Брент Уикс – Слепящий нож (страница 174)
Благодарю Э. Х., моего друга-спецназовца, который снабдил меня инструкцией (отнюдь не секретной, полностью законной!) по технологии миллиметровых волн. Кто сказал, что фэнтези не может использовать новейшие научные разработки?
Большое спасибо сержанту Рори Миллеру, чьи книги о применении насилия должны стать настольным чтением для любого, кто желает убедительно показать насилие в своих выдуманных мирах, – а также для тех, кто желает избежать его в мире реальном! (Советую начать с
Не могу не упомянуть также лорда Альфреда Теннисона: короткие цитаты из его «Улисса» фигурируют как в «Черной Призме», так и в «Слепящем Ноже», приписанные поэту Гевисону[10]. Бессмертные строки, сэр! Я хотел поблагодарить вас еще в первой книге, но это вылетело у меня из головы. Приношу свои извинения!
И в последнюю очередь хочу поблагодарить моих читателей. Я люблю то, что делаю, и имею возможность продолжать заниматься любимым делом благодаря вам. Это для меня огромное счастье и честь, так что я чувствую себя в безмерном долгу перед вами. Не могу обещать вам многого – только то, что приложу все усилия, чтобы рассказывать вам самые лучшие истории, какие только смогу. Давайте договоримся: я буду делать это, а вы – подсовывать мои книжки своим друзьям. Заметано?
Приложение
Большинство извлекателей – монохромы, они способны извлекать лишь один цвет. Цветомагов, которые могут извлекать два цвета – в достаточной степени, чтобы создавать стабильный люксин в обоих диапазонах, – называют бихромами. Любого, кто извлекает устойчивый люксин в трех и более цветах, называют полихромом. Чем больше цветов может извлечь полихром, тем больше у него могущества и тем более востребованы его услуги. Призма – всегда полихром полного спектра.
Впрочем, способность извлекать цвет сама по себе не является единственным критерием ценности или мастерства извлекателя. Некоторые извлекатели работают быстрее, чем другие, кто-то более эффективен, у кого-то более сильная воля, у одних лучше получается вырабатывать устойчивый люксин, другие быстрее соображают или более творчески подходят к тому, как и когда применять люксин.
В природном световом континууме под-красный цвет граничит с красным, красный – с оранжевым, оранжевый с желтым, желтый с зеленым, зеленый с синим, синий со сверхфиолетовым. Большинство бихромов и полихромов попросту способны извлекать из континуума более широкий спектр, нежели монохромы. Это означает, что бихром, скорее всего, сможет извлекать два соседствующих цвета – синий и сверхфиолетовый, красный и под-красный, желтый и зеленый и т. д. Тем не менее существуют немногочисленные извлекатели, являющиеся несмежными бихромами. Как можно понять из их наименования, это те, чьи цвета не граничат друг с другом. В качестве известного примера можно привести Юсефа Тепа, который извлекал красный и синий. Еще один пример – Каррис Белый Дуб, извлекающая зеленый и красный. Никто не знает, как и почему появляются на свете несмежные бихромы; известно лишь, что они встречаются очень редко.
Есть малопопулярное и сомнительное учение, утверждающее, что цветов на самом деле не семь, а больше. В самом деле, поскольку цвета существуют в непрерывном континууме, можно предположить, что их количество бесконечно. Тем не менее некоторые теоретики находят идею о том, что есть более семи пригодных для извлечения цветов, теологически спорной. Общеизвестно, что, помимо семи резонансных пунктов, использующихся в настоящее время, существуют и другие – но эти пункты значительно слабее, в связи с чем их гораздо реже используют для извлечения, нежели основные семь. В числе возможных вариантов есть цвет, располагающийся значительно ниже под-красного – его называют парилл. Другой, который находится на таком же отдалении выше сверхфиолетового, называют просто ци.
Однако если включать в определение цветов даже такие, которые способен извлечь лишь один извлекатель из миллиона, то не следует ли тогда разделить желтый цвет на жидкий желтый и твердый желтый? А где должны располагаться (мифические) черный и белый люксины? Как вообще подобные цвета, если их считать таковыми, могут находиться в спектре?
Впрочем, споры об этих предметах, хоть и весьма горячие, являются чисто теоретическими.
Субхромат – это человек, с трудом различающий два или более цвета; в разговорной речи это называют цветовой слепотой. Субхроматизм не обязательно является приговором для извлекателя. К примеру, синий извлекатель, не способный отличить красный от зеленого, не будет испытывать серьезных помех в своей работе.
