Брайан Ламли – Исчадие ветров (страница 35)
Но волчьи воины разгадали их намерения ничуть не хуже, чем я. Наперерез правому кораблю ринулось сразу несколько боевых нарт; его лыжи сделали просеку в толпе людей и волков, но все же завязли в этом препятствии. С громким треском две лыжи отлетели, корабль накренился и лег на борт. Громко заорали раздавленные тяжелым корпусом люди и звери. Экипаж, как ни странно, не пострадал. Люди и медведи ссыпались на снег и мгновенно построились для пешего боя.
Второму кораблю повезло больше. Его заостренный, словно клюв птицы, нос нанес скользящий удар по кораблю Нортана, отчего оба корабля развернуло вправо. Как только борта соприкоснулись, воины Плато кинулись через фальшборты и схватились врукопашную с командой Нортана. Тут я увидел, что Чарли совершенно верно оценил волков с вражеского корабля: они были не той породы, которая используется для верховой езды, и не могучие упряжные тяжеловозы. Это были поджарые проворные убийцы!
Три или четыре перескочили навстречу нападавшим и принялись бесчинствовать среди команды корабля Плато, а их собратья с рычанием рвали смельчаков из абордажной команды, попавших на корабль Нортана. Но — ах! — через считаные секунды медведи с корабля Плато накинулись на волков, и их изуродованные тела полетели с качавшейся палубы. Корабль же двинулся дальше, оставляя позади промятую кровавую борозду.
Десять таких красных борозд пропахали по белой равнине сквозь строй волчьих воинов корабли с их геройскими командами. Сначала их было десять, потом стало семь — три корабля разбились, словно о рифы, о боевые нарты. И пока я смотрел на происходящее, два корабля, резко повернувшиеся, чтобы подобрать уцелевших товарищей, накренились и упали на бок. Так, за считаные секунды, кораблей стало всего пять, а на равнине закипели суматошные схватки между людьми и животными.
Но нет! Герои с уцелевших снеговых кораблей не могли бросить своих товарищей в столь неравной борьбе. Когда их корабли снижали скорость и останавливались из-за тяжести прилипших к огромным лыжам ошметков мяса и обломков нарт и оружия, команды быстро спускались по трапам на равнину.
Вскоре все опустевшие снеговые корабли безжизненно застыли среди снегов. А вокруг них сомкнули кольца Дети Ветров, обрушившиеся на героических корабельщиков, вступивших в последний безнадежный бой. Когда волчьи воины ринулись на разрозненные кучки героев с плато, захлестнули их, как прилив захлестывает гальку на берегу, и триумфально устремились дальше, я отвел взгляд.
Погибли, все эти смельчаки погибли. Они вышли в поход навстречу смерти с моим именем на устах. Но их жизни не пропали даром — снег, по которому катилась к нам волна волчьих воинов, покраснел от крови сотен людей и волков, раздавленных лыжами, и, конечно же, в рукопашном бою храбрецы с плато собирались недешево отдавать свои жизни.
Между тем корабль Нортана, сбитый с курса столкновением, пошел в разворот. Не обращая никакого внимания на то, что не все соратники успевают разбегаться из-под лыж, предатель описал круг и вернул корабль на прежний курс. Острый нос нацелен точно на ворота центральной гавани, дыхание Итаквы в парусах, а впереди море людей и волков, поспешно уступающих дорогу вновь набравшему скорость кораблю.
Интересно, заметит Нортан звездный камень, который Трейси прибила посередине, возле стыка огромных створок? Отпугнет ли его амулет? Я приказал обвести каждую из этих звезд несколькими концентрическими красными окружностями, чтобы они бросались в глаза атакующим и нагоняли на них страх. Нет, Нортан не может не увидеть звездный камень. Я взял у Чарли бинокль и, приложив немало усилий, чтобы руки не дрожали, сфокусировал изображение на корабле.
Бывший военачальник Плато стоял на высоком баке, глядя вперед прищуренными глазами и оскалив зубы в ухмылке. Он проломит эти ворота, даже если это будет последним, что ему удастся совершить в жизни, и плевать на все, что может ждать его по другую сторону!
Стоя на самом краю грота, я хорошо видел переднюю часть центральной гавани и ее ворота. И как раз в этот момент я снова посмотрел сверху на корабль — как раз тогда, когда Нортан с расстояния в какие-нибудь две длины судна до ворот наконец-то разглядел в ярких кругах звездный камень. Он увидел его и сразу понял, что камень настоящий. Когда это случилось, предатель был в поле зрения бинокля — увиденное поистине ошарашило его!
