Брендон Сандерсон – Ветер и Правда. Том 1 (страница 3)
«Он способен на большее, чем ты думаешь».
– Далинар – мощный, тупой, тяжелый инструмент, которым долбишь по проблемам, пока не разобьются, – сказал Гавилар и поежился.
Он вспомнил, как брат надвигался на него по полю боя – весь в крови, глаза в прорезях шлема будто отсвечивают красным, полные жгучего желания занять место Гавилара…
Этот призрак преследовал его. К счастью, боль утраты Далинара в сочетании с пристрастием к спиртному позволяла королю легко управлять братом.
Вскоре Гавилар снова отвлекся на стук. Он открыл дверь, но никого не обнаружил. Буреотец предостерегающе зашипел у него в голове, отчего по спине вдруг побежали мурашки.
Когда Гавилар обернулся, его уже поджидал старина Тайдакар. Повелитель Шрамов собственной персоной, закутанный в плащ с располосованным подолом. Шквал побери!
– Ты мне кое-что обещал, – произнес Тайдакар из-под затенявшего лицо капюшона. – Я снабжал тебя, Гавилар, исключительно важной информацией. В уплату я попросил одного-единственного человека. Когда же ты передашь мне Рестареса?
– Скоро. Сначала нужно завоевать его доверие.
– Сдается мне, – сказал Тайдакар, – что тебя интересует не столько наша сделка, сколько твои собственные мотивы. Сдается мне, что я направил тебя к чему-то ценному и ты решил оставить это себе. Сдается мне, что ты играешь в игры.
– А мне сдается, – отозвался Гавилар, делая шаг к закутанной фигуре, – что ты не в том положении, чтобы предъявлять требования. Я тебе нужен. Так почему бы нам… не продолжить игру?
Мгновение Тайдакар не двигался. Затем со вздохом поднял руки в перчатках и откинул капюшон. Гавилар замер: хотя их встреча была далеко не первой, он никогда прежде не видел лица Тайдакара.
Весь целиком из мягкого бело-голубого света, Тайдакар выглядел моложе, чем представлял себе Гавилар. Мужчина средних лет, а вовсе не почтенный старец. В его глаз был воткнут большой штырь, тоже голубой, конец которого торчал из затылка. Кто же он, какой-то спрен?
– Осторожней, Гавилар, – предупредил Тайдакар. – Ты пока не бессмертный, но уже влез в игры с силами, которые разрывают смертных буквально на акси.
– Тебе они известны? – с нетерпением властно спросил Гавилар. – Самые важные Слова, какие мне только доведется произнести?
– Нет, – ответил Тайдакар. – Но послушай: все это не то, что ты думаешь. Передай Рестареса моим агентам, и я помогу тебе вернуть древние силы.
– Это я уже перерос.
– Гавилар, нельзя «перерасти» прилив, – отозвался Тайдакар. – Либо ты плывешь вместе с ним, либо он тебя сметает. Наши замыслы уже приведены в действие. Если говорить честно, не знаю, много ли в том нашей заслуги. Прилив приближался независимо от нашей воли.
– Что ж, я намерен… – буркнул король и вдруг осекся, потрясенный преображением гостя.
Лицо Тайдакара растаяло. Вместо него в воздухе парил шар с таинственной руной в центре. Плащ, тело, перчатки расточились быстрыми дымными струйками и развеялись.
Гавилар смотрел во все глаза. Это же… это невероятно походило на то, что он читал о силе светоплетов – Сияющих рыцарей. Неужели Тайдакар?..
– Я знаю, ты встречаешься с Рестаресом сегодня, – произнес шар, вибрируя: рта у него не было. – Подготовь его, затем передай моим агентам для допроса. Иначе пеняй на себя. Таков мой ультиматум, Гавилар. Быть моим врагом тебе не понравится.
Светящийся шар сжался, став почти прозрачным, проплыл к выходу и нырнул в щель под дверью.
– Что это было? – резко спросил Гавилар у Буреотца, теряя самообладание.
«Нечто опасное», – отозвался спрен у него в голове.
– Сияющий?
«Нет. Похоже, но нет».
Гавилар осознал, что его трясет. Как глупо! Он король, шквал побери, вот-вот станет полубогом. Его предназначение определено. Дешевым фокусам и расплывчатым угрозам не вывести его из равновесия. И все же он оперся о стол, глубоко дыша и сжав пальцами разбросанные заметки о механике и чертежи – новое увлечение жены.
Уже не в первый раз Гавилар задумался, не сумеет ли Навани решить его проблему. Он скучал по тем временам, когда они плели интриги. Сколько прошло с тех пор, как они смеялись все вместе? Он, Йалай, Навани и Тороль? Увы, подобными тайнами не делятся. Йалай или Садеас вырвали бы приз у Гавилара при первой же возможности, и он бы их не осудил. А вот Навани… Попыталась бы она забрать бессмертие себе? Осознала бы вообще его ценность? Она так умна, так ловка в определенных вопросах. Но когда Гавилар заводил речь о своих целях и о великом наследии, она тонула в деталях. Отказывалась думать о горе́, потому что беспокоилась, где разместить подножие.
