Брендон Сандерсон – Талант под прикрытием (страница 30)

– Да? – ощерилась она. – А сидеть с глупым видом на полу – это не в пользу? На себя посмотри!

Я посмотрел. И кажется, залился краской.

– Бастилия, девочка моя, – сказал Синг. – Как-то это… слишком. Даже для тебя.

Бастилия зарычала сквозь зубы и отвернулась.

– Ёкалэмэнэ, – буркнула она затем и в отчаянии наподдала ногой кучу соломы. – Как подумаю, что старика Смедри… Он, конечно, старый дурак, но все равно… Его же сейчас, может, пытают.

И она снова пнула солому. Та довольно забавно подлетела и шмякнулась на пол, вот только смеяться никому из нас не хотелось.

– Мы все за него переживаем, Бастилия, – сказал Синг.

– Ты не понимаешь, – воскликнула Бастилия, вытаскивая стебельки, запутавшиеся в ее серебряных волосах. – Я же рыцарь Кристаллии! Я клятву давала защищать окуляторов Свободных Королевств! Меня назначили его личной охранницей. Предполагалось, что я не дам в обиду старого Смедри. Не допущу, чтобы он во что-нибудь влип.

– Да, но…

– Нет, Синг, – прервала его Бастилия. – Тебе не понять. Ливенворт – чистокровный Смедри, прошедший полное обучение. Более того, он член Совета окуляторов, он является другом десятков королей и правителей, ему доверяют. Можешь вообразить, какого уровня государственные тайны ему известны?

Синг нахмурился.

– Как ты думаешь, – продолжала Бастилия, – почему Совет так упорно настаивает, чтобы при нем всегда находился рыцарь Кристаллии, готовый его защитить? Да, он вечно ноет, что ему-де совершенно не нужен охранник, или рыцарь. Совет, может, и пошел бы у него на поводу – в те давно минувшие времена, когда на кону была всего лишь его жизнь. Но ему столько всего известно, Синг, ты себе не представляешь! Поэтому меня к нему и приставили, и я должна была костьми лечь, но не дать его в обиду. – Она вздохнула и аморфно сползла по стене. – А я оплошала.

И тут я задал самый идиотский вопрос, какой только можно.

– Почему именно тебе его поручили? – спросил я. – Если он такая важная птица, набитая государственными тайнами, почему выбрали тебя?

Согласен, тут язык у меня забежал вперед головы. Прозвучало это довольно бестактно, к тому же бестактность ничем оправдана не была.

Но и вы согласитесь, что задавались тем же вопросом!

Глаза Бастилии округлились от гнева, я ждал яростной вспышки, но ее не последовало.

– Я не знаю, – безвольно ткнувшись в колени лбом, прошептала Бастилия. – Они мне не сказали. Никаких объяснений. Меня же только-только в рыцари посвятили… И такое вот поручение…

Мы все замолчали.

Потом я поднялся на ноги. Подошел к решетке и опустился на колени.

«Я ломал автомобили, кухни и даже кур. Я разрушал жилища и имущество хороших людей, которые меня брали к себе. Я разбивал сердца тем, кто пытался меня любить. Я МОГУ сломать тюремную камеру, куда меня заключили!»

Я стиснул прутья руками, закрыл глаза и сосредоточился.

«Сломайтесь!» – мысленно приказал я. По моим рукам, пощипывая электричеством, пронеслись силовые волны и врезались в решетку.

И – ничего. Ничего не произошло.

Я открыл глаза и раздосадованно скрипнул зубами. Прутья как ни в чем не бывало торчали на прежних местах. Ни скола, ни трещинки.

Замок тоже был из стекла, и что-то нашептывало мне, что против него мой Талант будет бессилен.

Помните, что я говорил насчет трансформации? Бывают случаи, когда упорствовать и стараться попросту бесполезно. Сила наших желаний далеко не всегда способна изменить мир. Если бы дело обстояло иначе, если бы всегда срабатывала поговорка «Терпение и труд все перетрут», мир был бы гораздо более приятным местечком.

В художественной литературе об этом очень не любят писать. К сожалению, перед вами не роман в жанре фэнтези, а документальный рассказ. Вот она, причина, не позволившая вырваться из тюрьмы только потому, что мне уж больно этого захотелось.

Позвольте, однако, в связи с этим кое-что уточнить. Упорство – я имею в виду истинное упорство – не равнозначно простому хотению. Это еще и умение найти вполне реальный способ претворить свое желание в жизнь.

Эту мудрость мне еще предстояло постичь.

«Не получилось с прутьями? Ну что ж…»

Я оставил в покое решетку и утвердил ладонь на каменных плитах пола. Это были широкие и толстые плиты, связанные гладкими полосками раствора. Прутья были вмурованы непосредственно в камень.

