Борис Лютин – Забытый полигон (страница 16)
Вместе с толпой Света бесконечно спускалась ниже. С каждой ступенькой сверху давило сильнее, сжимая голову. Реальность растворялась, уступая место нарастающей растерянности. Где-то на полпути она ощутила себя загнанным зверем: ни свернуть, ни повернуть назад. Впереди – опасность, которую не избежать и не отсрочить. Даже остановиться нет возможности.
Словно уловив материнскую тревогу, Артём заёрзал и заплакал. Руки и так отваливались от напряжения, а тут он ещё стал извиваться и канючить. «Ну-ну, – уговаривала она сына, – ещё чуть-чуть, потерпи. Скоро. Совсем немного осталось». Покачивая его на руках, Света продолжала спуск. Артём не унимался. Горячие слёзы капали ей на грудь, обжигая кожу. «Ты ведь хочешь увидеть папу, Никиту?» – Он кивал, размазывая слёзы маленькими ладошками. – «Ну вот, сейчас дойдем. А там нас папа ждёт с Никитой».
Так хотелось добраться хоть куда-нибудь – лишь бы там был муж и второй сын. Уже тогда внутри всё сжималось от страшной мысли: вдруг они разлучились навсегда.
Наконец спуск закончился. Внизу ждал пропускной пункт – почему-то с вооружёнными солдатами. Они сверяли спустившихся по спискам и по каким-то своим критериям направляли в разные стороны. Солдаты были на взводе. С женщиной, стоявшей впереди, они обошлись особенно грубо. Один из них просто швырнул ей паспорт. Она не успела его поймать. Документ упал на пол, затерявшись между ногами плотно стоящих людей. «Чего копаешься», – рявкнул солдат. – «Ты не одна такая. Давай быстрее. Не задерживай нормальных людей». Свете резануло слух, как он выделил слова «нормальных людей». Женщина засуетилась ещё больше. Толпа роптала и напирала всё сильнее. Наконец женщина схватила корочку, и в этот момент кто-то наступил ей на руку. Она резко отдёрнула ладонь, и Света заметила, как на запястье выступила кровь. Лицо женщины исказилось от боли, но она не произнесла ни слова возмущения. Напротив, заискивающе пробормотала: «Да, да, уже иду», – и поспешно проскользнула мимо солдат в указанном направлении. Свету подмывало осадить распоясавшихся солдат, но Артём плакал, окружающим было всё равно – все хотели пройти как можно скорее, как, впрочем, и сама Света…, и она промолчала.
Сверив Светин паспорт со списками, солдат внезапно преобразился. Его голос смягчился, и он довольно вежливо произнес: «Пожалуйста, пройдите туда». «Туда» оказался другой зал через сеть коридоров с ещё одним пропускным пунктом, но уже без толпы и вооруженных солдат. Сотрудница в военной форме, в которой Света узнала секретаршу Виктора, выделила ей жилое помещение.
– Вы не в курсе, это надолго? – спросила Света.
– Ну откуда мне знать. Никто же ничего не объясняет, – ответила секретарша с улыбкой. – Думаю, вы даже больше моего информированы.
– Нет, я тоже в неведении. А Николай тоже должен сюда прийти?
– Да, конечно, эта комната для вас всех.
Подошла пара с детьми. Света была с ними знакома лишь шапочно – встречались иногда, здоровались, не более. Муж выглядел спокойным, а его супруга была известная скандалистка.
– Какой ужас! Зачем нас снова сюда загнали?! Этому Виктору просто делать нечего.
– Ваша комната…
Женщина даже не дала секретарше договорить.
– Да понятно, понятно. До конца и направо. Кстати, милочка, в прошлый раз полотенце было грязное. Уж не представляю, кто им вытирался, но это никуда не годится.
Следом шли ещё люди. Продолжая ворчать и дёргая ребенка за руку, недовольная мать направилась к своему укрытию.
Света открыла ключом деревянную дверь, нащупала на стене выключатель. Зажглась яркая лампочка, озаряя выделенное пристанище. Две сетчатых кровати, пустой шкаф с открытыми дверцами и небольшой столик, под который были задвинуты четыре табуретки. Вот, собственно, и всё, что предстало перед Светой. Ну ещё между всем этим узкий проход, ведущий к внутренней двери, за которой, как потом обнаружила Света, пряталась малюсенькая душевая с унитазом.
Света тяжело вздохнула, сразу оценив тесноту. «Ну ничего, это ведь ненадолго», – подумала она и закрыла за собой дверь, чтобы не слышать возмущения и жалобы людей в коридоре.
Но тонкая перегородка не отделила её от внешнего мира. Всё также были слышны разговоры, разве что тише. Артём вскоре уснул. Света ворочалась на неудобной кровати и, как ни пыталась прогнать тревожные мысли, ничего не получалось.
Вскоре захотелось пить. Всё-таки под землёй было душновато. Света открыла кран – воды не было. Пришлось выйти в коридор. Людей здесь оказалось немного. То тут, то там стояли небольшие группки и вполголоса о чём-то переговаривались. Вдоль дверей курсировал наряд, присматривая за обстановкой. Вроде никто не издавал громких звуков, но в замкнутом пространстве присутствовал постоянный давящий шумовой фон.