Ухмылку словно стерло с его лица. Он заплетающимся языком выкрикнул какие-то команды, судорожно размахивая руками, и крепко вцепился в фальшборт. Двое помощников, стоявших рядом, тоже увидели звездный камень и закрыли лица руками. В следующий миг корабль резко повернулся, очевидно, команда в конце концов поняла и выполнила приказы Нортана. Лыжи, врезавшиеся в слежавшийся снег, выкинули в воздух тучу обломков льда. Корабль предателя с сокрушительной силой врезался бортом в ворота.
(
Как только снеговой корабль Нортана остановился, разбив в щепки центральные ворота, до меня из почти вертикального хода донеслись крики и грохот. А еще через несколько секунд раздался дикий вопль. Я обернулся и едва успел отскочить в сторону. С силой брошенное копье мелькнуло мимо меня и вылетело сквозь раззявленную пасть грота.
Сосредоточившись на действиях Нортана, я совершенно упустил из виду происходившее в остальных частях плато. Конечно же, я не мог не видеть, как полчища волчьих воинов приливом накатываются на подножие нашей твердыни, теперь же мне стало совершенно ясно, что им удалось прорваться в один-два малых тоннеля. В проеме одной из пологих штолен появился и застыл на мгновение, широко расставив ноги над трупом юного гонца, воин-эскимос; его голову и плечи покрывал меховой плащ с изображением оскаленной волчьей морды. Промедлив лишь мгновение, он обнажил длинный кинжал и яростно кинулся в грот.
А рядом с входом, невидимый для вражеского воина за скальным выступом, застыл Чарли Такомах, тоже заметивший полет стрелы. Он не издал ни звука, и, когда эскимос сделал шаг, вонзил чекан прямо ему в лицо. Острие грозного оружия пробило лоб застигнутого врасплох противника, его голова раскололась, как спелая дыня, он повалился на спину и вновь исчез из виду, ссыпавшись по крутой лестнице, успев издать лишь короткий захлебывающийся вопль.
Не успел я поблагодарить Чарли, как из того же тоннеля появился наш стражник со значком Армандры. Просто загадка, как ему удалось разминуться с летевшим сверху трупом. Он был забрызган кровью; хорошо, что не своей. Тяжело дыша, он поклонился и сразу обратился ко мне. Говорил он на родном языке, и Чарли наспех переводил его слова.
— Враги прорвались в три тоннеля, и немалое количество людей и волков затерялось в переходах плато. Резервные отряды и стража преследуют их. Один человек уже сдался и по собственной воле сообщил важные сведения. Он был в команде Нортана и сбежал вместе с ним только потому, что очень боялся своего вождя. Нортан хочет разгромить Плато и захватить Трейси и Армандру. Но даже если первое не удастся, то вернуться без женщин ему просто нельзя. Итаква не простит Нортану неудачи.
Меня пронзило ужасное предчувствие.
— Чарли, держи! — Я сунул ему бинокль и махнул рукой в сторону тоннеля, ведущего в глубь плато. — Я должен добраться до Трейси. Она наверху с Джимми Франклином, и, раз волчьи воины смогли-таки прорваться в плато, я не стану полагаться на случай!
Как выяснилось, особых причин для беспокойства у меня пока что не было. Как только я вступил на лестницу, ведущую на нижние уровни и в грот, где Джимми разместил свою катапульту, я увидел, что и он и моя сестра уже поднимаются мне навстречу. Их сопровождали четверо дюжих стражников-эскимосов. Трейси была разлохмачена, Джимми щеголял ушибами и несколькими порезами, но на первый взгляд ущерб ограничился помятым видом обоих. А уж когда Трейси ободряюще улыбнулась мне дрожащими губами, меня и вовсе захлестнуло облегчение.
— Я, наверно, был не в своем уме, — сказал я Джимми, — когда позволил тебе установить эту рогатку так низко. Что случилось?
— Ну, Хэнк, тут никто не виноват, — ответил он. — Полагаю, мы просто недооценили ловкость врагов. Пара волчьих воинов все же пробралась к нам в пещеру. — Он на мгновение помрачнел и тут же добавил: — Они оказались не такими уж страшными — особенно после того, как увидели запас звездных камней, который заготовила Трейси. Отлично понимаю, что они чувствовали. Меня самого эти камни пугали до дрожи. — Он вдруг возбужденно повысил голос: — Видел бы ты это, Хэнк! Когда мы начали метать камушки в армию Итаквы — там такое началось! В общем, во время стычки катапульту повредили, а потом я проткнул одного из врагов его собственным копьем. Но, видит бог, копья и томагавки — сущая ерунда рядом со звездными камнями! Пока я возился с одним, второй попытался зайти ко мне со спины. Трейси стукнула его камнем, и камень, похоже, прилип к нему и начал жечь. У него бок прямо пропекся!
— О, Джимми, не надо об этом! — выкрикнула Трейси, и дрожащая улыбка сбежала с ее лица. Она побледнела и показалась мне очень маленькой и перепуганной. Было видно, что она держится на ногах лишь благодаря своей исключительной храбрости.