Брендон Сандерсон – Ветер и Правда. Том 1 (страница 4)
– Ты даже не представляешь, – ответил Гавилар, пристально глядя незнакомцу в глаза, пока тот не разжал пальцы.
Гавилар достал из кармана мешочек и небрежно высыпал на стол горсть сфер и самосветов.
– Я уже близок. Рестарес, сейчас не время терять присутствие духа!
Незнакомец уставился на сферы, приоткрыв рот. Он протянул руку к одной, наполненной темным, почти обратным фиолетовым светом. Невозможным светом – такого цвета не должно существовать. Макабаки отдернул руку, едва пальцы приблизились к сфере, и обернулся к Гавилару. Глаза его широко распахнулись.
– Ты дурак, – сказал он. – Немыслимый дурак, бегущий навстречу Великой буре в надежде побороть ее палкой. Что ты сделал? Где взял пустосвет?
Гавилар улыбнулся. Никто из них не знает об ученом, которого он тайно держит в резерве. О мастере всего, что связано с наукой. О человеке, не принадлежащем ни к Духокровникам, ни к Сынам Чести.
О человеке из другого мира.
– Проект уже запущен, – ответил Гавилар, взглянув на Рестареса, – и оказался успешным.
– В самом… в самом деле? – встрепенулся Рестарес. – Неужели этот свет… – Он обернулся к приятелю. – Нейл, это может сработать! Можно вернуть их, а потом уничтожить. Может сработать.
Нейл?! О шквал! Гавилар знал, хотя и старался не придавать этому значения, что Рестарес выставляет себя Вестником, чтобы произвести впечатление на членов организации. Коротышке невдомек, что Гавилар свел знакомство с Буреотцом, а тот поведал ему правду: Вестники давным-давно умерли и ушли на Брейз.
Так неужели этот чужак считает себя Наланом, Вестником Правосудия? Выглядит… подходяще. На многих картинах Налан представал надменным макабаки. И родимое пятно… Поразительно похожие изображения есть на нескольких древних полотнах.
Да ну, это смешно. Если принять, что макабаки – Вестник, придется поверить и в то, что Рестарес тоже. Вздор.
Незнакомец попытался смутить Гавилара пристальным взглядом. Лицо ледяное, тело неподвижное. Не человек, а статуя.
– Это чрезмерно опасно, – проговорил он.
Гавилар не отводил глаз. Мир подчинится его желаниям. Прежде всегда бывало так.
– Но ты король, – наконец сказал макабаки, отступая на шаг. – Твоя воля… закон… в этой стране.
– Да, – подтвердил Гавилар, – несомненно. Рестарес, есть и другая хорошая новость. Пустосвет из бури можно перемещать в Физическую реальность. Можно даже переносить его отсюда в Преисподнюю, как ты и хотел.
– Это способ, – произнес Рестарес, глядя на Нейла. – Возможный… способ вырваться…
Однако Нейл указал рукой на сферы:
– Возможность носить их на Брейз и обратно ничего не значит. Слишком малое расстояние, чтобы судить.
– Всего несколько лет назад не удавалось и этого, – заметил Гавилар. – Вот доказательство. Связь не разорвана, а коробка позволяет осуществлять переноску. Пока не так далеко, как тебе бы хотелось, но нужно с чего-то начинать.
Он не вполне понимал, почему Рестареса так сильно волнует вопрос перемещения света по Шейдсмару. Тайдакара тоже интересовала эта информация: способ транспортировки буресвета, а также нового пустосвета на большие расстояния.
Размышляя об этом, Гавилар кое-что заметил. Дверь была приоткрыта, и в щель заглядывал чей-то глаз.
Преисподняя! Навани. Много ли она услышала?
– Супруг мой, – произнесла она, тотчас войдя в комнату, – гости скучают без тебя. Ты, кажется, потерял счет времени.
Гавилар подавил гнев, вспыхнувший из-за того, что она подсматривала, и обернулся к гостям:
– Господа, я должен извиниться.
Рестарес снова взъерошил жидкие волосы.
– Гавилар, я хочу побольше узнать о проекте. Кроме того, тебе нужно знать, что сегодня здесь еще кое-кто из нас. Я успел заметить следы пребывания.
Еще кое-кто? Кто-то из Сынов Чести.
Да нет, он имеет в виду еще одного Вестника. Все больше теряет связь с реальностью.
– У меня скоро встреча с Меридасом и остальными, – мягко произнес Гавилар, успокаивая Рестареса. – Они мне кое-что расскажут, и сможем поговорить снова.
– Нет, – отрезал макабаки. – Сомневаюсь, что мы это сделаем.
– Это еще не все, Нейл! – возразил Рестарес, хотя и последовал за приятелем, когда король стал их выпроваживать. – Это очень важно! Я хочу уйти. Это единственный способ…
Гавилар захлопнул дверь и обернулся к жене. Преисподняя! Навани давно пора бы понять, что не стоит его прерывать. Она…
Шквал! Платье красивое, лицо еще красивее, даже в гневе. Она сверлила его сверкающими глазами, а вокруг нее будто проступал огненный ореол.