– Вы куда? – остановил её патрульный.
– Я… Мы с сыном хотим пить. А в водопроводе нет воды. Я иду на пост узнать… – начала было она, но её прервали.
– Вам там не помогут. Воды действительно нет. Но этим вопросом занимаются, и буквально в течение часа подачу обеспечат. Пожалуйста, вернитесь в своё помещение, – успокоил её молоденький солдат.
– А вы случайно не в курсе, сверху ещё спускаются люди? – спросила она с надеждой. Вдруг Николай всё-таки успеет…
– Вряд ли, – ответил второй солдат, почесав небритую щёку. – Вроде вход закрыли ещё часа два назад.
– А это надолго? – не отставала Света.
– Ну… – солдаты переглянулись. То ли не знали, то ли не имели права говорить.
– Я жена Николая Прохорова, замначальника части, – поспешно добавила она. – Его нет, и я беспокоюсь.
У военных заметно сменилось выражение лиц – напряжение спало.
– Да, похоже, надолго. Тревога боевая. Наберитесь терпения и вернитесь в укрытие. Всё наладится. В столовой уже начали готовить завтрак. Скоро всех напоят и накормят.
И снова в груди что-то сжалось, впуская холодок отчаяния. "Когда это закончится? Почему до сих пор нет Николая? Где Никита? Вместе ли они?» – мысли смешивались, путались. Не находя ответа, в этом ворохе сомнений и тревоги зарождалась паника. Но Света смогла взять себя в руки.
– Спасибо, – тихо сказала она и вернулась в комнату.
Ночь, похоже, закончилась – шум усиливался. Света не спала. Всё слышала и даже хотела выйти, но… отчего-то не могла встать. Словно во сне: всё вокруг кажется реальным, а тело – предатель, подводит, не слушается команды мозга.
В дверь несколько раз громко ударили.
– Все на завтрак! – выкрикнула громогласная женщина. – Пошевеливаемся, пошевеливаемся! – И уже тише, удаляясь по коридору. – Все на завтрак!.. Пошевеливаемся…
Артём резко открыл глаза и, испугавшись, прижался к матери.
– Мама, мама! Где мы? Мне страшно! – Его глаза наполнились слезами, подбородок затрясся.
– Всё хорошо, сынок. Всё хорошо… – Света прижала его к себе. – Так надо. Это хорошее место. Сейчас мы пойдем покушаем. Скоро придет папа… – Она говорила снова и снова – лишь бы не молчать.
Артём успокоился, чего нельзя было сказать о самой Свете. Ей ужасно хотелось, чтобы кто-нибудь и её саму взял на ручки, прижал, пожалел. Хотелось уткнуться в грудь мужа, почувствовать его тепло и защиту – чтобы он обнял крепко и, как раньше, взял на себя ответственность, решил все проблемы. Как уже бывало… и как уже никогда не будет. С этой мыслью Света вернулась в реальность.
Столы накрыли, если это вообще можно так назвать, в большой рекреации. Еду привезли в баках, а кухня, судя по всему, находилась где-то совсем в другом крыле. Как поняла Света, они с сыном попали в сектор для «элитных» – сказалась должность Николая. Таких набралось около сотни, может, чуть больше. В основном женщины и дети. Мужчин – не больше двух десятков. Все были напряжены. Если и говорили, то только вполголоса.
Меню было предельно простым, поэтому очередь двигалась быстро – несмотря на то, что обслуживали всего две женщины. Одна наливала в стаканы компот из сухофруктов, вторая клала в тарелки по большой ложке перловки на воде. Этим завтрак и ограничивался. Кто-то тихо выражал недовольство, но так, чтобы не привлечь внимания. У входов в коридоры, уходящих в обе стороны, стояло по паре солдат. Они не таращились на людей, но следили внимательно, не упуская из виду никого.
Света с Артёмом сели рядом с молодой парой, у которых был мальчик примерно того же возраста. Есть не хотелось – нервы и пресная пища аппетита не прибавляли. А вот компот ушёл сразу.
Антон, так звали мужчину за столом, собрал на поднос все стаканы и отправился за добавкой. Пока его не было, Света узнала, что он – заместитель начальника отдела связи, а его жена Лида работает медсестрой. Вернулся он с полными стаканами… воды.
– Компот закончился. Сказали, едва-едва на всех хватило. – виновато пояснил он, бросив взгляд на женщин.
Впрочем, это тоже было хорошо – с ночи хотелось пить.
– А про водопровод ничего не слышно? Когда заработает? – спросила Света.
– Обещали сразу после завтрака. Какую-то очистку делают.
Где-то в коридоре – то ли далеко, то ли совсем рядом, Света пока плохо ориентировалась в звуках подземелья – раздались отрывистые хлопки, очень похожие на выстрелы. Солдаты у входов сразу исчезли. За ними поспешили несколько мужчин. Прогремело два выстрела. Потом ещё – чаще, беспорядочнее. На этом всё вроде бы стихло, но вскоре грохот раздался вновь, на этот раз ближе. Его перебила короткая очередь из другого оружия – и снова тишина.