Борис Шатров – Записки путешественника. Удивительные приключения в Африке и Америке: ЮАР – Мексика – США (страница 7)
Зал взорвался смехом. Особенно усмехались женщины – мол, мы не маленькие, сами разберемся, что и как. Кэти перестала смеяться первой, вспомнив серые тени в камышах.
В этот же день мы выехали в свое первое путешествие на трех сафари-машинах. Впереди за рулем рейнджеры с рациями на поясе и винтовками, установленными в специальных креплениях у руля. Мы уселись на сиденья за рейнджерами.
– Садитесь поудобнее! – крикнул наш рейнджер Кайл, поправляя винтовку. – И не облокачивайтесь на борта – львы иногда считают свисающие руки приглашением к ужину.
Мы рассмеялись и послушно втянули руки внутрь. Берта, сидевшая у самого борта, судорожно сжала руки на коленях.
Кайл был типичным африканером: голубые глаза, выгоревшие на солнце волосы, руки в белых шрамах, каждый из которых, как я узнал позже, был "автографом" от какого-нибудь зверя.
– Вы вообще умеете стрелять на ходу? – поинтересовался Арнольд, указывая на винтовку.
– Еще как! – Кайл хитро подмигнул. – В училище у нас был экзамен: нужно на полном ходу попасть в банку из-под пива, которую инструктор катит по земле. Промахнулся – без ужина. Попал – получаешь звание и право охранять таких вот отважных покорителей Африки. Посмеиваясь, он завел двигатель, и машина тронулась, оставляя за собой облако красной пыли. В зеркале заднего вида я поймал взгляд Хендрика, в котором смешались предостережение и грустная ирония: «Удачи. Здесь она вам действительно пригодится».
Машина тронулась, и я сразу понял, почему сафари-машины называют "костедробилками". В поездке от сотрясенья наших тел исходило больше шума, чем от автомобильных механизмов. Дороги были ухабистые, сиденья жесткие, и мы громыхали нашими мощами, подлетая вверх на колдобинах, и каждая кочка снова отправляла нас в воздух, а жесткие сиденья встречали наши мягкие места с жестокостью офисного кресла после восьмичасового совещания.
Мы только выехали на открытую местность, как вдруг…
– HIPPO! – рявкнул Кайл и резко дал по газам.
Я обернулся и увидел нечто, напоминающее серо-розовый бронепоезд с ногами. Гиппопотам – а это был именно он – несся за нами с неожиданной для его габаритов скоростью, широко разинув пасть, в которой спокойно поместился бы весь автомобиль вместе с нами.
– Но… они же травоядные! – запищал кто-то сзади.
– Да, но территориальные! – орал Кайл, лихо петляя между кустов. – Они считают, что эта дорога – их ванная комната! А вы – незваные гости!
Он был неуклюж, с огромной тупорылой мордой, с мощным туловищем на толстых коротких ногах. Бегемот разевал свою неимоверных размеров розовую пасть с большущими клыками и ревел, как гудок парохода. Его маленькие глазки горели яростью, а слюна летела во все стороны, как шампанское на корпоративе.
– Почему он не отстает?! – вопил двухметровый Янош, вцепившись побелевшими пальцами в спинку переднего сиденья.
– Вообще-то hippo не должен так быстро бегать! Держитесь! – орал в ответ Кайл, давя на педаль газа и с несколько озадаченным видом поглядывая на резво бегущего монстра, от топота которого содрогалась земля вместе с нашим автомобилем.
После пяти минут адреналиновой погони чудовище наконец отстало, недовольно фыркнув в нашу сторону, как менеджер среднего звена, которому отказали в повышении. Все разом выдохнули, а Янош отцепился от спинки кресла. Так саванна приветствовала нас, открывала нам свои объятия, намекая, что это только начало.
Мощные двигатели тихо урчали, машины медленно, но верно двигались по еле заметной грунтовой колее. Когда сердце перестало выпрыгивать из груди, мы наконец смогли оглядеться. Картина, открывшаяся перед нами, казалась взятой прямо из документального фильма о природе BBC.
Африканская саванна завораживала. Куда бы мы ни посмотрели – везде видели разных животных, редко поодиночке, в основном малыми и большими группами.
Бросились в глаза стада красивых, стройных антилоп: некоторые спокойно паслись, другие стремительно скакали, грациозно зависая в прыжках над высокой травой.
– Смотрите! Импалы! – воскликнул Бохдан, указывая на стадо грациозных антилоп.
Животные паслись спокойно, но стоило нашей машине приблизиться, как они взмыли в воздух, совершая прыжки до трех метров в высоту.
– Это отточенная веками защита, – пояснил Кайл. – Когда хищник атакует, они подпрыгивают вот так, и лев хватает воздух вместо ужина.
