Брендон Сандерсон – Утраченный металл [litres с оптимизированными иллюстрациями] (страница 81)

– Масиль – пиявка. – Армаль указала на соседку. – Лечиться он может, но все прочие силы мы из него выкачали.

Мараси кивнула, стиснув зубы от боли и воспоминаний о пережитом разжигании.

– Пусть все здешние алломанты как можно скорее соберутся тут.

– Зачем? – спросила Армаль, подойдя к ней.

– В одной комнате огромный резервуар энергии, и скоро там откроется портал в ужасный мир, – объяснила Мараси. – Разберемся с этим по старинке: израсходовав всю эту энергию с помощью наших способностей.

Посадив Уэйна на спину, Вакс поскакал через город по направлению к «Роще». Оттолкнувшись в последний раз от ближайшего небоскреба, который был вдвое ниже башни, он направился сквозь туман навстречу судьбе.

На верхних этажах башни были балконы, до которых мог добраться сильный стрелок. Если враг дальновиден, то наверняка предусмотрел попытки проникнуть в здание через балконы. Но более удобного варианта не было. Чем выше поднимешься сразу, тем меньше расстояния придется преодолевать внутри, где каждый фут придется выгрызать с боем.

Вакс выбрал своей целью широкий балкон с двумя большими темными окнами внутри. Якорь был уже далеко, и толчка едва хватило, чтобы аккуратно приземлиться среди небольших цветочных горшков.

– Эх, – разочарованно выдохнул Уэйн, слезая со спины Вакса. – Надо было прямо в окно влететь и разнести стекло! Было бы эффектно!

– Отличный способ заработать кучу резаных ран. – Вакс сместился за окно, чтобы не показываться тем, кто внутри. – Я лечиться не умею. Ты уже толком не можешь. Тем более тут есть дверь.

– А Вознесшаяся Воительница так сделала, – проворчал Уэйн.

– Когда?

– Прямо перед тем, как Вседержителя убить.

– С каких пор ты это знаешь?

– Так в детской книжке Макса написано, – ответил Уэйн. – Мы с ним иногда вместе читаем. Как раз мой уровень.

Вакс подергал дверь слева от окон, но та оказалась заперта.

– Убийство Вседержителя? – удивился он. – Не слишком жестоко для детской книжки?

– Дружище, – ответил Уэйн, – когда речь заходит о религии, убийства не считаются жестокостью. Ты что, таких простых вещей не понимаешь?

– Видимо, нет, – ответил Вакс. – Я…

Он запнулся, потому что внутри за окнами зажглись ослепительные прожекторы. Вакс вжался в стену, Уэйн – рядом. Он отважился заглянуть внутрь и увидел перед прожекторами вооруженных людей.

Окно разлетелось вдребезги под шквальным огнем.

– Проклятье, – прошептал Уэйн, когда стрельба стихла. – Это солдаты. Я приехал в Бассейн, чтобы расследовать небольшое дельце о железнодорожных составах, которые грабили хитрым способом. Как, во имя Разрушителя, я вляпался в историю о темных богах, армиях, разрушительных бомбах и… призраках? Вакс, мы ведь еще не обсудили призраков.

Вакс вытащил из-под плаща Большую Пушку, которую пристегнул на время полета.

– Можешь отвлечь их, пока я захожу с фланга?

– Жуткое Дерево? – улыбнулся Уэйн. – Будем делать Жуткое Дерево!

– А здоровья у тебя хватит?

– Дружище, для Жуткого Дерева мне не нужно здоровье. Просто смотри.

Вакс кивнул, снял туманный плащ и передал Уэйну вместе с запасным револьвером, который Уэйн принял с неожиданным спокойствием. Обычно для Жуткого Дерева требовалось кинуть несколько патронов в огонь или что-нибудь в этом духе.

Уэйн начал стрелять в окно, специально размахивая лентами туманного плаща, чтобы солдаты приняли его за Вакса. К этому добавлялась пугающе точная вокальная имитация.

Люди заостряли внимание на Ваксе. Забывали обо всем на свете, когда им выпадала возможность сразиться с легендарным стрелком-законником. В последнее время, когда газеты начали приукрашивать его достижения, стало даже хуже. А находка и использование самих Браслетов Скорби уж точно не повредила его репутации.

Пока солдаты отвлеклись на Уэйна, Вакс быстрым толчком засова открыл дверь. Когда он смотрел снаружи, заметил, что эта дверь ведет не в комнату с солдатами, а в отдельное смежное помещение. Открыв ее, он увидел узкий коридор.

Вакс предполагал, что их враги вскоре воспользуются коридором, чтобы попасть на балкон. Поэтому быстро скользнул внутрь и толкнулся к потолку над дверью с другой стороны и удержался там с помощью гвоздей в половицах. Как и ожидалось, небольшая вооруженная группа вышла в темный коридор, и тут же ее окутал яркий свет прожекторов. Ослепил.

В стародавние времена алломанты, особенно рожденные туманом, считались чем-то вроде призраков. Или воплощениями самих туманов. Тихими, скрытными, почти бесформенными. Вакс прекрасно понимал, откуда брались такие мифы. Когда трое солдат тесной группой прошли под ним, он спрыгнул и разделался с ними по старинке: подбросил несколько монет и всадил им в головы сзади. Ни единого выстрела. Ни вскриков от боли. Лишь тела с глухим стуком упали на пол.

