Boroda – Управляю недопониманиями (страница 32)

— А?! — вытаращились оба чернокнижника, после чего удивлённо переглянулись. За время их пантомимы я вёл… э-э-э… бой с тенью, получается?

Бегал, прыгал, отмахивался от «стрел тьмы», «щупалец мрака», «серпов погибели», «копий смерти»… Короче, демонстрировал сражение с виртуозами чародейства, что усеяли комнату «подвешенными» заклинаниями. Думаю, когда наши начнут разбираться, этих троих приравняют по мастерству к Хозяину Башни.

«Мать вашу, да быстрее!», — торопил я про себя этих слоупоков*, тупые рожи которых постарался скрыть «мглой» среднего уровня. Мне нужно было хотя бы одно попадание враждебной чёрной магией, чтобы остаточным следом замаскировать повреждения, что придётся наносить себе. Ну а как ещё? Эти два кретина нихрена ничего толкового уже не сделают.

Наконец более матёрый вышел из ступора, и начал что-то формировать, но… его молодой коллега, пока я изображал попытки пробиться к чернокнижникам сквозь поставленный мной же защитный купол, словно немец из детской считалочки, вынул ножик из кармана. И воткнул его своему товарищу в район печени… Раз шесть.

«Ну и слава кому бы то ни было», — наполовину удовлетворённо, наполовину напряженно подумал я, когда по сжимающей гримуар руке раненого заструились волны грязного дыма. Кажется, паренёк решил действовать в лучших традициях «жрецов преисподней»: предать своих, чтобы выжить. В данном случае, положившись на шанс пришествия демона в смертельно раненого товарища… И то, что этот демон не прикончит своего помощника.

— Я убил его, милорд! — заверещал гроза печени союзников. — Только пощадите…

«Ну ты и дебил», — подумал я, глядя в глаза вселившегося в тело своего адепта демона. Так он что, хотел прикончить товарища, чтобы заслужить помилование?

— Ну ты и дебил, — инфернальный голос заполнил помещение, после чего в меня полетел почти мгновенно сотворённый серп грязно-бурого цвета с прожилками благородной черноты. Разрубаю заклинание, позволяя одной капле сырой скверны упасть на оперативно освобождённое от ауры левое плечо. Мерзко, но необходимо. Тварь не самая сильная, так что жрецы справятся с осквернением, которое придётся самому себе организовывать.

Пока получал так необходимый мне образец враждебной силы, паренёк предавший сначала свою душу, а потом товарищей-сатанистов, попрощался с жизнью — высох буквально за четверть секунды. Демон к нему даже не повернулся, внимательно следя за мной. Вот, кстати, одна из причин, почему даже чернокнижники крайне редко призывают тех, с кем заключили контракт — шанс сдохнуть просто запредельный.

— Что ты… — начал было пришелец с планов преисподней, задрав брови, когда на моём плече и груди, под действием горящего тьмой лезвия, начала формироваться рана.

Я предусмотрительно стоял спиной к воющим на одной ноте в панике пленникам: не думаю, что они вообще запомнили бы что-то после проявления в смертном мире одного из миньонов, слишком у того аура жуткая… Хм, вроде это слуга Повелителя Мух, Баал-Зевува? По крайней мере глаза начинают становиться похожими на зрительные органы насекомых, а за спиной из серой дымки формируются пока призрачные крылья… два крыла. Пф! Мелкая сошка.

Договорить я ему не дал, рванувшись уже на максимальной скорости: демона необходимо изгнать как можно быстрее. Не хватало ещё, чтобы тот стал распространять миазмы скверны. Если бы не молодой придурок, я бы дождался удара того, что постарше, после чего замочил бы обоих. Но в данной ситуации…

Не буду врать, что пришлось выложиться — я помогал себе, мгновенно созданными заклинаниями Тьмы, которые пленники не могли увидеть из-за «мглы», что я сгустил, из-за чего адский выродок моментально лишился правой конечности с гримуаром. Дальше шла голова, на морде которой застыло выражение удивления, левая рука, пронзённое сердце, разрубленное по диагонали туловище, отрубленные ноги. Хэй! Я Оби Ван — руки-ноги отрубан.

— Всё кончено, ублюдок! Я стою выше тебя! — пафосно, с чувством огромного облегчения, заявляю я куче рубленого мяса, от которого шел едва заметный парок.

Ещё не миазмы, но близко, поэтому дышать этим не стоит. Пинком отправляю гримуар в угол помещения, подальше от пленников, расчленяю высохшего паренька, продолжая формировать на груди рану и с омерзением «размазывая» по ней скверну. Недели две «больничного» от целителей после такого гарантированы.

— Милорд, — простолюдины визжать перестали, и меня окликнул девичий голос. Хриплый — видать слегка сорвала во время арии ужаса. Знакомый голос. Реально, где-то я эту девушку встречал.

Оборачиваюсь к телам под дверью, демонстрируя пленникам рану из которой слабо сочится кровь. Кровотечение частично блокируется аурой, но это ненадолго.