И снова он задумался, не стоит ли посвятить ее.
И снова отверг эту мысль.
Если он собрался стать богом, от привязанностей лучше избавиться. Солнце может любить звезды, но только не на равных.
Через некоторое время после разговора с Навани Гавилар снова улизнул – на этот раз в свои покои, где смог обдумать то, что узнал.
– Скажи-ка, – обратился он к Буреотцу, ступая по мягкому ковру к столу с выгравированной картой Рошара, – почему Тайдакара так интересует Ба-Адо-Мишрам?
Спрен проявился рядом с ним рябью, сформировав размытые очертания человеческой фигуры. Будто мираж в жару над раскаленными камнями.
«Она случайно создала ваших паршунов, – сказал Буреотец. – Давно, перед самым Отступничеством, Мишрам попыталась возвыситься и занять место Вражды, давая Приносящим пустоту силы».
– Любопытно, – отметил Гавилар. – И что было дальше?
«Дальше… она пала. Оказалась недостаточно крупной сущностью, чтобы поддерживать целый народ. Все рушилось, и тогда несколько смелых Сияющих заточили Мишрам в самосвет, чтобы не дать ей уничтожить Рошар целиком. Побочным эффектом стало появление паршунов».
Обычные паршуны. Они и есть Приносящие пустоту. Восхитительная тайна, которую Гавилар выведал у Буреотца несколько недель назад.
Король подошел к книжному шкафу, где лежал один из новых согревающих фабриалей, присланный ученым Рушуром Крисом. Достал его из тканевого футляра, взвесил на ладони.
Он нашел решение, как переправлять в этот мир через Шейдсмар спренов пустоты при помощи самосветов и алюминиевых коробок. Кто бы мог подумать, что область досужего интереса Навани окажется такой полезной! Если же вероломная Аксиндвет ускользнет у него из рук, придется проделать следующую часть без нее. У него есть свой ученый, и, признаться, создаваемый им свет поражает. Свет, каким-то образом способный убивать Приносящих пустоту! Как Вашеру удалось…
Гавилару почудилось, что Буреотец издал тихий треск. Молния? Как мило!
– Ты никогда не оспаривал мои действия, – сказал Гавилар. – Я бы предположил, что возвращение Приносящих пустоту противно самой твоей природе.
«Иногда противостояние необходимо, – ответил Буреотец. – Тебе понадобится противник, если ты станешь защитником».
– Дай мне это, – повелел Гавилар. – Сейчас же. Сделай меня Вестником. Мне это нужно.
Буреотец повернул к нему мерцающую голову: «Почти правильные Слова».
– Как, вот эти? – удивился Гавилар. – Требование?
«Так близко. И так далеко».
Гавилар улыбнулся, разглядывая фабриаль и размышляя о заключенном в нем спрене пламени. У Буреотца, кажется, крепнут подозрения, он становится все враждебнее. Если дело примет скверный оборот… удастся ли заключить самого Буреотца в такой фабриаль?
Вскоре пришел Амарам и привел с собой двоих мужчин и двух женщин. Один из них был заместителем Амарама. Остальные трое – наверняка новые Сыны Чести, завербованные из числа важных персон, – получили приглашение на пир и право на аудиенцию у короля. Досадная трата времени, но нужная. Гавилар опознал обеих женщин по описанию, а вот пожилого мужчину в мантии – нет. Кто он? Бурестраж? Амарам любит держать их при себе, чтобы учиться их письму, сохраняя некое подобие воринского благочестия. Для него это важно.
Гавилар поприветствовал каждого гостя лично. Когда очередь дошла до старика, что-то щелкнуло в мозгу. Это Таравангиан, король Харбранта. По всеобщему мнению, человек малозначительный и недалекий. Гавилар бросил взгляд на Амарама. Не будут же они приглашать в круг доверенных лиц самого старика! Следует найти реальную власть, тайно управляющую Харбрантом. Судя по донесениям шпионов, вероятно, это одна из двух женщин.
Амарам кивнул. Тогда Гавилар произнес речь о древних клятвах и Сияющих, о славном прошлом и радужном будущем. Речь была хороша, но уже немного навязла в зубах. Некогда его слова вдохновляли войска, теперь же он тратил свою жизнь на собрания. Договорив, он предложил гостям выпить.
– Меридас, – шепнул Гавилар, утянув Амарама в сторону, – эти встречи начинают утомлять. Мой эксперимент удался. У меня есть оружие.
Амарам вздрогнул и тихо ответил:
– Хотите сказать…
– Да, когда мы вернем Приносящих пустоту, у нас будет новое средство борьбы с ними.
– Или новое средство контроля над ними, – прошептал Амарам.
Так-так, это что-то новенькое. Гавилар задумчиво оглядел друга, оценивая скрытые в его словах амбиции.