Брендон Сандерсон – Ветер и Правда. Том 1 (страница 167)

– Его – или это – убили простые люди.

– Простые или необычные, – сказала Шаллан, – но бога богов убили его собственные творения. Да, я могу понять, почему Вражда боится Мишрам. Порой родителям больше всего следует страшиться собственных детей.

Она подняла нож, перепачканный кровью Мрейза.

– Да, ты помог меня сотворить. Других это не спасло.

Она ударила, но Мрейз преувеличивал собственную слабость. Похоже, он вобрал немного буресвета: антисвет от нанесенной ранее раны выветрился. Мрейз схватил Шаллан за плечо и отшвырнул в сторону.

Прежде чем он успел ее ранить, его со спины обхватили сильные руки. Из белого светящегося тумана соткалась Сияющая в физическом воплощении. Шаллан ударила его ногой в живот и надвинулась на него, готовясь сделать то, что требуется.

И тут ей на ухо зашептал голос – ее же собственный.

– Давай, Шаллан, сделай это, – сказала Бесформенная. – Прикончи его.

Шаллан замерла и, поискав глазами в тенях по углам шатра, обнаружила там ее фигуру. Шаллан, только с клубящимся черным туманом вместо лица. Навевающим ужас.

– Убей его, – проговорила Бесформенная. – И убей Далинара, который вечно относится к тебе предвзято.

– Никогда, – прошипела Шаллан.

Сияющая исчезла, выронив Мрейза.

– Далинар теперь твой отец, – сказала Бесформенная. – Навани – твоя мать. Ты им навредишь, как и всем остальным до них. Ты будешь разрушать, потому что не способна создавать, а все твои якобы творения – всего лишь иллюзии. Развеиваются в считаные мгновения.

– Нет, – сказала Шаллан. – Нет, я…

– Остальные возвращаются с Таленелем. Они найдут нас здесь и узнают, что мы снова обманули. Это неизбежно. – Бесформенная двинулась к ней. – Такова наша суть.

Шаллан переводила взгляд с нее на Мрейза. В панике она прошептала:

– Глис, Туми, вытащите меня отсюда!

Световые нити потускнели, пока Далинар вместе с другими Вестниками шагал по лагерю. Не исчезли, а слегка померкли в ожидании десятого человека.

Далинар ощущал внутри себя силу, но как отголосок. Как воспоминание. Она не была настоящей. Он же не приносил той клятвы на самом деле… Он ее исполнит, разумеется, поскольку и так намеревался это сделать. Клятва – самая могущественная вещь, о какой он знал, и без клятв он бы не стоил собственного имени. Он допускал ошибки, убивал дорогих ему людей, но он никогда не нарушит клятву.

Сияя буресветом, они шли мимо таращившихся на них солдат, продвигаясь из центра лагеря к его окраине. Пока не нашли его.

Далинар видел Тальна в будущем: громадного воина с нечеловеческим телосложением и мышцами. Сейчас перед ним стоял тот же человек, такого же немыслимого роста, но… обычного сложения. Слегка обрюзглый, в съехавшей на сторону тунике, перехваченной слишком слабо затянутым поясом. Он ухаживал за лошадьми.

– Конюх? – скептически спросил Ишар. – Разве его не убрали с передовой и не запретили ему брать в руки оружие?

– Да, – подтвердил Йезриен. – Нейл, это плохая идея.

– Честь сказал, что нужен кто-то, кто имел дело с богами, – сказал Нейл. – Что ж…

Остальные переглянулись. Далинар улучил момент и бросил взгляд на Навани: та, играя роль Шута, оставалась с краю, держась за руки с Гэвом. Она кивнула ему.

– Как? – с любопытством спросил Далинар у Йезриена. – Как именно он имел дело с богами?

– Ты что же, так легко забыл? – откликнулся Ишар.

– Слишком многое занимало мои мысли, – ответил Далинар. – Освежи мою память.

– Его душа искажена после попытки убить Культивацию, – сказал Йезриен.

