Борис Поломошнов – Между Добром и Злом (страница 2)

Учитель: Ежи Ленц на сей счет сказал просто: «Люди! Станем же братьями! Как Каин и Авель!». Нужны ли комментарии?

Ученик: Вы что же – вообще против Демократии, Свободы и Прав Человека??!

Учитель: Быть «вообще» против демократии, свободы и прав человека – это то же самое, что быть «вообще» против воды, воздуха и пищи.

Но – не знаю, как Вы, а я – против – в частности: против отравленной фекалиями воды, предлагаемой ушлыми предлагателями в качестве эксклюзивной живительной влаги; против испорченного энергичными порчевателями воздуха; против гнилого продукта, выдаваемого его продавцами за изысканную пищу богов; против того, чтобы отрывать какое бы то ни было понятие от его конкретного содержания; против того, чтобы какое бы то ни было понятие, оторванное от его конкретного содержания, возводить в ранг абсолюта; против того, чтобы любое понятие, оторванное от его конкретного содержания и возведенное в ранг абсолюта, использовать в качестве фигового листка, прикрывающего срам зло-действа.

Обязанность каждого Человека Разумного – быть против смертельно опасного словоблудия по поводу каких бы то ни было ценностей: «общечеловеческих» ли, «европейских» ли, «либеральных» ли. Словоблудия, опирающегося на шаткий фундамент размытости критериев Добра и Зла.

Ученик: Скажите, а у Вас есть гарантия того, что понятия Добро и Зло не станут такими же голыми, пустыми абстракциями, как понятия: «общечеловеческие», «европейские», «либеральные» ценности?

Учитель: Бочка не несет ответственности за свое содержимое.

Понятие – та же бочка. Чем ее наполнишь, то она и будет содержать.

Сосуд с надписью «Добро» должен быть до краев наполнен живой водой, оживляющей человеческое в человеке. И ничем другим.

Бочка же с угрожающей маркировкой «Зло» по определению предназначена для надежного и безопасного хранения жидкого ядохимиката – мертвой воды.

Наша же с Вами задача – обеспечить, чтобы именно так оно и было.

Извините: звонок.

Ученик: Что именно?

Учитель: Все то, что Вы только что так квалифицированно и убедительно представили здесь в качестве аргумента против самой затеи искать ответы на вопросы относительно Добра и Зла.

Ученик: Но?

Учитель: Но. Есть «нюанс».

Ученик: И какой же?

Учитель: Да такой, как в детской загадке: «Как расшифровывается ДУНЯ?»

Ученик: К сожалению, не слышал о такой загадке. Ну, и как же она разгадывается?

Учитель: А так, что Дураков У нас Нет.

Ученик: Простите, но тут же не все буквы расшифрованы! Хотя, впрочем, я уже понял, и не буду задавать вопроса, ответ на который очевиден.

Но, позвольте, причем тут ДУНЯ?! Мы же собирались говорить о серьезных вещах!!

Учитель: А мы и говорим о них: о ДУНЕ; о ПУНЕ; о МУНЕ, и так далее.

Ученик: Какая «ПУНЯ»? Какая «МУНЯ»??

Учитель: Обыкновенная. И та, и другая.

Если следовать логике абсолютной относительности Добра и Зла, то у нас нет ни дураков (а есть лишь люди, относительно своеобразно мыслящие), ни подлецов (а есть – относительно своеобразно действующие), ни мучителей-садистов (а есть – относительно своеобразно чувствующие и относительно своеобразно со-чувствующие), ни хамов (а есть – относительно своеобразно интерпретирующие деловой стиль общения), ни предателей (а есть – относительно своеобразно трактующие такие «вещи», как честь, доблесть и верность), ни казнокрадов, взяточников, «откатчиков», «распиловщиков» бюджетных средств (а есть – относительно своеобразно считающие деньги, то есть, считающие чужие деньги своими), ни льстецов-подхалимов (а есть – относительно своеобразно оценивающие ситуацию), ни лгунов-лжецов (а есть – относительно своеобразно искажающие ситуацию позицией).

Если Добро и Зло суть понятия относительные, то «это, кажется, варьянт изречения того кафра или готтентота, который говорил миссионеру, что он отлично понимает разницу между добром и злом: добро – это когда я уведу чужих жен и коров, а зло – когда у меня уведут моих». (Владимир Сергеевич Соловьев. «Три разговора о войне, прогрессе и конце всемирной истории, со включением краткой повести об Антихристе с приложениями. Разговор первый»).

Ученик: Но если Добро и Зло – не относительные понятия, то какие же они, по-Вашему?

Учитель: Такие же, как Небо и Земля: относительно относительные.

Если бы Небо и Земля были бы абсолютно относительными, например, для пилотов воздушных лайнеров, то ни один авиапассажир не приземлился бы живьем в пункте назначения.

Человечество – пассажирство аэробуса Истории, бразды управления которым оно вручает своим пилотам-лидерам.

