Борис Миловзоров – Точка бифуркации (страница 102)

— Милый, как ты себя чувствуешь?!

Проквуст измученно улыбнулся.

— Уже лучше, любимая. Все в порядке. Они улетели.

— Как тебе это удалось?!, — Зашептала Елена.

— Не знаю. Кажется, я сумел спрятать самолет.

Израиль.

— Гриша.

— Да, любимая. — Проквуст взял в руки нежную ладонь жены и прислонил к губам. — Господи, как же приятно произносить это простое слово: «любимая»!

— А почему мы летим именно в Мексику?

Георг непроизвольно сжал руку Елены и украдкой оглянулся. Вроде бы никто не отреагировал. Но на всякий случай, надо было подыграть.

— Леночка, мы летим туда, потому что там живут древние толтеки. Их жрецы умеют проскальзывать между богом и дьяволом.

— Разве это возможно?

— Вот пусть они нам и расскажут, если встретим.

Самолет вынырнул из-под облаков, ослепительно белых сверху и серо-грязных снизу. Елена и Георг с интересом рассматривали гигантское сооружение, сверкающее в лучах заходящего солнца бесчисленными окнами.

— Господи, какой же он огромный! Смотри, Гриша, аэропорт словно гигантский паук!

— Да, очень похоже.

Лайнер благополучно приземлился в аэропорту Дюссельдорфа. Они налегке, не торопясь, пошли по коридору для транзитных пассажиров. Посреди длинного перехода двигался плоский эскалатор, они с удовольствием встали на него.

— Умеют строить, не так ли?, — Раздался сзади знакомый голос.

— Смит!

— Спокойно, Георг, молчи и слушай, времени мало. Быстро доставай свои паспорта. Так, давай сюда. А эти бери себе. Пусть Ивановы летят в Мексику, а вы, супруги Георг и Елена Перцин, полноправные граждане достославного государства Кипр, летите в Израиль после прогулки по матушке Европе. Ваш транзит из Финляндии. Кстати, самолет в Израиль завтра утром, так что вас отвезут и поселят в гостинице аэропорта, все уже оплачено, даже ужин в номере.

— В номере?, — Разочаровано вздохнула девушка. — А выйти в город можно?

— Елена, вообще-то можно, но я бы вам не советовал, зачем вам лишний раз проходить паспортный контроль? Я вас прошу, посидите в номере, поворкуйте. Идет? Отлично. Итак, еще раз повторяю, ваши старые паспорта улетают в Мексику, а вы теперь живете по новым, и фамилия у вас новая. Все запомнили?

— Да. Когда вы только успели?!

— Успел, только очень поволновался, когда ваш самолет исчез.

— Что значит, исчез?

— Пропал со всех радаров, и связь оборвалась, а потом вдруг вынырнул, как черт из табакерки.

— Понятно. Это, скорее всего моя вина.

Проквуст кратко описал события в самолете.

— Ты становишься сильным, Георг.

— Разве это плохо, Смит?

— Не плохо, скорее преждевременно. Ты год благополучно отсиживался в маленькой стране, и тебя не могли обнаружить. Но потом тебе пришлось применять свои дары. С каждым разом ты можешь все больше, но при этом и светишься на астральном уровне все ярче. Боюсь, еще пара таких фокусов с твоей стороны, и тебе уже на Земле не спрятаться. Все, эскалатор заканчивается, надо расходится. Вот, держи деньги. Как найти меня, знаешь, но все равно будь осторожен. Удачи тебе, Гора, береги свою прекрасную Елену. Кстати, будешь в Иерусалиме, имей ввиду, что у протестантов своя Голгофа!

Смит невозмутимо проскользнул вперед и быстрыми шагами унес себя в лабиринт коридоров.

Молодожены с удовольствием заняли небольшой, но вполне комфортный гостиничный номер, в который спустя десять минут привезли шикарный ужин. Ночь прошла незаметно.

На следующее утро супруги Перцин без приключений прошли на посадку по новым билетам и документам. Волновались сильно, но все обошлось. И вот теперь они сидели молчаливо, обдумывая последнюю встречу с Духом. Проквуст был мрачен.

— Георг. — Зашептала Елена. — А ведь ты действительно меняешься. Помнишь, после нашего марафона по улицам Таллинна, как ты устал?! А вчера ты прикрыл целый самолет и только вспотел немного.