Он жалел о возникшем между ними отдалении. О холодности, заменявшей – да что там, заменившей – их былые отношения. От мыслей о жене болезненно сжималось сердце. Надо бы…
«К моменту твоего возвращения все, кого ты знаешь, обратятся в прах…»
Пожалуй, так даже лучше.
Гавилар уже набросал в уме планы, как сократить время своего отсутствия в этом мире, но для их отшлифовки может понадобиться несколько попыток. Выходит, чем меньше привязанностей, тем лучше. Рубить – так уж все сразу. Как осколочным клинком.
Он принялся обдумывать намерения и к приходу Рестареса был вполне готов.
Лысеющий гость явился без стука: заглянул в комнату, нервно осмотрел углы, прежде чем проскользнуть в дверь. За ним следовала тень: высокий надменный макабаки с родимым пятном на щеке. Гавилар велел слугам обращаться с обоими как с послами, однако сам еще не имел возможности поговорить со вторым гостем – не был с ним знаком.
В походке новоприбывшего ощущалась некоторая твердость. Непоколебимость. Такой человек не привык уступать. Ни ветру, ни буре, ни уж тем более другим людям.
– Гавилар Холин, – произнес незнакомец, не кланяясь и не подавая руки.
Они столкнулись взглядами. Впечатляюще. Гавилар ожидал встретить кого-то больше похожего на Рестареса.
– Угощайтесь, – предложил король, указывая на бар.
– Нет, – отказался макабаки.
Ни «спасибо», ни слов любезности. Любопытно. Интригующе.
Рестарес же сорвался с места, как ребенок, которому предложили сладкое. Даже теперь, примкнув к Сынам Чести, возрожденным в который уже раз, Гавилар считал Рестареса… странным. Лысеющий коротышка перенюхал все вина. Он никогда не рисковал пить в присутствии короля, однако каждый раз проверял напитки. Будто хотел найти яд и тем оправдать свою паранойю.
– Прости, – заламывая руки, сказал Рестарес, стоя у бара. – Прости, Гавилар. Не хочется… не хочется пить сегодня. Прости.
Гавилар был близок к тому, чтобы вышвырнуть его и захватить контроль над Сынами Чести. Вот только некоторые, например Амарам, Рестареса уважали. И почему Тайдакар так в нем заинтересован? Не может же Рестарес в самом деле быть кем-то важным! Наверное, настоящая сила – его высокий приятель. Неужели Гавилара два года держали в неведении относительно чего-то настолько значимого?
– Я рад, что ты согласился встретиться, – кивнул Рестарес. – Да… хм… потому что… хм… в общем… Объявление. Я хочу сделать объявление.
– Какое же? – нахмурясь, спросил Гавилар.
– До меня дошли слухи, что ты намереваешься… хм… вернуть Приносящих пустоту.
– Рестарес, ты основал Сынов Чести, чтобы восстановить древние клятвы и возвратить Сияющих рыцарей. Они исчезли тогда же, когда и Приносящие пустоту. Значит, если вернуть Приносящих пустоту, восстановятся и силы Сияющих.
«И что еще важнее, – добавил Гавилар мысленно, – из страны мертвых прибудут Вестники, чтобы снова нас вести. И я захвачу место одного из них».
– Нет-нет-нет! – сказал Рестарес с нехарактерной для себя твердостью. – Я хотел возвращения людской чести! Хотел, чтобы мы изучали, в чем крылось величие Сияющих. До того, как все пошло не так. – Он взъерошил пятерней редкие волосы. – До того, как… я сделал то… из-за чего все пошло не так…
Рестарес упорно избегал смотреть Гавилару в глаза.
– Нам… нам следует прекратить попытки восстановить силы, – произнес он упавшим голосом и взглянул на своего сурового приятеля, словно ища поддержки. – Нельзя допустить… новое Возвращение…
– Рестарес, – сказал Гавилар, наступая на коротышку, – что с тобой не так? Ты говоришь о том, чтобы предать все, во что мы верим?
«Или, во всяком случае, делаем вид, что верим».
Гавилар незаметно переместился так, чтобы нависать над Рестаресом.
– Тебе доводилось слышать о человеке по имени Тайдакар?
Рестарес поднял взгляд, глаза его расширились.
– Он хочет тебя найти, – пригрозил Гавилар. – До сих пор я тебя защищал. Что ему нужно?
– Секреты, – прошептал Рестарес. – Этот человек… не выносит… когда у кого-то есть секреты.
– Какие секреты? – настаивал Гавилар, отчего Рестарес съежился. – Я долго мирился с твоей ложью. Что происходит? Чего хочет Тайдакар?
– Я знаю, где она спрятана, – еще тише сказал Рестарес, – где ее душа. Ба-Адо-Мишрам. Дарительница Форм. Та, что могла бы соперничать с Ним. Та… кого мы предали.
Ба-Адо-Мишрам? Какое Тайдакару дело до одной из Претворенных? У этой детали головоломки весьма причудливая форма.
Гавилар открыл было рот, но его плечо словно тисками сдавили чьи-то пальцы. Оглянувшись, он увидел макабакского приятеля Рестареса.
– Что ты сделал? – спросил тот ледяным тоном. – Гавилар Холин, какие действия были предприняты тобой для достижения той цели, к которой тебя ошибочно направил мой друг?