– Ускользают как наши менеджеры на планерках, когда спрашивают про отчеты, – пробормотал кто-то сзади. Кайл, кажется, не расслышал, но хмыкнул в ответ, а я почувствовал, как саванна, только что принявшая нас в свои объятия, начала проникать под кожу. Не только красотой, но и неумолимыми законами выживания.
Вдруг Кайл затормозил, подняв руку. Машины встали, словно по команде. Вся группа насторожилась.
– Что там? – прошептала Берта, вцепившись в мой рукав так сильно, что я почувствовал, как немеют пальцы.
– Леопарды, – ответил Кайл, прищурившись и указывая подбородком в сторону акаций. – Мать учит детенышей охоте.
Вдалеке, под сенью акаций, мы разглядели их. Грациозные, пятнистые тени скользили по траве. Мать-леопард, напряженно пригнувшись к земле, выслеживала добычу. Один детеныш споткнулся о корень, другой, увлекшись бабочкой, отстал от матери, но тут же поспешил ее догнать. Это было завораживающее зрелище. Жизнь и смерть танцевали свой вечный танец прямо перед нами.
Дальше нашему взору предстало еще более впечатляющее зрелище – стадо антилоп гну.
– О, это мои любимцы! – засмеялся Кайл. – Самые нелепые и самые удивительные существа в саванне. Посмотрите, как они бегут!
Где-то вдалеке прокатился низкий, раскатистый рык. Не громкий, но такой насыщенный угрозой, что у меня по спине пробежали мурашки, а в горле пересохло.
– Лев? – шепотом спросила Берта, вцепившись в бинокль, словно это могло ее защитить.
Кайл лишь приложил палец к губам, сохраняя спокойствие, а в его глазах читался только профессиональный интерес к происходящему.
И тогда началось. Животные, мгновенно бросившись врассыпную, начали хаотичные движения. Импалы – эти грациозные балерины саванны – взметнулись в воздух, будто их выбрасывала невидимая пружина. Антилопы выпрыгивали из зарослей на высоту около трех метров, в прыжке поджимали ноги, откинув голову назад, и летели стрелой, зависая над травой. Спасаясь от мнимой или реальной погони, импалы неслись с невероятной скоростью, пролетая по десять метров в каждом прыжке через кустарники, встречающиеся на пути.
– Смотрите! – воскликнул Темба. – Они же буквально перепрыгивают через хищников!
Антилопы гну сбились в большое стадо и помчались, как мощная кавалерия, галопом сметая любые преграды перед собой. Этот черно-голубой табун двухметровых полуконей, полубыков, получертей, словно рогатое войско из ада, несся вперед, уничтожая все на своем пути, как мощный торнадо. Он был готов растоптать не одного, а целые прайды львов и других хищников заодно, растоптать и смешать с пылью, чтобы не осталось никаких следов от кровожадных врагов. Зебры скакали в последних рядах этого могучего войска, стараясь не отставать и быть среди этих рогатых бестий.
Сам вид голубой антилопы гну необычен: ноги, средняя и задняя часть туловища стройные, а передняя часть тучная, с большой головой худой черной коровы на массивной шее, при этом от головы по шее идет борода, а сверху на голове рога, как у черта.
В отличие от лошадей, эти исчадия ада скачут быстрым галопом, делая иногда гигантские прыжки, подскакивая на высоту до двух метров, что создает изумительное и неповторимое зрелище бега животных. Способность антилоп буквально взлетать на большую высоту позволяет им перепрыгивать через атакующего хищника во время его броска на жертву. Несмотря на грузное тело и его диспропорции, гну не только прыгучие, но и невероятно быстрые. Как и грациозные импалы, они развивают скорость до 80 км/час, спасаясь от гепардов, львов, леопардов и гиен.
– Они всегда такие… хаотичные? – спросила Берта.
– Только когда напуганы. А пугаются они всего: львов, шума машин, собственной тени…
Антилопы и зебры неслись по просторам саванны, в то время как жирафы смотрели на эту суету свысока. Они не собирались бежать, а внимательно посматривали кругом, готовые дать отпор любому врагу. Высокий рост, внушительный вес и сильные ноги пятнистых животных с длинной шеей заставляли хищников оббегать их стороной.
Во время этой кутерьмы массивные и мощные, как танки, носороги соизволили перестать щипать траву.
Они подняли свои большие головы с маленькими подслеповатыми глазами и большим боевым рогом на носу, обнюхивая воздух и, шевеля ушами, прислушались к происходящему, готовясь кинуться в атаку и крушить все кругом по любому поводу.
– Белые носороги, – пояснил Кайл. – Совершенно мирные, пока их не трогать.
Один из гигантов уставился на нас маленькими подслеповатыми глазками.
– Он нас видит?
– Видит, но очень плохо. У них зрение – минус десять. Зато нюх – как у вашей тещи, когда вы приходите домой после корпоратива.
Постепенно в саванне все успокоилось. Носороги фыркнули и продолжили щипать траву, полностью игнорируя наше присутствие. Они вообще больше ни на что не реагировали.