Борис Михин – Дежурный по ночи (страница 21)

преследующего пустую болтовню о ценах, «отношениях», встречаю я с восторгом тишину. Себя виню за то, что… вот позволил в главном пропуски (под этим подразумевается сиречь: смотреть и видеть, оформлять всё в опусы ведь кто-то должен). Тишину стеречь назначена спецслужба безопасности, дающая добро на субаренду муз, а Повседневность этой службе пакостит, и музы дохнут, сданы не тому. Но ничего. Их снова стайку выведут и выдадут добро… Но есть момент, останусь ли способен я на выверты ума, трёп пережив. Уйду в дольмен. Для человека жутко одиночество. Но в комфортабельном дольмене, посреди могучей тишины быть – очень хочется… Там нет тебя. И значит – не один.

Атипичность

Атипичной жертвой конформизма, соглашаюсь… но преобразуя. Приспосабливаемость – не призрак. М-да. И я боюсь – на амбразуру, и, как все, любуюсь новым маем, и, как все, корячусь на работе… зная, что не прав, не понимая в чём. Как шпрота в куче шпротин. Явно же кому-то на закуску! Всё равно кому. Ведь нет снаружи ни свободы ни дорог. Искусство — их найти в себе. Весна на ужин. И разжёвывая апатично свежий май, бессмысленный, невкусный, нас разложат в бутербродах густо… но я побрыкаюсь атипично.

Бракованные

Господа, взвесьте мая мне фунтов эдак – ух (!), очень хочется радости, монпансье, неба, радуг, нестарости… (Ну банальщина, чёрт бы взял (тьфу ты!)). Дамы, где прикупить комплиментов? все запасы апреля закончились, я б оформил в кредит, ведь заочные вы не любите слишком заметно. Други, да ерунда! То не стоит ничего, что досталось не дорого. В мае небо гигантское, строгое, как на свадьбе за здравицу тосты. Бог, ты, верно, творить начал в мае мир! Да нас всех, культяпых, ноябрьских, Ты обтяпал, как курицу ястребы,