Boroda – Управляю недопониманиями (страница 82)

Пафосно подбросив стопку бумаг в воздух, я активировал одно из любимейших своих заклинаний, и листы вспыхнули ярким оранжевым пламенем, привлекая ко мне множество взглядов проходящих мимо людей. Ой. Это на Севере привыкли к моим причудам, а по столичным меркам мои действия, мягко говоря, неадекватны — так же, как если бы какой-нибудь рыцарь-аурщик решил провести бой с тенью посреди оживлённой улицы, на характерных для них скоростях ножа в кофемолке. О!

Повинуясь сдобренному магии волевому посылу, уже догорающий огонь вспыхнул вновь, и, словно пикирующая птица ударился о брусчатую мостовую, чтобы в новой вспышке сменить цвет и форму. Вместо обычного огня, на камнях теперь сидел умилительный тигрёнок сотканный из золотого пламени.

— Хотите погладить? — с улыбкой предложил я стоящей неподалёку группке детей, одних из немногих, кто смотрел на моё фаершоу с восхищением, а не опаской.

— А он разве не жжётся, господин чародей? — с благоразумной осторожностью спросила девочка, на вид, старшая в группе.

— Нет. Это святой огонь, он только греет, — заверил я.

Тигрёнок с разбега запрыгнул мне на руки, откуда с гордостью посмотрел на детей. Те, убедившись, что моя одежда не торопится загораться от близости с ожившим пламенем, подошли ближе. Первая робко протянутая рука, аккуратное касание…

— Не жжётся! — радостно воскликнул мальчишка, а затем дети окружили меня полукругом, желая приобщиться к возможности потискать волшебное создание.

Ну вот и хорошо. Окружающие заметно расслабились, да и стража перестала смотреть на меня словно на опасного сумасшедшего. Всем известно, что святое пламя, как и другие вещи из божественной магии, доступны лишь праведным. Быть таковым на удивление ненапряжно: достаточно делать добрые дела и не убивать людей. Для жрецов требований больше — им надо проводить богослужения, молиться, следовать принципам нестяжательства, и вообще быть живым воплощением морального кодекса строителя коммунизма, но их сила заёмная, а я пользуюсь собственной магией. Просто «добавляю к ней каплю благодати, которую Светлые Боги даровали мне за праведную жизнь». Во всяком случае, так это объясняют сами жрецы. Хрен знает. Я никому не молился и ничего не просил, святое пламя мне ещё во времена обучения показал какой-то жрец в центральном храме, а у меня без проблем получилось его повторить.

Но штука удобная! Более «жручее» чем обычное, зато красивое, а ещё ему можно задавать всякие разные условия существования. Например, придать форму животного или чётко задать условия, что можно жечь, а что нельзя. Обычному магу такие фокусы доступны только на четвёртом круге, и то, если заморочится.

— Ой, господин чародей, а что это у вас с руками? — воскликнула старшая девочка, когда я передал тигрёнка ей.

— Родные потерял в сражении, — коротко ответил я. — Вместо них сделал эти.

— Круто-о-о-о! — восторженно протянули мальчишки. — А можно потрогать?

— Конечно.

Ну да, протезы прикольные, я старался сделать их в эстетике киберпанка, насколько позволяли материалы и умения. По местным меркам выглядит очень футуристично, хотя на мой взгляд получился скорее стимпанк, чем то, к чему я стремился.

— Больно было? — сочувственно спросила другая девочка, тоже коснувшись искусственных пальцев.

— Не сразу, — честно ответил я.

Во-первых, это произошло в бою, и на адреналине. А во-вторых, левую руку мне грызанула морозная гончая, пытаясь вырвать брандспойт огнемёта, а правую пропорол ледяным клинком её хозяин, снежный эльф, и в обоих случаях боль сильно притуплял магический холод. Я в тот момент внимания на неё и вовсе не обратил — был слишком занят тем, чтобы выжить… если бы меч нелюдя не перебил подающий шланг, плеснув на эльфа напалмом с щелочной присадкой, до подхода рыцарей я бы не дожил. Очень уж не понравилось моё изобретение особо поганой фауне северных лесов.

— Вы на дракона охотились?!

— На драконов только рыцари ходят, это все знают! — возмутился «попиранием святого» другой мальчишка, чуть постарше.

— Нет, на драконов я не охотился. Но видел!

— Страшные?! — засияли глазёнки у обоих.

— Очень! Вон как тот дом зверюга. Чешуя белая, глаза синие, зубы как у вас руки. Летают и изрыгают магический огонь, который не греет, а замораживает.

— Ух ты! А вы видели, как с ними рыцари сражаются? Расскажите!

Эх, ну вот как всегда. Детишкам только рассказы про рыцарей и их подвиги подавай… обидно за нас, магов. Хотя все объяснимо: для большинства простонародья, да и многих дворян, маги существа непонятные. Сычуют по башням, заумью какой-то занимаются. А вот рыцари — это да! Красота, сила, благородство. Идеал, привлекательный для всех независимо от возраста и пола.

