Борис Михин – Справочник городских рассветов (страница 29)

не демонстрируют святую злость на врага, а лишь свистульку и ультразвуковое «фас!». Игра с врагами – не игра, а способ жизни, верный способ узнать, кем ты друзьям стал после, благодаря своим врагам.

Похолодало

Похолодало окончательно. И дело вовсе, дело вовсе не в декабре и том, что носят, — мы стали старше, жёстче, тщательней. Простительное непростительно растаяло, как карамелька в ладошке детства. Помним – мельком и врём, что вкусное – растительно. Во многих вижу понимание: похолодало где-то глубже, и не спасут весною лужи… Есть что-то здесь паранормальное.

Из-под полы

Твой богатый, но внутренний мир вряд ли нужен кому-то ещё. Может, лучше его – на ремни? Их хоть можно продать под расчёт. Продаёт человек пожилой кучу ярких ремней в метро. Всё… На изнанке у правды не ложь, а такая же правда. Усёк?

Эпизод на улице

Отряхивая снег с дублёнки, смешной аутентичный снег, задумался мужчина сед: «Вот бы вот так же – убелённость…», но убеждённый в пустоте надежд на лучшее, потрусил в метро. «Эх, все мужчины – трусы!..», — подумала та, кто не с тем.

Руки

В соседней маленькой вселенной, совсем немного исполинской, мужчина морем просолился стихи писал всегда Селене, ещё творил там что-то как-то… А в мире вечно параллельном его (заждавшись) королева на трассе ставила докатку. И, предназначены друг другу, они не встретились ни разу. Но вот не понимает разум, как их – во сне – встречались руки.

Прощать

Иногда удивительно даже, как можно устать: ничего не хотеть, голова непременно пуста, у неё – обнаруживающийся признак родства с абсолютно излишним предметом. Но всё-таки в нём не могу не сдавать для Москвы часть пространства внаём, и, конечно же, музыку Вагнера упомянём. Прорываясь домой сквозь метро и минорный час пик, на арендную плату пытаюсь желаний купить, наблюдая, как город отчаянно ими кипит, ведь желания – не пакетированный пыльный чай (пусть невкусный, зато не потребуется звать врача),