— Да, Леночка, я тоже об этом думаю. Самое главное, понять, что мне делать, чтобы мы благополучно приземлилась в аэропорту Тель-Авива.

В голове было пусто, идеи не приходили. А до взлета оставались минуты. Что же делать?! А может быть, ничего не делать?!, — Пришло вдруг в голову Проквуста. Лететь как обычные пассажиры…

— Милый.

— Да.

— А ты не можешь спрятать не самолет, а самого себя?

— В каком смысле… Постой, ах, ты моя умница, кажется, я понял!

Георг поудобнее уселся в кресле и закрыл глаза. Он попытался увидеть себя со стороны на уровне тонких энергий. Долго не получалось, ведь фактически надо было разделиться! А как это сделать, Проквуст не знал. Правда, он читал об этом в газетах, но насколько им можно было доверять? Ему казалось, что прошло уйма времени, но самолет все еще стоял. Георг не выдержал и открыл глаза.

— Лена, что происходит, почему мы не взлетаем?

Жена с удивлением взглянула в его сторону.

— Георг, а что могло измениться за две минуты?!

Самолет дернулся и покатился назад. Остановился, двигатели громко заявили о запрятанной в них мощи, и самолет медленно начал рулежку.

— Лена!, — Не унимался Проквуст. — Я сидел с закрытыми глазами две минуты?!

— Две, а может и меньше.

— Ничего не понимаю.

Георг опять закрыл глаза. Из головы никак не уходил вопрос, почему ему показалось, что прошло полчаса, а на деле всего несколько минут?! Пока мозг размышлял над этим, нечто внутри него работало над главной проблемой. Проквуст так и не понял, как у него это получилось. Просто он вдруг увидел себя, плавающего в сияющем облаке огня, из которого вырывались яркие протуберанцы.

— Ничего себе! Это что, я так выгляжу?!

Вокруг него тускло мерцали ауры остальных пассажиров, только у Елены аура была поярче. Самолет дополз до взлетной полосы и замер в ожидании разрешения на взлет. Георг лихорадочно думал, что с собой делать. Одновременно он машинально принялся собирать своим взглядом светящееся облако вокруг своего тела. Он представил, что где-то за солнечным сплетением у него есть кладовочка, в ней уютно и компактно укладывались струи огня. Георг мысленно брал их, укладывал, и тут же ощущал жар в своей груди. Его старания начали приносить плоды, светящееся облако вокруг него стало тускнеть, все более приближаясь к общечеловеческому стандарту. Все, достаточно! Проквуст аккуратно прикрыл дверцу своей кладовки, и облегченно вздохнув, осторожно открыл глаза. Самолет уже набрал высоту. Стюардесса раздала наушники, началась обычная полетная суета.

Аэропорт имени Бен-Гуриона был просторен и прохладен. Георг и Елена с удовольствием вертели головами, оглядывая мраморные коридоры, фрагменты каких-то древних фресок на стенах, чудесный фонтан в соседнем зале. На паспортном контроле смуглая черноволосая девушка подробно расспросила, зачем они приехали в Израиль, но ответы Георга на английском слушала в пол-уха. К ней в кабинку заглянула кудрявая, чуть полноватая женщина, с которой та, одновременно с опросом на английском языке, умудрялась беседовать на иврите. Проквуст делал над собой усилие, чтобы не выдать, что понимает их. Ему было немножко смешно слышать, как паспортистки с важным видом банально мыли косточки некоей Лилах.

— Георг, мне страшно. — Шепнула Елена мужу.

— Почему?!, — Проквуст даже остановился от неожиданности.

— Тут же неспокойно, теракты чуть ли не каждый день.

— Посмотри вокруг, Леночка, ты видишь здесь людей со страхом на лицах?

— Нет.

— Значит, и нам нечего бояться!

На выходе их ждал худой долговязый молодой человек, держащий в руках табличку с лаконичной надписью по-русски: «Перцин». Он приветливо улыбнулся и представился: Алексей.

Из прохлады аэропорта Алексей вывел их на улицу, под бьющую наотмашь жару, но тут же спрятал их в прохладу новенького микроавтобуса.

— Куда мы едем, Георг?

— В ваучере написано: город Натания, отель «Парк».

— А где это?

— Тише, Леночка!, — Зашептал Проквуст. — Ты можешь себе представить туристов, которые не имеют понятия, куда они едут?! Я попробую что-нибудь разузнать.