Брайан Ламли – Исчадие ветров (страница 66)
Своими откровениями путешественникам удалось преодолеть недоверие жителей пещеры — реальное или надуманное, и теперь в воздухе носились слова «Материнский мир!», «Борея!», «тысяча кораблей», «женщина по имени Морин!», «плащ, который летает!».
В конце концов седой мужчина — похоже, что местный вождь, — вышел из себя, поднял руки и закричал:
— Тихо! Новостей много, а времени, чтобы их обсуждать, мало. Мы немедленно соберем совет, но сперва… — Он повернулся к путешественникам. — Ты, — обратился он к Силберхатту, — похож на великого воина, хоть и ростом мал, и твой друг называет тебя вождем. А ты, — седой повернулся к де Мариньи, — у тебя есть плащ, на котором ты летаешь по небу, как птица. Я должен посмотреть на это чудо. Вдобавок ко всему, хоть вы двое и не похожи на колдунов, но говорите, будто бы пришли из других миров. Что ж, — кивнул он, — поверим, что вам подчиняются могучие силы, осталось увидеть, как вы с ними управляетесь. Перед тем как созвать совет, я хочу узнать кое-что еще. Когда придут викинги, будете вы…
— Само собой, будем! — прервал Силберхатт. — Если мы все еще будем здесь, когда придут викинги, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы вам помочь. — Он посмотрел на товарища. — Так, Анри?
— Так, — подтвердил тот. И откуда-то с высоченного потолка, куда не достигал свет, летучие мыши поддержали его своим зловещим визгом.
После заседания совета в честь гостей с Бореи был устроен праздник, они пили, ели и перезнакомились с доброй половиной пещерных жителей. Неоднократно путешественники заводили разговор о том, как бы им увидеть Морин, но всякий раз им отвечали, что сейчас это невозможно, ибо Темночас еще не кончился, а в потемках никто не осмелится проводить их к ней.
Дело было в том, что Морин жила не в пещере — тяжесть горы над головой давила на нее. Ей больше по душе были покрытые лесом внутренние склоны гор, там была ее собственная пещера — высоко на склоне одного из пиков за центральным озером. Там ее можно найти — ее и свиту из верных ей летучих мышей, но только после Темночаса, а пока лучше отдохнуть с дороги и воздать должное кушаньям и питью. Путешественникам сказали, что они среди друзей и поэтому могут спокойно выспаться, а как станет светло, их разбудят и проводят к Морин.
Предложение пещерных жителей звучало здраво, однако де Мариньи долго не мог заснуть — так крепко засели в его голове мысли об этой загадочной Морин и о том, что она сможет расшифровать каракули Аннахильд на клочке мягкой кожи. Де Мариньи был уверен, что еще чуть-чуть — и он отыщет Часы Времени, и предвкушение этого момента вышибло из головы весь сон.
Однако в конце концов он уснул — сказывались усталость и стресс после путешествия по темным тоннелям, а также выпитый на празднике эль, но сон нельзя было назвать спокойным.
Два раза он судорожно вскакивал от приснившегося кошмара, нервно оглядывался вокруг и видел в ярком свете, падавшем из входного отверстия, свою меховую постель, спящего на соседней койке Силберхатта и огни часовых на уступах большой пещеры. В третий раз он заметил гигантскую летучую мышь, что висела вниз головой на каменном потолке почти рядом с ним, словно дикая пародия на сторожевого пса.
Глаза рукокрылого создания блеснули, летучая мышь посмотрела на него, а затем на спящего Вождя. Силберхатт пошевелился во сне, все его тело напряглось, но в следующий миг он расслабленно растянулся на мехах и глубоко вздохнул, продолжая спать. Летучая мышь снова повернулась к де Мариньи, и ему показалось, что она почуяла, что он не может заснуть.
Тут же он ощутил, как тревога и отчаяние покидают его, а взамен неведомо откуда пришло чувство покоя. Без какой-либо обиды он понял, что таким образом ему поет колыбельную летучая мышь — гигантское создание, мелкие земные родственницы которого на Земле ассоциируются с ночью и с пугающей бездной кошмара. Висящее на потолке существо прогнало прочь его страхи и успокоило встревоженный разум, и столь убедительным было это гипнотическое воздействие, что де Мариньи отдался ему полностью и быстро заснул спокойным сном без сновидений.
Разбудило его хлопанье кожистых крыльев той же самой летучей мыши и короткая команда Силберхатта, ворвавшаяся в подсознание. Приподнявшись на локте, де Мариньи увидел, что Вождь сидит на кровати и смотрит летучей мыши в глаза, а та висит перед ним в воздухе, хлопая могучими крыльями. Рукокрылое создание принесло очень важную информацию, об этом де Мариньи догадался по его движениям, но понять, что именно существо сейчас телепатически передавало техасцу, он не мог. Пусть Титус Кроу в свое время и говорил де Мариньи, что у него есть зачатки телепатии, но никакой практики у него толком не было.
Тем не менее он попробовал догадаться, а догадавшись, ужаснулся. Он знал, что если Вождь что-то обещает, то никогда не нарушает слова.
— Викинги? — спросил он.