– Он заслуживает второго шанса, – проговорил Нейл. – Нам пойдет на пользу, если среди нас будет кто-то, кто не является королем. – И продолжил громче: – Тальн!

Тот оглянулся, отвлекаясь от лошадей, и у Далинара внутри что-то сжалось при виде его улыбки. Открытой, без тени боли или страха.

– Нейл! – воскликнул он, подбегая, тряся брюшком. – Ты светишься. Я думал, ты терпеть не можешь потоки.

– Тальн, я хочу кое с кем тебя познакомить. – Нейл повернулся к Ишару. – Ты можешь попросить Честь присоединиться к нам?

– Он занят, – ответил Ишар, склонив голову набок. – Минутку…

Вскоре явился Честь, светозарный и великолепный в своих золотых одеждах. Далинар вновь ощутил вибрацию и гул силы, а связывавшая его с богом нить света вспыхнула ярче.

– Таленель, – произнес Нейл, – это Честь.

Тальн нахмурился. Он не поклонился и не выказал почтения, посмотрев богу прямо в глаза.

– Я так долго ждал этого момента. И вот я здесь. Без своего оружия.

– Этот?! – вопросил Честь. – Вы же знаете, что он совершил.

– Ты искал кого-то, кто имел дело с богами, – сказал Нейл. – К тому же я хочу, чтобы среди нас бытовали разные мнения. Для равновесия.

Тальн по-прежнему неотрывно смотрел в глаза богу.

– Ты уничтожил целый мир. Мир моей бабушки.

– Я… сожалею об этом, – ответил Честь. – Клянусь своей собственной силой, что не допущу подобных разрушений вновь.

С минуту Тальн стоял молча. Когда он заговорил, голос его отдавал прохладцей:

– Что ж, полагаю, все заслуживают второго шанса, даже боги.

Он отступил назад, успокаивая лошадь, которую взволновал раскат грома в небе.

Далинар, не удержавшись, пошел вместе с ним.

– Ты не таков, как я ожидал, – сказал он.

Тальн прищурился:

– Что, Калак? Все еще расстраиваешься, что я потерял оружие, которое ты мне дал? – Он потрепал лошадь по шее, потом ткнул пальцем себе через плечо. – Это чужеземный король, как я понимаю. И вы все светитесь. Вы, надеюсь, не собираетесь поджечь землю?

– Я точно не намерен, – сказал Далинар. – Что с тобой случилось?

Ответа он не получил.

За их спинами Йезриен спросил:

– Нейл, ты уверен, что это хорошая идея?

– Разве нам не следует включить в свои ряды человека, который бы представлял другой мир? – отозвался Нейл. – Мир людей, которые не могут просто передать лошадей кому-то, кто о них позаботится? Мир, где ты, износив сандалии, ходишь босиком, а не отбираешь их у стоящего рядом? – Он обвел взглядом каждого из них. – Если мы намереваемся защищать народ, разве не следует кому-то представлять народ?

– О чем речь? – тихо спросил Тальн, посмотрев на них.

– О бессмертии, – ответил Танаваст, и его голосу вторил гром в вышине. – Я предлагаю его тебе, Таленель.

– А-а, ясно, – отозвался Тальн. – Нет, благодарю. Со всем почтением.

– Прости? – не поверил своим ушам Танаваст. – Разве не этого втайне желает каждый человек?

– Я слышал слишком много историй, – ответил Тальн. – Прожитые века не идут людям на пользу. Впрочем, если у тебя есть новая пара сандалий, я бы не отказался.

– Но я предлагаю невообразимую силу, – сказал Танаваст.

– Я многое способен вообразить, – парировал Тальн, – и кое-что из этого прямо-таки ужасно. Пожалуй, я пас.

– Что же, – проговорил Ишар, – он это сказал. Давайте найдем кого-то другого.

– Нет, – возразил Нейл. – Он идеально подходит. Тальн. Я знаю, что случается, когда сила и власть достается лишь тем, кто ее жаждет.

Тальн помедлил и вновь обернулся к Нейлу.