Не знаешь даже, как менять форму?

Тут-то он ее и сменил. Снова, конечно, представ перед ней голым. Едва сдерживая улыбку, незнакомка уставилась себе под ноги и протянула ему накидку.

Эдуард схватил ее и быстро набросил на себя – и сразу ощутил себя много лучше. Впрочем, чувство незащищенности осталось. Да и продувало сильно.

– Спасибо за помощь. – Девушка заправила за ухо непослушный черный локон. – Я бы и сама вывернулась, но возни было бы больше.

– Значит, ты кур воруешь, – констатировал Эдуард.

– В том числе, – признала она.

Раньше ему никогда не приходилось видеть обыкновенных преступников. Такая встреча обязательно показалась бы ему захватывающим приключением, если бы за последний день он не так сильно устал от захватывающих приключений.

– Я Грейси, – сообщила она, глядя ему в глаза.

– Это имя или фамилия? – поинтересовался Эдуард.

Она оскалила зубы в ухмылке и пояснила с легким поклоном:

– Грейси Мактэвиш. К вашим услугам.

– Эдуард, – ответил он просто.

– Значит, не Дэннис? – на щеках у нее, как он заметил, появлялись ямочки – причем, даже не когда она улыбалась, а когда лишь собиралась улыбнуться.

– Не Дэннис.

– Ну и хорошо. А то человеку с таким именем не позавидуешь. Пойдем, что ли?

– Куда?

– Туда, где безопасней.

Безопасней – звучало неплохо. По привычке он галантно предложил ей руку. Она взглянула на него недоверчиво, но приняла ее, и они отправились в путь между густыми деревьями.

– Я бы и сама переменила облик прямо там, но тогда мне бы тоже пришлось остаться без одежды, а до следующего места, где она у меня припасена, полдня бега с препятствиями. К тому же мне ужасно нравятся эти сапоги, – добавила она.

– Переменила бы облик? Так ты эзианка? – Глупое сердце снова бешено заколотилось у него в груди. Что же в этой девушке такого, что она так на него действует?

– Ну да, эзианка, – ответила она. – Но вот эзианина-пустельгу раньше никогда не видела. А симпатичная из тебя выходит птичка.

У него даже живот свело.

– Так я пустельга? Ты в этом совершенно уверена?

– Не то чтобы я увлекалась наблюдением за пернатыми, но свою добычу, по крайней мере, знаю. А почему это так тебя волнует?

Он ничего не ответил, но дело было вот в чем: по правилам соколиной охоты, которой Эдуард занимался с детства, виды птиц соотносились с охотниками по статусу последних. Королю полагались кречеты – самые крупные и величавые из всего семейства. Он сам, когда был принцем, имел дело с соколами обыкновенными (лишь слегка уступавшими кречетам в великолепии), а приближенные рыцари его отца – с балабанами, дамы – с дербниками, дворяне средней руки – с ланнерами, и так далее и так далее.

Пустельги же – самые маленькие и слабенькие в соколином племени. Они доставались только слугам.

Эдуард подавил приступ кашля.

– А ты что за зверь?

На ее щеках вновь появились ямочки.

– Вот подожди, и сам увидишь.

Внезапно он почувствовал слабость в ногах – и на сей раз не от близости красивой девушки. Слишком уж много сил потрачено за минувшие сутки. Голова была как в тумане. Король споткнулся.

Грейси сильнее сжала его руку.

– Тебе нехорошо, – заметила она. – Может, остановимся?

Он кивнул. Девушка подвела его к дереву и усадила на один из широких корней, тут и там вылезавших на поверхность. Несколько долгих минут он вяло кашлял в накидку. Она стояла в двух шагах от него, внимательно наблюдая.

– У тебя грудной недуг? – На лице ее отразилось некоторое беспокойство – получается, она шла рука об руку с тяжело больным человеком?

– Нет. – Эдуард поднял на нее глаза. – Нет, меня отравили.

Озорная линия ее бровей встала домиком.

– Отравили? Кто?

– Лорд Дадли, – сказал он, слишком утомленный, чтобы выдумывать что-то.

– Зачем кому-то понадобилось тебя травить?

– Затем… – Ну вот и настал момент истины. Пришло время раскрыть инкогнито. А ей придется решать, что с ним делать дальше.

– Потому что я… – снова начал он.

– Ну, давай уже, выкладывай, – поторопила она. – А то я, пожалуй, не выдержу мрака тайны.

Ладно, в конце концов, даже если она решит перерезать ему горло, то по крайней мере – сразу. Все закончится быстро.

– Я Эдуард Тюдор, – выговорил он. – И мне нужна твоя помощь.

Глава 14

Джейн

Ну вот она и королева. Как это ни удивительно.

Джейн издала смешок, в котором звучали нотки недоверия и паники. Как мог Эдуард так с ней поступить? Почему? Он ведь даже не верил, что женщины могут править. В здравом уме кузен ни за что не оставил бы престол ей.

Значит, в этом-то и дело: в здравом уме Эдуард не был. Проклятый грудной недуг выпарил ему мозг и лишил возможности принимать разумные решения – а ведь еще недавно, по ее суждению, со здравым смыслом у него все было в порядке. И как же, по мнению брата, ей теперь распоряжаться его короной?

Она снова усмехнулась, но вышел у нее скорее всхлип. Она – королева. Правительница. Властительница. Монархиня. Хозяйка страны. Глава государства. Стоит надо всем. Как говорит поговорка, ей теперь и брюки носить. Она ответственна за все. Командует всеми. Ко-ро-ле-ва Ан-гли-и.

Джейн всегда возражала против того постулата, что женщины слабее мужчин, – то есть не в физическом смысле, конечно, но в интеллектуальном. Образованна она была не хуже Эдуарда – одно время их даже обучали одни и те же наставники. Во всем, к чему ни прикладывала старание, Джейн неизменно преуспевала. Господи, да она знала восемь языков. Речи ее многие из преподавателей считали образцом высокого искусства риторики и логики. Леди Грей легко ориентировалась в дебрях философии и нюансах богословия.

Книги она поглощала по несколько штук на дню – примерно столько же, сколько средний человек съедает за это время блюд. Запоминала латинские стихи между делом, для развлечения. Во всем этом Джейн не уступила бы ни одному мужчине.