Суперхроматизм – это повышенная способность различать тонкие оттенки цвета. Для любого цвета суперхроматизм приводит к большей стабильности в его извлечении; однако наибольшее значение эта способность имеет для желтого. Только желтые суперхроматы могут рассчитывать на то, что им удастся создать твердый желтый люксин.
Любая магия берет начало в свете. Тех, кто занимается магией, называют извлекателями или цветомагами. Они способны превращать свет определенного цвета в физическую субстанцию. Каждый цвет обладает собственными качествами, однако способы применения этих строительных элементов ограничиваются лишь воображением и мастерством извлекателя.
Магия в Семи Сатрапиях действует способом, приблизительно противоположным горению свечи. Когда свеча сгорает, ее физическая субстанция – воск – превращается в свет. При хроматургии свет трансформируется в физическую субстанцию: люксин. Люксин каждого из цветов обладает собственными свойствами. Будучи извлечен правильно (с весьма небольшим допуском), получившийся в результате люксин может быть стабильным и держаться много дней или даже лет, в зависимости от цвета.
Большинство извлекателей – цветовых магов – могут использовать лишь один цвет. Для этого извлекатель должен иметь перед глазами свет своего оттенка (то есть зеленый извлекатель может, поглядев на траву, извлечь зеленый цвет, но если он находится в комнате с белыми стенами, то он бессилен). Многие извлекатели носят с собой цветные очки, чтобы, если их цвета нет поблизости, все же иметь возможность прибегнуть к магии.
Если извлекатель создаст над собой в воздухе воз люксина, прежде всего этот воз обрушится ему на голову. По тяжести цвета распределяются так (от тяжелых к легким): красный, оранжевый, желтый, зеленый, синий, сверхфиолетовый, под-красный*. Для сравнения можно сказать, что жидкий желтый люксин лишь самую малость легче такого же объема воды.
* Под-красный не поддается точному взвешиванию, поскольку, оказавшись в воздухе, стремительно вырождается в огонь. Его место в приведенной выше последовательности было найдено путем помещения под-красного люксина в воздухонепроницаемую емкость и взвешивания полученного результата за вычетом веса емкости. При его применении в реальном мире часто бывает, что под-красные кристаллы всплывают в воздухе, после чего воспламеняются.
Под-красный. И вновь его труднее всего описать из-за его горючести, но это ощущение часто сравнивают с дуновением горячего ветра.
Красный. Клейкий, липкий, тягучий, в зависимости от способа извлечения; может быть вязким, как смола, или больше похожим на студень.
Оранжевый. Скользкий, подобный смазке, мылу или маслу.
Желтый. В своем более часто встречающемся жидком состоянии похож на пенящуюся, шипучую жидкость, прохладную на ощупь, возможно, немного плотнее морской воды. В твердом виде это идеально гладкий неподатливый материал, скользкий и невероятно прочный.
Зеленый. Грубый, неровный. В зависимости от мастерства извлекателя и поставленной задачи поверхность люксина варьирует от шероховатой, наподобие кожи, до фактуры древесной коры. Гибкий, упругий, часто вызывает сравнения с зелеными побегами молодых деревьев.
Синий. Ровный, однородный. Впрочем, при неаккуратном извлечении синий люксин может иметь шероховатую текстуру или даже легко рассыпаться на фрагменты, как мел, – только в данном случае это будут кристаллы.
Сверхфиолетовый. Похожий на паутинное волокно, тонкий и легкий вплоть до полной неосязаемости.
В своей основе запах любого люксина смолистый. Приводимые ниже сравнения довольно приблизительны, поскольку люксин каждого цвета пахнет в первую очередь самим собой. Попробуйте описать, чем пахнет апельсин: вы сможете сказать лишь, что запах цитрусовый и резкий, но такое описание не будет точным. Апельсин пахнет апельсином! Тем не менее нижеперечисленные соответствия достаточно близки.
Под-красный. Уголь, дым. Пахнет горелым.
Красный. Чайные листья, табак. Сухой запах.
Оранжевый. Миндаль.
Желтый. Эвкалипт и мята.
Зеленый. Свежая кедровая или сосновая смола.
Синий. Минералы, мел. Почти без запаха.
Сверхфиолетовый. Едва заметный аромат гвоздики.
Черный*.