Борис Рыбаков – Славяне накануне образования Киевской Руси (страница 28)

Пока что можно говорить о том, что все три группы захоронений — грунтовой могильник, южная и северная группы курганов — близки по времени. Они последовательно, связаны между собой единством обряда погребения — сожжением на стороне — и единством керамического комплекса (начиная от грубой толстостенной посуды до керамики с лощеной поверхностью). Могильник по вещам предварительно может быть датирован V–VII вв. н. э.

Нам еще неизвестны на среднем и верхнем течении Десны поселения, синхронные могильнику, только потому, что здесь не велось соответствующих археологических исследований. Но при работах Деснинского отряда в 1954–1956 гг. было исследовано городище, хронологически более позднее, материал которого, однако, генетически должен быть связан с материалом могильника. Это так называемое Владимировское городище[189], расположенное в верхнем течении Десны (Рогнединский район Брянской обл.). В 1955–1956 гг. на нем были заложены небольшие раскопы разведочного характера, которые позволили выяснить, что основные формы лощеной керамики этого памятника являются дальнейшим развитием форм посуды могильника, а в некоторых случаях и повторяют их. Керамика Владимирского городища значительно лучше обожжена, сделана из более плотной глины, в ней нет уже грубых примесей, поверхность ее хорошо залощена, но профилировка венчиков такая же, как и у подлощенной посуды из курганного могильника и у более грубых сосудов из грунтовых захоронений. Городище хорошо датируется стрелами аварского типа VIII–IX вв. Мы не можем еще говорить о прямой хронологической преемственности этих памятников; возможно, что дальнейшие работы на них позволят найти более поздние погребения на могильнике и выделить более ранний слой на городище; вероятнее же всего, существовали открытые поселения промежуточного времени, непосредственно предшествующие Владимирскому городищу. Расположение городища намного выше могильника по течению Десны говорит о том, что памятники этого типа были не единичны и занимали значительную часть среднего Подесенья.

Таким образом, здесь намечается группа памятников раннеславянского времени, в которой могильник Кветунь-Макорзно пока что является первым звеном. Дальнейшие работы на нем помогут уточнить его датировки, более полно выяснить обряд погребения, определить его этническую принадлежность и, возможно, при наличии более поздних захоронений, проследить связи памятников раннеславянского времени с городищами VIII–IX вв.

Э.А. Сымонович

Городище Колочин I на Гомельщине

Городище Колочин I Речицкого района Гомельской обл. является чрезвычайно редким для областей южной Белоруссии памятником середины I тысячелетия н. э. Оно открыто белорусскими археологами в 1935 г. и обследовано в 1951 г. разведками Славянской экспедиции ИА АН СССР, руководимой П.Н. Третьяковым[190]. Хронология памятника была установлена в процессе раскопок, которые производились с 1955 по 1960 г. в рамках указанной экспедиции, затем Южно-Русской и Средне-Днепровской экспедициями Института археологии АН СССР[191].

Большое значение этой находки в том, что она приоткрывает страницу древней истории южнобелорусских земель в эпоху переселения народов. Как было выяснено в последние годы, в начале железного века эти районы заселяли племена милоградской культуры, современной племенам скифов на юге[192]. Позже сюда пришли раннеславянские племена, оставившие зарубинецкую культуру[193]. Они селились нередко на тех же городищах, которые занимали милоградские племена, и смешивались с населением, ранее здесь жившим. Позже II–III вв. н. э. следов зарубинецкой культуры в южной Белоруссии не прослеживается[194]. Тем важнее было установить, какие культурные образования приходят на смену зарубинецким памятникам.

Жизнь на городище Колочин I началась в зарубинецкое время. Отдельные элементы милоградской культуры позволяют установить, что здесь мы имеем дело с зарубинецкими племенами того периода, когда они смешались с местным населением. В то же время, заключая по скудости культурных остатков, зарубинецкий этап существования Колочинского городища был непродолжительным. Материальная культура середины I тысячелетия н. э., характеризующая следующий период использования и укрепления городища, представлена несравненно большей массой находок[195]. Суждение о данном памятнике может быть достаточно исчерпывающим, поскольку городище вскрыто полностью. Вся площадь, исследованная раскопками, составляет 1793 кв. м.

Предлагаемая статья состоит из разделов: I. Работы на площадке городища; II. Разрезы валов городища; III. Работы вне пределов городища; IV. Описание находок.