Если же пилот теряет ориентацию в системе координат «Добро – Зло», то аэробус Истории со всем своим пассажирством входит в крутое пике, выбираться из которого ой как непросто!

Ученик: Извините, но к чему эта, покрытая паутиной, патиной и плесенью седых веков архаика: «добро», «зло»? Ведь есть же намного более современные, вполне постмодернистские понятия, успешно заменяющие всякие там замшелые анахронизмы!

Учитель: Вы имеете в виду триптих «Демократия, Свобода, Права Человека»?

Ученик: Именно его я и имею в виду.

Учитель: Увы, но яркие краски этого триптиха отшелушатся в один момент, если не будут иметь под собой прочной основы Добра, противодействующего Злу.

Ученик: Утверждение более чем голословное! Нужны доказательства!

Учитель: Извольте.

Ни Демократия, ни Свобода, ни Права Человека не являются панацеей – ни поодиночке, ни вкупе – от смертельно опасных социальных хворей.

Демократия, например, не воспрепятствовала приходу к власти нацистов в Германии. Более того, NSDAP, возглавляемая Адольфом Гитлером, победила на выборах в рейхстаг, проведенных исключительно демократическим путем.

Ученик: Вы имеете в виду выборы 12.11.1933-го года, связанные с вопросом о выходе Германии из Лиги Наций? Так их результаты были явно сфальсифицированы! Ну, сами подумайте: откуда иначе у нацистской партии взялось бы 92 % голосов и, соответственно, 96 % мест в парламенте, как это было официально объявлено?!

Учитель: Не только и не столько о них. Речь идет о целой серии «срочных» и досрочных выборов в парламент Германии, проведенных: 31.07.1932-го года; 06.11.1932-го года и 05.03.1933-го года. На каждых из них именно политическая партия Адольфа Гитлера получила поддержку «электората» (как сейчас принято говорить), значительно бóльшую, чем любая другая, ни одна из которых, тем не менее, не заявила о каких бы то ни было фальсификациях и нарушениях демократических процедур, допущенных в ходе проведения этих выборов.

Ученик: То есть, Вы хотите сказать, что самый недемократический режим может придти к власти самым демократическим путем??!

Учитель: Не только гипотетически «может придти», но и, как свидетельствует История, время от времени практически приходит.

Ученик: Допустим. Не стану спорить. Но, скажите, а святое для каждого уважающего себя человека понятие Свободы? Неужели и к нему у Вас есть претензии??!

Учитель: Свобода – во всех четырех ее наиболее известных ипостасях – и как отсутствие принуждения (Юм), и как право выбора (Аквинат), и как «осознанная необходимость» (приписывается то Спинозе, то Гегелю, то Марксу с Энгельсом, то Ленину, хотя ни у одного из них именно такой формулы и именно в таком виде нет), и как «столкновение Добра и Зла» (Шеллинг) – вырождается в голую, пустую абстракцию, в мыльный пузырь, как только оказывается оторванной от конкретных ответов на сформулированные непопулярным сегодня автором конкретные вопросы: «Свобода для кого? От чего? В чем?», – и тогда весь пар Исторического Локомотива Свободы уходит в свисток. В лучшем случае.

Ученик: А в худшем?

Учитель: А в худшем – пар превращается в ядовитый газ, в отравляющее вещество. В прямом и переносном смысле.

Ученик: Это же в каком-таком «прямом»?

Учитель: В таком, как это произошло 20-го марта 1995-го года, когда возведенный в ранг абсолюта лозунг Свободы Совести и Вероисповедания открыл доступ создателю религиозной секты «Аум Синрике» («Путь к истинной энергии познания») Секе Асахаре (настоящее имя – Тадзуо Мацумото) к неограниченному воздействию на сознание людей, совершивших – по его наставлению – отравление ядовитым газом нервно-паралитического действия (зарин) шести тысяч людей, находившихся в тот момент в токийском метро.

Ученик: А Права Человека? Что может быть бесспорнее и несомненнее их??! Ведь они закреплены документом, скрепленным волей народов всех стран, входящий в состав ООН!!

Учитель: Что же, давайте, вместе с Вами, почитаем основополагающий документ под названием: «Всеобщая декларация прав человека», – принятый на третьей сессии Генеральной ассамблеи ООН 10-го декабря 1948-го года.

Смотрим: «Статья № 1.

Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства».

Ученик: Неужели Вам и тут что-то не нравится?! Ведь все правильно написано, я бы даже сказал – безукоризненно!

Учитель: Не нравится.

Ученик: Что?! Что именно??!!

Учитель: Практически – все.

По первому тезису. Скажите, насколько равными в своих правах родились появившиеся на свет практически одновременно, в одной стране и в одном городе, Том Кенти и Эдуард Тюдор (принц Уэльский, наследник английского престола), если первый не был желанен даже своим родителям, а о появлении второго «давно мечтала вся Англия» (Марк Твен. «Принц и нищий»)?