— В другой раз, — улыбнулся я. — Сейчас я спешу.

— До свиданья, господин чародей! — нестройным хором, но с явно слышимым сожалением, прокричали мне вслед, на что я только помахал рукой.

Хм-м-м… возвращаясь к своим мыслям, так как бы мне познакомиться с будущей Святой? Или не стоит заморачиваться? Все же, я не хрен с горы, а маг шестого круга, пострадавший при защите королевства. Прибавить к этому мои разработки, и я запросто могу попасть в первую группу исцеляемых просто по совокупности заслуг и рекомендации уважаемых людей. Бэдэ точно её даст, Бушприт — вполне вероятно… с этой точки зрения, леди Владимир лучше вообще не трогать, чтобы не всполошить троицу её ухажёров, явно не желающих разрастания их числа. Но тогда и в столице мне делать нечего… раз Бэдэ завернул идею с протезами на ближайшие годы, то смысл тут торчать? Лучше займусь масштабированием производства напалма для нужд Севера. Надо бы пересечься с Бушпритом и перетереть с ним на тему финансирования, поскольку кошелёк вот-вот покажет дно — почти все мои сбережения «ухнули» на покупку Лины и Коры, ведь зверолюди это очень дорогая экзотика, а остатки мы уже втроём проедали те десять месяцев, что я жил получая одну только государственную пенсию, попутно разрабатывая уникальные голем-протезы, что тоже недёшево.

— Постойте! Господин чародей!

Я обернулся. За мной быстро, насколько позволяла ей одежда и приличия, гналась какая-то деваха. Уй-ё, аристократка… а утро так хорошо начиналось!

Не люблю я их. Как заметил Владимир Ильич, «жить в обществе и быть свободным от общества нельзя» — а в обществе Эйрума я родился простолюдином, так что не положено мне ни чести, ни уважения, ни пива… хотя ладно, с последним я перегнул. Но в целом для этой братии я по умолчанию нечто стоящее бесконечно ниже их. Даже достигнув заметных вершин в магии и получив личное дворянство, я все равно остался в их глазах чернью и холопом, от которого надо воротить нос и соревноваться в изощрённости выражения презрения. Кто-то из подобных мне «возвышенцев» пытался учить этикет и соответствовать обществу в которое их «допустили», но чего ради? Даже по всем критериям идеальную аристократку Скарлет Бисмарк, которая, между прочим, единственная наследница своего приёмного отца и будущая маркиза, мелко третировали и за глаза называли «Дворцовой Псиной». Лично мне больше импонировало поведение Бэдэ, который открыто клал с пробором на эти журавлиные танцы и вёл себя так, как хотел. Гораздо честнее, чем заискивать перед всякой швалью только потому что они родились в правильной семье, и все равно получать презрение в глазах и шепотки за спиной.

— Да? Вы что-то хотели? — буднично спросил я. Чем, кстати, с хрустом прокатился катком по этикетной стеклотаре. Правильно было бы сказать что-то в духе «Доброе утро, леди. Чем могу быть вам полезен?». Может быть даже поклониться, здесь не уверен.

Впрочем, леди явно изволит гулять «инкогнито», так что пусть наслаждается близостью к народу. Почему «инкогнито», где кавычки важная часть слова? Ну… леди оделась как они обычно одеваются на променад, а затем ультимативно замаскировалась, накинув на себя плащ-невидимку. Бракованный. Ну или у него заряд кончился. Это я угораю, конечно — нет в этом мире таких артефактов. Но домашние девочки из аристократок верят в легендарный «плащ социального стелса», который как очки у Кларка Кента. Одел — и никто тебя не узнает.

— Здравствуйте! — она даже начала делать книксен, или как это у них называется, но почти сразу одёрнула себя. — Я увидела, как вы призвали Святое Пламя, скажите…

Немного наклонившись, я взял кончик капюшона, немного его приподнял чтобы дать доступ свету, и заглянул ей в лицо. Девушка осеклась на полуслове, и уставилась на меня с таким искренним шоком, словно я у неё на глазах солнце сдвинул. Хм-м… вроде, раньше я её не видел. Лет двадцать, глазищи зелёные, локоны золотые, мордашка невинная — ну и красивая до изумления, впрочем, к такому свойству жителей этого мира я уже успел привыкнуть. То есть, зажрался.

Отпустив капюшон, вновь скрывший в тени лицо девушки, я стал дожидаться реакции. Да, я её троллю. Но правда, с чего бы мне ей подыгрывать? Даже если она обидится, то я все равно через неделю максимум вернусь обратно на Север.

То ли потрясение оказалось слишком сильным, то ли девушка в принципе плохо справляется с неожиданностями, но реакции не последовало. Ни сразу, ни даже через десять секунд. Ну что ж, раз инициативу оставили мне, то… чего она там хотела? Святое пламя?