Улыбнувшись, я снова прикрыл глаза и сосредоточился. К тому времени я лишь считаные разы намеренно применял свой талант, но уже чувствовал, что приобретаю некоторый опыт. По крайней мере, вызывать силовую волну и направлять ее по руке мне уже удавалось.

Раствор под моими пальцами начал негромко потрескивать. Я сконцентрировался пуще прежнего, устремляя наружу потоки разрушительной силы.

КРАК!..

Открыв глаза, я обнаружил, что сижу среди пыли и щебня. Плиты пола под моими ладонями и коленями рассыпались вдребезги.

Я аж сам удивился, сколько камня мне удалось расколотить. Синг вскочил на ноги, изумленно взирая на мое достижение, и даже Бастилия оторвалась от своих скорбных раздумий. По всему полу, до самой тыльной стены, пролегла паутина трещин.

«Мне то и дело твердят, какой у меня могучий талант, – подумал я вдруг. – Интересно, сколько всего я мог бы сломать в один присест, если бы задался такой целью?»

Я нетерпеливо схватил прут решетки и принялся его дергать. Он не сдвинулся с места. Даже не шелохнулся.

– Ты вправду полагал, что это сработает? – прозвучал насмешливый голос.

Я вскинул голову и увидел, что к нам подошел тюремный охранник. По одежде его можно было принять скорее за Библиотекаря. Старомодная вязаная безрукавка поверх розовой рубашки на пуговках, с розовым же галстуком-бабочкой чуть более темного тона. И даже очки у него были подклеены скотчем.

Отличался он от стандартного библиотечного работника только одним: своими габаритами. Ростом он был примерно с Синга, но по мышечной массе превосходил его как минимум вдвое. Этакий суперсолдат-культурист, который под настроение набил морду злополучному интеллигенту и, не иначе для маскировки, влез в его шмотки.

Он улыбался, пристукивая кулачищем по ладони. На поясе у него висел меч, а очки – скотч там, не скотч – были темные, в точности как у Синга и Бастилии. Мельком отметив это про себя, я в который раз поразился несправедливости. Ну почему воины носили темные очки, а я как дурак должен был напяливать розовые?

Мне и до сих пор это кажется несправедливым.

– Камни – они тут просто так, для красоты, – сказал мне Библиотекарь. – Камера целиком сделана из стекла усилителя. Она сплошная, только спереди решетка. Так что камни ломать без толку. Думаешь, мы тут не в курсе, на что способны ловкие Смедри?

«Далеко стоит… не достать, – подумал я с досадой. – Хотя… погодите-ка! Что там дедушка Смедри говорил насчет того, как я разнес пистолет киллера?»

Тот чувак мне угрожал. И я инстинктивно, не осознавая того, употребил свой талант себе во спасение.

Причем на расстоянии…

Я потянулся и подобрал несколько щепок от ведра, которое приговорила Бастилия. Здоровяк-Библиотекарь фыркнул и повернулся ко мне спиной, направляясь обратно на свой пост. Я примерился и запустил в него щепкой сквозь решетку.

Деревяшка угодила ему по затылку. Он оглянулся, и следующая щепка отскочила у него ото лба.

– Ты там!.. – рявкнул он грозно.

Тут ему пришлось отдернуть голову, уберегая глаза.

– Алькатрас, – нервно окликнул Синг. – Будь благоразумнее!

А вот Бастилия, та, наоборот, поднялась и встала у решетки рядом со мной. Я бросил новую щепку.

– А ну прекрати! – Библиотекарь шагнул к нам, замахиваясь кулаком.

Пятая щепка угодила ему в грудь.

– Так, – сказал он и потянул меч из ножен. – Я те дам!

И он ткнул мечом сквозь решетку, думая меня отогнать.

Бастилия ответила мгновенным движением. Я изумиться не успел, как она сцапала его меч прямо за лезвие, как-то ухитрившись при этом не порезаться, и рванула к себе. Библиотекарь потерял равновесие и, не желая отпускать рукоять, качнулся к решетке.

Стремительный шаг – и Бастилия сгребла его за волосы, после чего резким движением приложила лбом о решетку.

Меч звякнул о камни. Секундой позже рядом распласталось бесчувственное тело «суперсолдата». Припав на колени, Бастилия за руку подтащила его к самым прутьям и принялась обшаривать карманы.

– А ты молодец, Смедри, – признала она. – Неплохо сработано.

– Старался, – сказал я. – Ну а ты его просто суперски завалила!

– Подумаешь… – Бастилия нашарила в его кармане стеклянную сферу. – Делов-то – угомонить библиотекарского братка.

– Пара пустяков для обученного рыцаря Кристаллии, – кивнул Синг. – Но у тебя прямо стратегический ум, Алькатрас! Как ты догадался, что он сорвется и решит вытащить меч?