Вместо ответа Силберхатт лишь кивнул. Он не отрываясь смотрел в глаза летучей мыши. Ее могучие крылья раскидали золу в очаге и при каждом взмахе раздували уголья до ярко-красного пламени.
— Они здесь? — снова спросил де Мариньи. — Уже здесь?
— В нескольких часах отсюда, Анри, а нам еще многое нужно успеть.
— Я знаю, — ответил де Мариньи с некоторой горечью. — Раз мы обещали — поможем.
— Нет, — сказал Вождь, повернувшись к нему. — Я обещал.
Летучая мышь убедилась, что ее поняли правильно, и улетела во мрак большой пещеры. Силберхатт положил де Мариньи руку на плечо.
— Я обещал, Анри, — повторил он. — Мне и выполнять.
— Но я…
— Дружище, никаких «но». Я именно об этом говорил после праздника со старым Скальдсоном — здешним вождем. Ты отправишься к Морин, а я посмотрю, как обстоят дела с обороной тоннеля. Горы защищать довольно легко — дюжина мужчин, спуская оползни по внешним склонам, может надолго задержать армию викингов, но вот тоннель — совсем другое дело. Ловушки, которые они там понастроили, штуки эффективные, но одноразовые. Как только упадут все камни, уцелевшие викинги пойдут дальше, еще более злые, чем были, и покончат со всем здешним народом.
— Думаешь, они заберутся настолько далеко? — спросил де Мариньи.
Силберхатт кивнул:
— Даже не сомневаюсь. Их слишком много — на кораблях их несколько тысяч, и в бой их поведет известный нам Харальд. Я узнал все это из мыслей летучей мыши. Рукокрылые до сих пор следят за длинными кораблями и убивают викингов при первой же оказии — ну и расплачиваются за героизм своей жизнью.
— Но я не могу все бросить и пойти разыскивать эту девушку, когда ты будешь…
Вождь перебил его снова:
— Анри, это приказ. Нам нужно расшифровать записку, чтобы найти Часы Времени. Мы оба знаем, что они должны быть где-то рядом, а с Часами…
— Мы разгромим всю их армию!
— Именно! — Вождь хлопнул его по плечу. — Ладно, пока ты ходишь, я свяжусь с Армандрой. С Часами или без Часов, но долго задерживаться нам здесь ни к чему. Плюс к тому для меня есть работа в тоннеле. Там куча мест, где можно поставить дополнительные ловушки, и если я возьму помощников из местных и мы начнем со входа, то сможем их так задерживать по всей длине тоннеля. Ну а ты бери свой плащ и лети знакомиться с Морин и возвращайся, пожалуйста целым и невредимым.
— Ну а вдруг я вернусь слишком поздно? — мрачно протестовал де Мариньи. — Викинги-то уже совсем недалеко.
— Это да, но тебе все равно пора идти. Проход во внутреннюю долину долгий, темный, запутанный, и мало ли, что там может быть. Но… — Вождь задумался. — Стой, есть идея!
— Идея? Какая?
— Когда мы искали проводника к Морин, мы думали, что это будет проводник-человек. Однако… — Он снова замолчал, нахмурился и прикрыл глаза. Де Мариньи хотел было спросить, что с ним, но Вождь поднял ладонь, призывая к молчанию.
Скоро раздалось хлопанье крыльев, и в их пещеру влетела громадная летучая мышь. Вождь широко раскрыл глаза и посмотрел на нее. Де Мариньи понял, что между ними идет молчаливый телепатический разговор. Когда мышь улетела, Силберхатт посмотрел на друга и усмехнулся.
Но прежде чем он открыл рот, де Мариньи уже все понял:
— Летучая мышь? Моим проводником будет летучая мышь?
— Точно. Одна из рукокрылых только что прилетела от Морин. Надевай плащ и лети за ней по тоннелю на внутренние склоны. А как вылетишь из горы, перемахнешь озеро и будешь на месте.
— Но как я в тоннеле видеть буду? Там темно.
— Возьми с собой факел, — посоветовал Вождь, — сможешь?
— Это слишком опасно, — ответил де Мариньи, — а вдруг плащ загорится? Я даже не знаю…
— Ну тогда обвяжитесь с проводником веревкой, что ли, какой-нибудь, чтобы не потеряться, — отрезал Силберхатт. — Придумай что-нибудь, Анри! Встреча с Морин — на тебе, у меня сейчас будет полно работы. Жители пещеры телепатией не владеют и поэтому еще не знают, что викинги совсем рядом. Я очень надеюсь, что они уже оклемались после вчерашней пьянки, потому что нам всем придется выкладываться по полной!
Де Мариньи летел в кромешной тьме пещеры вслед за огромной летучей мышью, словно некий слепой, но разумный воздушный шарик — он привязал себя к рукокрылому созданию веревкой и благодаря этому не беспокоился о препятствиях — нужно было только постоянно синхронизировать с «проводником» направление и скорость полета. Летучая мышь издавала резкий зловещий визг, а де Мариньи вспоминал предшествующие события. Они с Силберхаттом отправились предупредить жителей пещеры о возникшей опасности, а потом, пока техасец отбирал себе бойцов, он, де Мариньи, долго и настойчиво расспрашивал местного вождя, старого Арнрика Скальдсона, о Морин.