— Милорд, вы ранены! — голос девушки стал ещё испуганнее.

— Тишина, — резко затыкаю свидетелей моего «подвига», носком сапога переворачивая дверь.

Несколько взмахов клинка, и последний труп чернокнижника разделан нужным образом. Не хочу рисковать. Я и так сегодня допустил явление демона, что было поступком… не самым умным. К сожалению, в бою аурный воин соображает быстро, но не всегда как надо. Если бы я мог… э-э-э… перезагрузиться, то не допустил бы этого события.

Быстро иду к пленникам, демонстративно морщась. Пусть думают, что от боли в ране, которая, кстати, начала неприятно ныть из-за скверны. Три взмаха, цепи, которыми были прикованы руки простолюдинов, падают на пол. Кандалы потом снимут кузнецы.

— Быстро, уходим, — сурово отдаю приказ этой троице. — Все могут идти?

— Нога, милорд, — девушка испуганно и одновременно просительно заглянула мне в глаза. — Кажется мне её…

— Быстрее, — рыкаю я на мужчину и парня, кивком указывая на выход из подвала, и подхватываю девчонку на руки. — Задержите дыхание, воздух осквернён трупом демона.

Дальше был бег со скоростью простых людей. Мужчина и, судя по всему, его сын, неслись впереди. Мелкий разок блеванул, когда наступил в кишки одного из демонических прислужников на первом этаже. Его отец оперативно схватил того за шиворот и штаны, так что мальцу пришлось опорожнять желудок «на ходу». Моя ноша мудро не смотрела на пол коридоров и помещений.

— Милорд, — хрипотца из голоса девушки почти пропала. — Милорд, вы опять мне помогли!!! Спасибо, милорд!

— Опять? — кошу взглядом на её лицо, и наконец вспоминаю, где видел эту девушку. — Асфиксия?

— Вы узнали меня! — ярко блеснув белоснежными зубами улыбнулась девушка.

«Да уж, с таким-то имечком тебя забудешь», — думаю про себя, возвращая внимание окружающему. Мы как раз выходили наружу.

Прямо в лапы… стражи, магам, священнослужителям — жрецу и жрице, и пятёрке моих соорденцев. Оперативно, однако! Кто-то разорился на дорогущие порталы.

— Сэр Бойл?! — удивлённо воскликнул рыцарь Олегиэль, опуская обнаженный меч, после чего его взгляд опустился на кровоточащий, глубокий разрез на моей груди. — Вы ранены?!

— Меня ранил демон, — коротко объясняю и рану, и ситуацию, передавая свою ношу одному из ошарашенных стражников. — Несколько прислужников и трое чернокнижников. Все мертвы. Возможно остальные где-то рядом.

Морды лиц окружающих становятся предельно сосредоточенными и суровыми. Кроме стражи: те явно испуганы.

— Сэр рыцарь, — один из жрецов устремляется ко мне. — Нужно срочно обработать рану.

— Конечно, — киваю священнослужителю, скидывая китель и срывая рубашку.

Так как рану планировалось получить в верхнюю часть тела, Кровавую Брошь я прицепил… на трусы. Украшением внутрь со стороны бедра. Не хотелось бы лишиться её и блистать в магическом спектре активным ядром Чёрного Мага.

— Светлые Боги, — жрица прижала ладони к губам. — Чудовищная рана! Как вы стоите, сэр?

— Чтобы заставить Рыцаря Его Величества упасть, нужно больше, чем один жалкий демон и кучка продавшей души шушеры, — пафосно заявляю я, наблюдая, как мои братья по ордену расправляют плечи, и гордо задирают подбородки.

— В любом случае, милорд, вам лучше присесть, — жрец указал мне на крыльцо дома. — Скверну следует начать выводить как можно быстрее… И это будет очень больно…

«На что не пойдёшь ради пары недель больничного», — философски думаю я, усаживая пятую точку на кучу тряпок, что раньше были рубахой и кителем. Думаю, пока можно не выпендриваться. Тем более самочувствие уже откровенно паршивое.

***

Этот конклав** не желал заканчиваться. Высшие иерархи Храма вынесли на обсуждение много вопросов. Но Поришилье не роптал, как и его братья и сёстры. Всё, что послужило причинами сегодняшнего собрания — важно, и если Храму необходимо, чтобы они задержались — так и будет.

Единственное, что несколько раздражало — затёкший из-за сидения на жестком стуле зад, но и это Томазо терпел. Хотя бы потому что был не одинок. Простое убранство помещения конклава не предусматривало ни мягких стульев, ни роскоши. Только залы храмов, где молятся прихожане были украшены богато, но лишь из уважения и почтения к Богам. Повседневные одежды жречества, кроме парадных — для выходов в высший свет, или торжественных — для богослужений, тоже были удобными, но максимально простыми. Братья и сёстры Поришилье редко когда стремились к роскоши.

— Томазо, сын мой, — старческий голос Первожреца привлёк к себе внимание мужчины. — Тебе что-то известно о ситуации в семье леди Владимир?