Солдаты оставили дверь открытой, и Вакс заглянул в комнату. Специально подготовленные прожекторы перемещались на колесиках. Вероятно, у Круга были часовые, следившие за Ваксом, пока тот скакал по крышам внизу, и засаду устроили, исходя из их сведений.

Отвлекающий маневр Уэйна работал прекрасно. Солдаты выстроили прожекторы в ряд посреди комнаты, а сами разместились между ними, стреляя алюминиевыми пулями.

Уэйн оказался прав: это были не просто вооруженные как попало бандиты в грубой одежде, с которыми они сражались на заре карьеры. У этих солдат была красная униформа и современные новаторские винтовки. Они стреляли аккуратно, с колена, следя за положением тела. Несколько двинулись вдоль левой стены, чтобы окружить Уэйна.

К несчастью для них, за своими флангами они не следили. И пусть на алюминиевые винтовки нельзя было воздействовать стальными толчками, к гигантским прожекторам это не относилось. Прибавив себе веса, чтобы стать устойчивее, Вакс столкнул прожекторы вместе, раздавив стоявших между ними солдат.

Он расплющил всю эту груду о дальнюю стену, затем уменьшил вес и проскользил по полу, пользуясь гвоздями в стене как якорями. На другой стороне комнаты он сгруппировался и снова толкнул груду металла, метя в оставшихся солдат. Те вылетели в окно и скрылись в тумане вместе с металлоломом.

Секунду спустя в сумрачную комнату вскочил Уэйн, бросил Ваксу туманный плащ.

– Извини за дырки.

– Пара дырок не… – начал Вакс, но тут заметил, несмотря на слабое освещение от единственной уцелевшей лампы на потолке, что в плаще не меньше шестнадцати дырок. Некоторые были даже в лентах. – Как же ты сам избежал ранений?

– А меня не было там, куда летели пули, – ответил Уэйн.

Вакс набросил плащ на плечи. У него было три пистолета. Большая Пушка в левой руке. Переживший Сталь, алюминиевый револьвер, заряженный обычными свинцовыми пулями. И Виндикация, с алюминиевыми пулями и двумя особыми туманными патронами для металлорожденных.

– Ну что, поднимаемся по лестнице? – спросил Уэйн.

Вакс кивнул. Чтобы забраться на вершину башни снаружи, понадобилось бы снаряжение для скалолазания, не говоря о том, что там они были на виду у снайперов Круга.

Уэйн достал дуэльную трость. Вакс посмотрел на него и помотал головой.

– Но… – возразил Уэйн.

– Гармония знал, – тихо сказал Вакс. – Знал, чем я должен стать.

Судя по всему, у них было время на короткую передышку, хотя новые враги наверняка уже выдвинулись на перехват. Поэтому Вакс полез в карман и достал крошечный фрагмент металла. Сунул его в ухо, после чего осторожно, трепетно даже, проверил каморы Виндикации, убеждаясь, что все патроны заряжены.

Как и прежде, надев серьгу из треллиума, он почувствовал отрыв от реальности. Но его не одолели видения. Он почувствовал, что Тельсин его заметила, и услышал – очень слабо, – чем она занималась. Раздавала приказы. Голос звучал отчаянно.

Она была наверху. На вершине. Он чувствовал это.

«Ваксиллиум, – раздался голос у него в голове. – Тебе следовало убраться из города, как я предлагала».

Он щелкнул барабаном револьвера, проверяя следующую камору.

– Пришел прибраться за нашей семейкой, – ответил он.

«Как драматично, – сказала Тельсин. – Ты…»

– Тельсин, не вынуждай меня. Не провоцируй.

Она не сразу ответила. Раздавались лишь щелчок за щелчком, камора прокручивалась за каморой.

«Ваксиллиум, ты по-прежнему испуганный ребенок, – сказала Тельсин. – Столько лет прошло, а ты все так же не любишь рисковать. Не замечаешь ничего, что не вписывается в твой ограниченный образ мышления. А меня ждут невероятные свершения».

– Тебя ждет смерть, – тихо ответил Вакс.

«Вакс, тебе до меня тридцать этажей, охраняемых сотнями солдат Тайной Стражи. Лучшими из лучших. Они тебя остановят».

Он закрыл барабан Виндикации.

«Ах, Вакс, – продолжила Тельсин. – Ты так ничего и не понял. Тебе меня не одолеть. Ты слишком ограничен в идеях. Что бы ты ни придумал, я всегда буду на шаг впереди».

Он сунул Виндикацию в кобуру и выпил еще флакон стали – из присланных Гармонией. Наконец он взял в руку Большую Пушку. Ранетт объяснила, на что способен этот пистолет. Поэтому Вакс поднял стальной пузырь, несмотря на то что враги были вооружены алюминием.

– Тельсин, – сказал он, – а не находишь иронии в том, что, сколько бы ты ни твердила о своей дальновидности, ты постоянно недооцениваешь меня? Если бы ты действительно обладала даром предвидения, то разделалась бы со мной сразу же, как только я вернулся в Элендель семь лет назад.