Южная Белоруссия обладает многими природными богатствами. Полноводный обильный рыбой Днепр, густые изобилующие дичью леса, хорошие пастбища, позволяющие заниматься скотоводством и, несмотря на влажный климат и песчанистые почвы, возможности заниматься земледелием — вот источники, обеспечивающие существование здесь человека. Левобережье Днепра южнее г. Речицы богато лесными массивами. Правый берег, более высокий, в настоящее время почти лишен лесов. Однако еще в недавние времена, по воспоминаниям старожилов, отдельные участки и в особенности склоны берега были покрыты сплошным кустарником. Здесь на правобережье расположены обширные луга и поодаль от реки на первой надпойменной террасе — пашни. На крутом берегу, примерно в 1 км от нынешней дер. Велин и в 500 м от дер. Колочин, расположено описываемое городище Колочин I (рис. 1, 2). Городище отделяет от Днепра пойма шириной не менее 1 км, если двигаться от него в северо-восточном направлении, и около 2 км, если идти на север. Пойма между городищем и руслом реки местами заболочена. Под самым городищем протекает ручей, являющийся рукавом Днепра, непересыхающий даже летом, поскольку его питают ключи. Таким образом, в самые засушливые годы население, жившее на высоком коренном берегу, не нуждалось в воде. Кроме того, по протоку можно выехать в Днепр. Незаметное с реки городище, расположенное на высоком месте, давало возможность его населению следить за днепровским водным путем, фиксируя тотчас же приближение незнакомых лодок. Сама природа сделала мысовую площадку городища труднодоступной для неприятеля. Крутой берег высотой около 15–20 м с севера, со стороны реки; глубокий обрывистый овраг шириной не менее 40 м с востока и ложбина с резко понижающимся дном с запада — таковы естественные укрепления городища. Насыпные валы и, возможно, эскарпирование склонов сделали из городища серьезную крепость. На снимке, произведенном с вертолета, отлично видна ситуация, в которой был расположен памятник (рис. 2).

Рис. 1–2. Городище Колочин.

Вверху — вид с востока, издали (х — городище); внизу — вид с северо-запада, вблизи.

Площадка городища имела форму почти правильного прямоугольника со сторонами 42 и 30 м. Ориентировано городище по длинной оси, с северо-востока на юго-запад (рис. 3). Площадка его довольно ровная, с немного приподнятыми краями. В начале работ были сняты профили городища, сделанные по современной дневной поверхности, по линии А-Б в широтном и В-Г в меридиональном направлениях. Как видно на поперечном профиле городища, максимальное превышение краев над центром площадки достигает 1 м (рис. 4, 1).

Рис. 3. Схематический план раскопанных участков на городище Колочин и в его ближайшем окружении.

1 — пашня; 2 — раскопанные участки.

Рис. 4. Профили городища Колочин.

1 — поперечный по линии АБ; 2 — продольный по линии ВГ; 3 — продольные (а — западный; б — восточный; в — участок западного профиля городища после раскопок); 4 — поперечные.

I — южный; II — северный (1 — почвенный покров; 2 — прожженный песок; 3 — зола; 4 — супесь; 5 — уголь; 6 — материк).

Нами уже было отмечено, что городище вскрыто полностью, но для контрольных целей оставлена нераскопанной небольшая площадка около 30 кв. м в юго-восточном углу его. Половина ее изуродована круглой воронкой или артиллерийским гнездом военного времени, другая же половина является контрольным участком. Поскольку работы производились в течение нескольких лет, площадь вскрывалась по частям, причем каждый новый участок начинался со следующего по порядку номера квадрата размерами 2×2 м.

Характеристику почвенных напластований, культурного слоя и его мощность помогают описать сделанные разрезы. Продольные разрезы произведены по линиям квадратов — западный от квадрата 134 до квадрата 184 и от квадрата 60 до квадрата 168; восточный от квадрата 76 до квадрата 174; поперечный северный от квадрата 180 до квадрата 208; южный от квадрата 127 до квадрата 132 (рис. 4, 3). Напластования на площадке представлены следующими отложениями: задернованный почвенный покров; под ним сероватая супесь, содержащая находки; еще ниже залегает желтоватый стерильный материковый песок, который с глубиной становится коричневатым и твердым.

На разрезах наглядно прослеживается увеличение мощности культурного слоя от центра к краям городища. В центральной части городища, почти сразу непосредственно под дерновым слоем, залегает материк. Мощность напластований там над материком составляет около 0,25 м. Небезынтересно, что шурф, заложенный в 1951 г. на месте кв. 203, неподалеку от центра городища, привел тогда к заключению об отсутствии на городище культурного слоя. Только в 1955 г. при зачистке обнажения с северной стороны городища была установлена достаточная насыщенность слоя культурными остатками. Мощность слоя у краев городища увеличивается, достигая 0,7–0,8 м. В верхних пластах преобладают находки середины I тысячелетия н. э. Остатки зарубинецкого времени залегают, как правило, на глубине 0,5–0,8 м.